Надежда узника - Дэвид Файнток

– Толливер! – заорал я. – Быстро включайте двигатели и летите к «Виктории»! Ее координаты: двадцать пять, триста девятнадцать, двенадцать.

– Есть, сэр. Включаю.

– Вакс Хольцер! Это Сифорт! Примите на борт пассажиров шаттла! Как только возьмете их на борт, ныряйте!

– Как вы оказались на станции? – ужаснулся Вакс. – Вокруг нее кишат рыбы!

– Уильям, прикрой огнем «Викторию»! Станция потом! Вначале шаттл и «Виктория»! – вдохновенно орал я. – Они спасутся!

– Пока на «Викторию» не нападают, – спокойно ответил Уильям, – но если нападут, защищу ее.

– Вакс, я нарочно заманиваю рыб волнами испорченных сверхсветовых двигателей! Устроил им кошачий концерт! Отключи свои радары и приготовься нырнуть!

– Зачем, сэр? Какого черта ты вызываешь рыб на себя?

– Нырнете, как только примете шаттл!

– Мистер Хольцер, – вмешался голос Толливера, – он собирается взорвать станцию вместе с рыбами.

– Взорвать станцию?! – взревел Вакс. – Что вы мелете?!

– Он собирается взорвать орбитальную станцию встроенной ядерной бомбой, сэр, – разъяснил Толливер.

– В атаке двести двенадцать рыб. Все мои лазеры перегреты. Комендант, я не справляюсь, – доложил Уильям.

– Сифорт, не делай этого! – рыкнул Вакс.

– Не пререкаться! Выполняйте приказ, капитан третьего ранга Хольцер! – перешел я на официальный тон.

– Какой у вас корабль?

– Никакого! Нет у меня корабля! Если смогу, покину станцию на шаттле.

– «Виктория», разрешите причалить. – Голос Толливера.

– Разрешаю. Открыть кормовой шлюз! – распорядился Вакс.

Я снял скафандр. На кой черт он теперь нужен? Станция содрогнулась. Неужели конец так близок?

– Взорвался двигатель «Константинополя», – доложил Уильям.

– «Брешиа», «Минотавр»! – заорал я в рацию. – Прибавить мощность до шестидесяти процентов! – Слетайтесь быстрее, чудища. Тут вас ждет сюрприз!

– Станция, говорит лейтенант Эбрэм Стейнер, – раздался нервический голос – Капитан Хольцер вылетел к вам в шлюпке.

– Вакс, назад! – взвыл я. – Вакс!!! – Тишина. – Уильям, не принимай шлюпку!

– Приказ понят, комендант. Двести семьдесят активных рыб.

– Сифорт, вы с ума сошли?! – завопил лейтенант Стейнер. – Вы угробите Хольцера! Его убьют рыбы!

Шлюпка приближалась. На полной скорости Вакс обогнул стаю рыб и помчался прямо на станцию. Рехнулся он, что ли? Разобьется!

Нельзя пускать его на станцию, нет времени объяснять ему ситуацию. Он должен вернуться к «Виктории». Надо вправить ему мозги.

– Вакс, даже не пытайся причалить. Станция тебя не примет. Назад! – Опять никакого ответа. Шлюпка затормозила. – Капитан Хольцер! Вакс!

– Причаливаю к шлюзу пятой секции первого уровня, – наконец сообщил он. Шлюпка на время скрылась за тушей мертвой рыбины, показалась вновь, подплыла к шлюзу.

– Мы не впустим тебя! – рявкнул я.

– Я должен посмотреть, что ты тут вытворяешь.

– Возвращайся к «Виктории»! Это приказ! Стейнер, запишите в бортовой журнал.

– Записал, сэр. Капитан Хольцер, ради бога, возвращайтесь!

– К «Виктории» приближаются три рыбы, – доложил Уильям. – Открываю огонь.

– Открой люк, ты, ублюдок! – зарычал Вакс.

– Люк заперт по вашему приказу, комендант, – сообщил Уильям.

Я молчал. Вокруг станции всплывали все новые и новые стаи чудищ.

– Капитан Хольцер, докладывает лейтенант Стейнер. Шаттл пристыковался к нашему кораблю, пассажиры приняты на борт. Разрешите отстыковать шаттл?

– Разрешаю, – рыкнул Вакс. – Капитан Сифорт, ко мне приближается большая рыба. Впустите, пожалуйста.

– Возвращайся!

– Нет, сэр. Я или погибну, или войду в станцию.

– Тогда погибнешь! – выпалил я.

– Хорошо.

Я впился глазами в экран. Из рыбины высунулся щупалец, потянулся к шлюпке.

– Вакс, отчаливай! Уильям, пристрели рыбу!

– Извините, капитан, но в этом месте станции у меня не осталось ни одного лазера. Нечем стрелять.

– Мистер Стейнер, если со мной что-то случится, сразу ныряйте, – приказал Вакс.

Щупалец отделился от рыбины, полетел к шлюпке.

– Уильям, открой! – вырвалось у меня.

– Начинаю откачку шлюза, – доложил Уильям. Щупалец проплавил корпус станции вблизи шлюза, секция разгерметизировалась.

