Странствие Сенора - Андрей Дашков

Король Жезлов повернулся и подозрительно уставился на свой живой талисман. Герцог ощутил силу его парализующего взгляда, несмотря на зеленые кристаллы, за которыми не было видно страшных глаз Короля, и понял, что через несколько мгновений уже будет поздно пытаться бежать.

Он не стал дожидаться этого момента и сорвался с места. Отчаянный прыжок вправо из стремительно двигавшегося экипажа завершился тем, что Химера ударилась о камни и покатилась по ним, оставляя за собой пятна крови и клочья выдранной шерсти. Но боль только подстегнула ее. Кости, к счастью, остались целыми. Сенор вскочил на лапы, в несколько прыжков преодолел расстояние, отделявшее его от ручья, и с размаху погрузился в него, разбрасывая фонтаны брызг.

Жидкость была тягучей и выталкивала из себя уродливое тело. Когда Химера всплыла, оказалось, что она без труда держится на поверхности. Лихорадочно работая лапами, зверь устремился к другому берегу, на котором его поджидала знакомая фигура в серой рясе, подпоясанной дохлой змеей. У Сенора даже не возникло мысли, что Сдалерн, внезапно появившийся на территории масти Мечей во время королевской охоты, может оказаться иллюзией или наваждением.

Одна из голов Химеры была повернута назад, и поэтому Незавершеный видел все, что творилось позади него.

Охотники слишком увлеклись преследованием жертвы и не сразу заметили бежавшую Химеру. Что касается Короля Жезлов, то он мгновенно забыл об охоте.

Тем не менее вначале Король не стал утруждать себя примитивным преследованием четвероногой твари. Вместо этого Химера подверглась его невидимому воздействию. Холод, сковавший движения, непроглядная тьма, бессилие и тяга к темному существу, оставшемуся позади, – все это она испытала разом. Но они находились на территории масти Мечей, и влияние чужого Короля не было сокрушительным. Во всяком случае, Химера отчаянно сопротивлялась.

Вдобавок Сенор почувствовал, что кто-то помогает ему, разрушая магические сети, которые плел Король Жезлов. Постепенно превращенный герцог выбирался из трясины; рвалась опутавшая его липкая паутина; к нему возвращались зрение, способность двигаться и осознавать себя. Химеру уже снесло далеко вниз по течению ручья, но утонуть в этой вязкой жидкости казалось невозможным…

Тем временем большая часть охотников оставила преследование дичи, развернулась и помчалась к ручью. Среди возвращавшихся были Повешенный, Император, Король и Дама Мечей, бароны Крелла в летающем экипаже, Красный Вдовец и Араван. Сенор понял, что дела его плохи. Объединенному влиянию Сущностей он вряд ли смог бы противостоять. Правда, был еще Сдалерн…

До берега оставалось совсем немного. Бродячий Монах ждал и широко ухмылялся. Глаза за круглыми стеклами лукаво поблескивали, но Химере было не до веселья. Король Жезлов увидел, что скоро лишится чего-то большего, нежели священное животное, и лично устремился в погоню.

Он был поражен тем, что его всепроникающая магия оказалась бесполезной, но, кроме того, прекрасно знал, что в случае поражения и вмешательства новой силы он сам станет жертвой мчавшейся за ним стаи шакалов, готовых растерзать проигравшего повелителя масти. Сейчас у него не было времени размышлять о том, в чью западню он угодил.

Он испытал безграничное отчаяние и ранее неведомую беспомощность, когда понял, что ему больше не подчиняются ни стихии, ни Изменения, ни слуги, ни даже тело, в котором он воплотился. Что-то превратило его из властелина в одну из жалких тварей Тени, обреченных на существование в одном-единственном ландшафте; он стал рабом своего положения.

Тогда он вдруг вспомнил о Зеркальном Амулете и сжал пальцами предмет, висевший у него на шее, в котором заключалась последняя надежда. Похоже, наступил тот кошмарный крайний случай, когда Король должен был воспользоваться амулетом.

В растерянности, охватившей его, он стал озираться по сторонам, но ему суждено было испытать новое потрясение – вокруг не оказалось зеркал, а он не мог даже создать их. Король сдавленно завыл, выпустив из рук бесполезную игрушку, и выскочил из остановившегося экипажа. Теперь им владело одно всепоглощающее желание – он хотел во что бы то ни стало догнать Химеру.

У Короля было единственное преимущество перед другими Сущностями, поскольку он первым устремился вслед за зверем. Он погрузился в вязкую жидкость и поплыл к другому берегу.

Вздрагивающая после перенесенной магической атаки Химера уже преодолела ручей, и беззаботный Бродячий Монах снял с нее ошейник с голубым кристаллом. Сенор не имел понятия о колдовстве, с помощью которого это было сделано, а в следующую секунду Сдалерн освободил его и от Следа Необратимой Смерти. Черный шарик всего на мгновение оказался в ладони Монаха. Потом тот дунул – и След исчез.

К ручью приближалась стая преследователей, которые были так или иначе заинтересованы в поимке мистического живого талисмана. Кое-кто хотел отомстить, кое-кто – обрести могущество, а кое-кто – просто сохранить независимость. Только трое из Семидесяти Семи знали о заговоре, но и они столкнулись с неожиданным поворотом событий. Что-то чужое и чрезвычайно сильное вторглось в привычный мир и нарушило ход Игры.

Сущности изменялись и разрушали окружающий ландшафт. Катастрофические искажения теперь надвигались на Химеру и Бродячего Монаха отовсюду. Они воздействовали на чувства, разум, последовательность событий, материю и законы движения… Сенор понял, что вскоре просто исчезнет в темном вихре обрушившегося на него Хаоса. В лучшем случае возвращение к жизни будет означать для Незавершенного начало нового рабства.

Но в какой-то момент стихии, бесновавшиеся вокруг, ослабили натиск, угрожающие твари отступили и потускнели, словно их окутал туман, а влияния, раздиравшие на части мозг, исчезли. Сенор увидел, что небольшой участок холмистой местности, на котором находились Химера, Бродячий Монах, ручей, протекающий среди холмов, и Король Жезлов, смещается в какой-то другой ландшафт, но о том, кто вызвал это Изменение, оставалось только догадываться. Если Сдалерн, то он обладал поистине беспредельным могуществом…

Исполинские тени Сущностей оказались размытыми, будто отражения в неспокойной воде. Потом и они пропали.

Вокруг было сумрачное пространство, освещенное тусклым светильником, свисавшим откуда-то сверху. Его мерцающих лучей хватало только на то, чтобы из мрака проступили посеребренные контуры близлежащих холмов, лениво струившийся ручей и неподвижно застывшие фигуры Химеры и Сдалерна.

Образовался маленький круг света, в котором разыгрывалась мрачная драма… Ни звука не доносилось из окружающей «актеров» пустоты, и не было намека на то, что некто наблюдает за ними из темноты.