Предлагаю ничью - Алиса Ростовцева

кидал на меня вполне однозначные взгляды.

Терпение парня иссякло, как только я захлопнула дверь микроволновой печи. С видом охотящегося на дикую лань тигра, Тимур поднялся со стула и подобрался ко мне. Обнял за плечи, прижался опять всем телом, зарылся в волосы носом и вдруг тихонько пропел:

— Когда ты голая по квартире ходишь, то непременно заводишь…

Я рассмеялась. Керимов ужасно фальшивил.

— Мне кажется, ты заболел!

— Ну, признайся, что ты нарочно, — мырлыкнули мне в ухо, дразнящими движениями пальцев прочертив дорожку от сосков к моему животу.

Ах, так.

— Нарочно, что? — выдохнула почти спокойно.

— Ты меня соблазняешь, правда? — Тим изучающе провел языком по моей шее. И мне пришлось потратить пару секунд на то, чтобы привести свои мысли в порядок.

— Не обольщайся, Керимов, — я вспомнила один из разговоров с Тимуром пять лет назад. — Я больше тебя не стесняюсь. У меня красивое тело… полная депиляция…

— Мммм… Депиляция? Здесь? — мужские пальцы осторожно прошлись по плечам и пощекотали подмышками. Я едва удержалась от смеха. Но, к моему счастью, эта пытка надолго не затянулась. Для Керимова на моем теле были места куда интересней. — Или здесь?

Он спустился значительно ниже, снова дразня и заставляя меня дрожать.

— У тебя… бутерброды…

— Эм?

— О-остынут!

— Предлагаешь отказаться от тебя ради жалких кусочков хлеба?

— Предлагаю… набраться сил, — я чуть-чуть отстранилась от Тима, нахально и дерзко изучающего мою грудь, — перед… продолжением банкета.

Керимов задумался на мгновение и прежде, чем поцеловать меня в губы, доверительно сообщил:

— Только если ты будешь моим главным блюдом.

— Ты настолько голодный?! — я позволила себе с сомнением взглянуть на парня. Он уже дважды меня развлек. На 'главное блюдо', вряд ли, остались силы. — Может, лучше десертом?

Тимур, едва заметно сердясь, злорадно фыркнул.

— Бросаешь мне вызов?

— Еще бы! — откликнулась в тон ему.

— Договорились… Киска, — Керимов потянулся к дверце микроволновки, не замечая моего взбешенного взгляда.

— Еще раз назовешь меня 'киской' и точно получишь в рожу!

Черта с два моя угроза его напугала!

Забрав тарелку и направляясь к столу, Тимур мне бросил насмешливое:

— Ты же помнишь, что мне нравится, как ты злишься?

— Уууу! Злыдень!

— Ммм… Стерва? — вспомнив еще одно прозвище, которой он по дурости ко мне прилепил, Керимов хитро взглянул на меня из-под небрежной челки.

— Кто-то хочет остаться голодным? — мой ангельский голос был приправлен невинной улыбкой. И хотя я стащила у Тима из рук тарелку с горячими бутербродами, намекала я, конечно же, не на них.

Керимов проникся.

— Понял, буду вести себя, как ты хочешь.

— Точно?

— Без проблем! — Керимов серьезно кивнул и для верности даже сжал руку в кулак в жесте, должном означать что-то вроде служения моим идеалам и целям. Какая-то хрень из какого-то нашумевшего фильма.

Но он ведь не шутит? Нет?

Я все же вернула вожделенное блюдо на место, с опаской косясь на притихшего в миг Тимура. Поверить покорному взгляду мужчины так просто я не могла.

Моя интуиция, впрочем, редко меня подводила. Вот и сейчас первый бутер уже испарился с тарелки, когда Тим вдруг галантно спросил.

— А что насчет 'детки'?

Я поперхнулась чаем.

— Нет!

— Кро-ошка? — медленно пережевывая кусочек ароматного хлеба, Тим окинул меня задумчивым взглядом.

— Нет!