– Уильям, докладывай из всех динамиков, я побегу на первый уровень, – приказал я, помчался к лестнице, взлетел по ступенькам на первый уровень, надрывая единственное легкое. Во второй секции пришлось перейти с галопа на шаг, чтобы не свалиться, как загнанный конь. У четвертой секции я остановился, поправил галстук (нашел время, болван!) и разразился истерическим хохотом. Открылась дверь. Передо мной предстал Вакс в скафандре.

– Что ты тут натворил, Сифорт?!

– Тебе надо вернуться, Вакс.

– Почему?

Ничего не поделаешь, придется объяснять. Набрав в легкое побольше воздуха, я застрекотал:

– Тут есть подрывное устройство, я перепрограммировал Уильяма: когда станция не сможет сопротивляться, он ее взорвет.

– Зачем?

– Ты что, не видел? Там две сотни рыб!

– Триста двенадцать, – уточнил Уильям. – Капитан, если хотите вернуться в кабинет, то поспешите, скоро путь будет отрезан.

– Зачем ты это сделал?! – рычал Вакс. – Это преступление!

– Это единственный путь уничтожить одним махом огромное количество рыб! Знаешь, сколько мы уже расстреляли? Четыреста! Даже больше! Во много раз больше, чем все наши корабли!

– Кто дал тебе право взрывать станцию?!

– Построят новую!

– Нас атакуют четыреста сорок две рыбы! Все оставшиеся лазеры направлены на защиту «Виктории», – доложил Уильям.

– Вместо того чтобы защищать станцию, ты навлек на нее рыб со всей галактики! – гремел Вакс, не обращая внимания ни на опасность, ни на мои доводы.

– А ты знаешь, что они бомбили Надежду астероидами?

– Знаю! Когда разбомбили Сентралтаун, адмирал послал меня на планету Калла забрать ее правительство.

– А ты знаешь, – тараторил я, – что флот смылся?

– Адмирал предупреждал меня, что это может произойти, и приказал в этом случае возвращаться к Земле. Хватит пудрить мозги! Отвечай, зачем ты натравил на станцию рыб?!

– Они напали первыми! Двое суток назад рыбы разбомбили Вентурскую базу!

Вакс разразился проклятьями.

– У Сентралтауна вертолет уничтожил пять рыб! В атмосфере! – продолжал я. – Две рыбины приземлились на разбитую Вентурскую базу! Мы едва выстояли против их пузырей! Хольцер, Надежде грозит гибель. Так что не спорь, уходи. Это приказ.

– Уйдем вместе.

– Я должен остаться. Без меня Уильям отказывается взорвать станцию.

– Прикажи ему.

– Думаешь, я не пытался? Только мое присутствие может снять запрет, вложенный в его электронные мозги.

– Черт! – Вакс грохнул кулаком в стену. – Неужели ничего нельзя сделать? – Вакс начал терзать узел галстука, пытаясь его ослабить. – Как жарко!

– Возвращайся, Вакс. – Странно, почему ему жарко? По-моему, тут холодно.

– Знаешь, весь полет… – Он отвернулся, пряча слезы. – Я все думал о том, что должен был сказать тебе…

– Вакс, все позади. Возвращайся быстрее. Что ты там делаешь?

– То, что должен был сделать давным-давно. – Он резко повернулся ко мне и…

Мелькнул летящий кулак, обвязанный галстуком. Мощный удар в челюсть сбил меня с ног.

Вакс взвалил меня на спину, словно мешок картошки, понес к двери и начал командовать:

– Уильям, где ближайшее судно? Шлюпка, шаттл, отделяемый отсек, все что угодно!

Я пытался что-то вякнуть, но смог лишь выплюнуть выбитый зуб. Из разбитых губ хлестала кровь.

– В первой ремонтной мастерской есть отделяемый отсек, – проинформировал Уильям.

– Уильям, записывай. Я, капитан третьего ранга Вакс Хольцер, временно отстраняю Николаса Сифорта от должности коменданта орбитальной станции по причине его болезни. Комендантом станции назначаю себя. Подтвердить приказ.

Я пытался сопротивляться, но сил не было.

– Вы сами вызвали его болезнь, капитан Хольцер, – ответил Уильям.

– Неважно! Он отстранен. О правомерности моих действий будет судить Адмиралтейство, а не ты. У мистера Сифорта сломана челюсть, поэтому он не в состоянии командовать.

– Приказ принят к исполнению. Подчиняюсь вам как коменданту орбитальной станции.

– А что касается приказа Сифорта насчет взрыва… НЕТ! Я изо всех оставшихся сил замолотил Вакса по плечу.

– Этот приказ остается в силе, – наконец сказал Вакс.

Вакс сбросил меня, как мешок, на пол отделяемого отсека, набрал на щитке управления команду автопилоту, затемнил иллюминаторы светофильтрами, вышел, закрыл за собой дверь. Вскоре отсек отделился от станции и начал ускоряться. Его рация была настроена на волну станции.

– Численность рыб увеличивается, – докладывал Уильям. – Пятый уровень разрушен.

Я старался не потерять сознание. Встать не получалось, удалось лишь вытереть кровь с лица. Из динамика послышалось тяжелое дыхание, затем голос Вакса: