Проект 'Дружина'. Притча о талантах. - Piri Reis

— А как он себе оправдание выбил? Если я правильно помню он же отрицала. Сдаться, сдался, на сотрудничество не пошёл.

— Отрицалово… — подполковник помолчал, то ли решая что-то с маршрутом, то ли решая стоит ли делиться информацией. — В Африке была большая буча, слышал?

— Так точно.

События в Африке были слегка, но на слуху. Вообще с появлением талантов, нигде было не спокойно, но в странах третьего мира, ситуация перехлестывала и порой сильно. В начале этого года, ситуация в Конго, если Сергей правильно помнил детали, перешла в настолько острый конфликт, что по инициативе других стран туда вмешался военный контингент, преимущественно из НОАК, поскольку США хватало своих проблем в Латинской Америке.

— Когда стало понятно, что там надолго, затеяли миссию под эгидой ООН. Силовую составляющую миссии спихнули на наемников. Как, что и кто там решал, не знаю, не мой уровень. Но на нас тоже вышли, с запросом. Начальство приказало сотрудничать, подобрали кандидатуры и свели их с вербовщиками. Тайбофрог был в числе отобранных, и его убедили посотрудничать. Задача у них была для законченных смертников, но вот он видимо пережил. В награду получил президентское помилование.

Президентское помилование в отношении талантов, работало не как обычное помилование. Не важно, что сделал талант, даже если он сжёг Государственную думу, президентское помилование аннулировало любые совершенные преступления. Всё дело в том, что давали такое помилование не просто так. Обычно, конечно, его давали совершившим убийство по неосторожности или в рамках самообороны, но основанием для его получения была защита интересов государства или мира, сопряженная с риском для жизни.

— Отряд П, только международный?

Сергей закинул пробный шар. Отряд П, структура известная, как проект «Перековка». Команды талантов, задержанных за преступления или добровольно согласившиеся искупить свою вину. Своего рода крысиные короли среди талантов, которых бросали на любой опасный участок.

— Умный ты. За то видимо к нам и сослали. Именно так.

— Так, а что в итоге, товарищ подполковник? Мы то здесь с какого края?

— Тайбофрогу намекнули, что ему в Питере рады не будут, но он всё равно сюда вернулся. Хуйней страдает целыми днями в нейтральных районах, пару раз уже ввязался в драки, только на него, где сядешь там и слезешь. Но повода к задержанию нет, нет заявлений о пострадавших. На напавших госгероев он сам не подает.

Подполковник сделал паузу и грязно выругался.

— Заебало. Что одни долбоебы, что амфибия эта сам долбоеб. Ну выбери ты ебучие Сочи сиди там и не отсвечивай, нет, поехал свой ПТСР в Питер лечить. Тут здоровый ебнется, нет, каждому ебанавту надо вот исключительно сюда приехать.

Ершов перевёл дух и продолжил.

— В целом он ещё спокойный, но мало ли взбрыкнёт. Прикинем какое у него настроение, дальше решим, что с ним делать. Будет брыкаться, подожди стрелять, попробую урезонить его.

Невский ощутил, что между Тайбофрогом и Ершовым была какая-то своя история. Или же возможно, у Ершова было достаточно авторитета, чтобы урезонивать таких талантов. Вполне могло быть и такое.

— Он же из этих? Которые совсем не люди?

— Только ему это вслух сказать не вздумай, да? Имей ввиду, ты можешь, как угодно, относится к ним внутри, но вслух тебе такое лучше не высказывать. В лучшем случае тебя вежливо пошлют нахуй. В худшем случае ты оскорбишь существо, которое имеет человеческий разум параллельно с телом, которое рвет стальные стены словно бумагу.

— Я больше из любопытства. У меня нет предвзятости, к такого рода талантам. Я просто не могу понять тех, кто на такое пошёл добровольно. КОМОДо, там всяких.

— Тай, и не доброволец. Словом он не из таких, хоть и из "Амфибии" Я понимаю куда ты клонишь, но лучше о таком не спрашивать. Их это бесит. Поверь мне, разобраться в особенностях и тонкостях получения способностей, пытаются люди, которые умнее и тебя, и меня. В лучшем случае они знают детали процесса и могут его повторить, но это не та информация, которой стоит делится с общественностью, даже с учётом того, чем мы занимаемся. От того факта, что талант-пирокинетик контролирует не сам огонь, а выделяемые из кожи химические вещества, огонь не перестанет быть горячим. Не лезь к таким как он в душу.

Ершов сделал небольшую паузу.

— И если когда-нибудь, кто-нибудь из них тебе откроется, не вздумай туда плевать.

Ехать оказалось недолго. Как оказалось, Тайбофрог выбрал открытую террасу кафе на крыше одного из зданий, с видом на Аврору.

Он выглядел высоким, даже когда сидел. При взгляде на него, в голове всплывало слово ‘узловатый’. Его конечности казались диспропорциональными и узловатыми, обвитыми похожими на канаты и узловатыми же мышцами. Узловатые и длинные пальцы способные взять в кольцо фонарный столб, вытряхивали табачный пепел из чаши трубки с длинным мундштуком.

Поджарый, с бугристой кожей, повторяющей рельеф его мышц и покрытой островами чешуй и костных пластин, Тайбофрог слабо напоминал человека. Кожа поблескивала от тонкого слоя похожей на масло слизи, широкий, точно сабельный разрез, рот обрамляли тонкие и твердые губы. Плоские щели ноздрей расширились почти до идеальных кругов выпуская табачный дым.

Погода в Петербурге стояла отвратительная. Дождь с ветром, захлестывали террасу шквалистыми порывами, но казалось, что высокому и тощему гуманоиду было плевать на них. Он был одет в джинсовые шорты, дешёвую спортивную куртку с капюшоном и не обращал внимания на то, что был уже насквозь мокрым. Под курткой угадывались очертания чего-то похожего на анатомическую лорику, какая-то броня, но детали было не разглядеть.

На первый взгляд, не считая набора клыков и когтей, которые куда больше украсили бы крокодила, Тайбофрог был безоружен. Его широкие, черные круглые глаза, похожие на акульи, наблюдали за подходящими к нему оперативниками безо всякого интереса. На столе перед ним царил беспорядок.

Вповалку лежала початая пачка сигарет и какой-то высокотехнологичный визор, похожий на стимпанковские гогглы, в массивной металлической раме, стояли две полупустые кружки пива, миска с ореховым миксом и до краев полная пепельница, около которой лежали шингарды, переделанные под его лапищи и отделанные металлом. Ударом похожих, а может даже именно этими, Тайбофрог меньше года назад насквозь пробил неудачно подставившегося под удар государственного героя.

История была в целом обычной. Одному не хватало опыта, другому сдержанности. Один был подготовлен к ближнему бою, а другой был талантом поддержки. Один понадеялся на броню, а другой мог остановить свой удар, но увлечённый азартом драки, адреналином и