— Ммм… Малыш?

— Керимов!!!

— Да, мой котенок?

Несколько секунд я сверлила Тимура взглядом взбешенной стервы. Те эмоции, что он во мне вызывал, были далеки от восторга.

— Значит, вот так? Совсем никаких 'красавиц', 'лапулек' и 'крошек'? — Тимур, издеваясь, с задумчивым видом озвучивал мне варианты.

— Нет! — я все еще жутко бесилась. Невинный вид Тима страшно меня распалял. — Я терпеть не могу этой хрени. Даже не пробуй снова…

— Ммм? А в чем же проблема, Ксюша? — Керимов, как заправский психолог, сдвинул к кончику носа мифические очки. — Ведь Флейм называл тебя 'Солнцем', я помню.

— Это был Флейм!

— Угу, так и запишем. Ксе-ни-я Вет-ро-ва — двой-ны-е стан-дар-ты.

— Керимов, ты просто…

— Ого, как тебя зацепило! — Тимур среагировал раньше меня. Я не успела даже вскочить со стула или дотянуться до его обнаженной лодыжки, чтобы как следует пнуть. — Все, все, я замолкаю. Не надо так на меня коситься!

Я пробормотала что-то из серии 'ты невозможен!', чтобы услышать от Тима вежливое до неприличия:

— Кто бы тут говорил.

Ну, конечно. Я даже не сомневалась. Чем еще может закончиться наша шутливая перепалка?

— Все осталось, как было, да? Мы изменились, но ссоримся, как и раньше… — задумчивый голос Керимова плохо вязался с моим саркастичным взглядом. Я даже на миг захотела коснуться его висков.

— Ээээ, я что-то прослушала. Что ты сейчас сказал?!

Керимов с грустной улыбкой отставил пустую чашку.

— Я говорю, что в наших с тобой отношениях такая мелочь, как ссоры, осталась без изменений.

Фыркнув, я отвернулась от Тима.

— Это просто природная несовместимость.

— Что, правда? — Керимов удивился так искренне, что я пропустила момент, когда он ко мне прикоснулся. — Природная несовместимость, вот черт. А я и не подумал даже… Это существенно меняет положение дел.

— Что ты?.. — я попыталась чуть-чуть отстраниться прежде, чем Тим аккуратно помог мне подняться из-за стола.

— Надо проверить снова.

— Эм… что?

— Нашу несовместимость, — Керимов шутливо мне подмигнул и, придержав за плечи, подтолкнул меня к коридору. — Так, где у тебя здесь спальня?

— Ты же…

— Я просто не верю на слово.

* * *

Не верит. Но я ему тоже не верю.

И в этом была моя основная проблема. Я таяла маслом в ладонях Тимура, а думала о ерунде.

— Ты не спишь, неужели?! Ты стонать не забывай только, оки? — недовольный шепот Тимура ударил по перепонкам. Я дернулась, с ужасом понимая, что мое витание в облаках только что 'взяли' с поличным.

— Ч-что? — мои щеки медленно начинали гореть. Впрочем, 'что-о' я знала и без его объяснений.

— А ты как думаешь? — выгнув насмешливо бровь, Тим уставился на меня. — Я, конечно, не возражаю, чтобы ты вела себя паинькой, но до этого ты хотя бы учавствовала в процессе. А не лежала, тупо уставившись в потолок.

Керимов так же, как я всего пару секунд назад, не поленился поднять глаза к моему натяжному 'небу'.

— И что интересного ты там нашла?

— Чернильные пятна!

Мелкие тени на потолке на кляксы Роршаха не походили, но поставновка вопроса Тимуром все же меня добила. Если хочет опять доказать свое превосходство, подколоть, позларадствовать, просто меня поддеть, то…

Знаешь, Керимов, я тоже умею злиться! Хватит вести себя, как самовлюбленный индюк!

Пару секунд было безумно тихо. Мы с Тимуром смотрели друг другу в глаза, и каждый пытался взглядом спалить другого.

— Что же,