Тимбер - Тейт Джеймс

возбуждения. Его рука переместилась к штанам, сжимая эрекцию через ткань, как будто он пытался контролировать ее.

Тихие стоны сорвались с моих губ, и Касс пососал плоть моей шеи, сводя меня с ума, когда он просунул третий палец в мою киску.

Взгляд Зеда был подобен чистому огню, он смотрел совершенно немигающим взглядом. Свет был приглушен, мерцание телевизора давало больше света, чем что-либо другое, но я знала, что он мог видеть все.

Я смотрела на него в ответ, отмечая, как он слегка заерзал на месте, когда я застонала. Или то, как он провел языком по нижней губе, оставляя ее блестящей. Однако неприкрытые, необузданные эмоции в его глазах потрясли меня. Бояться там было нечего. Я ни за что не смогла бы перепутать этого Зеда, настоящего Зеда, с той извращенной, вызванной наркотиками версией, которую придумал Чейз. Ни за что.

— Ты собираешься кончить для нас, Ангел? — Прогрохотал Касс. — Ты хочешь, чтобы я заставил тебя развалиться на части прямо у меня на коленях?

Я хотела гораздо большего, но мой рот не слушался доводов разума. — Да, — выдохнула я, постанывая и извиваясь, пульсация моего надвигающегося оргазма становилась все интенсивнее с каждым толчком его пальцев. — Да, пожалуйста, заставь меня кончить, Сейнт.

Он пробормотал что-то одобрительное, затем другой рукой нашел мой клитор. Он погладил подушечкой указательного пальца это сверхчувствительное местечко, твердо и уверенно, и я содрогнулась в его объятиях. Мое влагалище намокло; я чувствовала влагу на своих бедрах, когда он вводил в меня свои пальцы.

— Срань господня, — выдохнула я, откидывая голову ему на плечо, пока он играл с моим клитором. — Касс... — Его имя превратилось в низкий стон, когда начался мой оргазм.

Его движения стали грубее, удовлетворяя требованиям моих дергающихся бедер, и продолжались, даже когда я закричала и забилась в конвульсиях от своего освобождения. Мои пальцы на ногах согнулись, таз выдвинулся вперед и умолял о большем, когда я кончала длинными, дрожащими волнами, а мое дыхание вырывалось прерывистыми вздохами.

— Медвежонок Зедди, — прогрохотал Касс, прежде чем я полностью вышла из кульминации. — Иди сюда. Ты же знаешь, что хочешь попробовать это.

Одно только предположение об этом заставило меня задрожать от горячего предвкушения, и я приоткрыла отяжелевшие веки, чтобы встретиться взглядом с Зедом, предлагая молчаливую поддержку. Он все еще колебался мгновение, пока Лукас не усмехнулся.

— Если ты этого не сделаешь, братан, это сделаю я. Поторопись, мать твою.

Зед хмуро посмотрел на Лукаса, который только улыбнулся ему в ответ. Затем, секунду спустя, Зед был на коленях передо мной. Перед моей распростертой и насквозь мокрой киской.

— Дар, неужели ты...

— Да! — Рявкнула я, выгибая бедра. — Хватит, блядь, спрашивать разрешения. Если бы я этого не хотела, я бы дала вам всем по яйцам и ушла.

Касс и Лукас оба рассмеялись над этим, но Зед просто сделал, как ему сказал Касс. Он наклонился вперед, приблизив свой рот к моей пульсирующей киске, чтобы слизать липкую влагу с моей плоти.

— Черт, — я зашипела, мой живот снова сжался. О да, я могла бы кончить снова, без вопросов. Я взглянула на Лукаса, но он откинулся на спинку дивана, держа свой член в вытянутой руке и лениво поглаживая его, пока наблюдал. При этом на его губах тоже играла широкая улыбка.

Касс переместил руки, чтобы еще раз обхватить мои бедра, удерживая меня открытой, в то время как Зед протолкнул свой язык в мое влагалище. Я застонала, уткнувшись лицом в шею Касса и укусив его, но я не протестовала. Прошло слишком много времени с тех пор, как лицо Зеда было у меня между ног.

— Ты собираешься кончить снова, Ангел? — Пробормотал Касс, его пальцы сжали мои бедра так сильно, что остались синяки. — Ты издаешь самые сладкие звуки, когда кончаешь. Это делает мой член таким чертовски твердым, что он готов лопнуть.

Зед переместил свой рот на мой уже набухший клитор и скользнул пальцами в мою киску, заставляя меня выгнуться. Касс тихо усмехнулся, гребаный придурок, и пробормотал что-то о том, что это совсем не займет времени.

Однако он не ошибся. Я облизнула губы, глядя на Лукаса и оружие в его сжимаемом кулаке. О да, я определенно была готова оседлать всех коней в моей конюшне.

Язык Зеда дразнил меня, танцуя вокруг моего клитора и лишь слегка задевая его, когда я сильнее прижималась к его лицу. Однако его пальцы работали быстрее, погружаясь в меня в отголоске того, как Касс только что довел меня до кульминации.

Тяжело дыша, Касс отпустил одно из моих бедер и поднес руку к моему лицу. — Соси, — приказал он мне, засовывая два пальца мне в рот.

Я не задавала ему вопросов, посасывая эти пальцы и пробуя собственное возбуждение в процессе. Зед задвигался сильнее, посасывая мой клитор, пока я проводила языком по пальцам Касса. Он одобрительно хмыкнул, вынимая их у меня изо рта, и снова подсунул обратно под мою ногу - но уже не для того, чтобы держать мои бедра раздвинутыми. Он взял эти пальцы, скользкие от моей слюны, и направился прямо к моей заднице.

Крик удовольствия вырвался из моего горла, когда он просунул один палец внутрь, затем быстро добавил другой. Он был грубым, но я чертовски любила грубость. Они с Зедом трахали обе мои дырочки руками, а рот Зеда ласкал мой клитор, пока я не превратилась в бьющееся, дрожащее месиво.

Мой оргазм был достаточно сильным, чтобы заставить меня видеть звезды, и я едва приоткрыла глаза достаточно надолго, чтобы увидеть, как Лукас выплескивает свою порцию на собственный пресс. Трахни меня, это было горячо.

— Не засыпай пока, Ангел, — поддразнил меня Касс, когда я безвольно устроилась у него на коленях. — Мы только начали.

Ухмыляясь, Зед сел на колени и облизал губы. Господи, это движение само по себе чуть не заставило меня снова кончить. Особенно когда его руки переместились к поясу.

Пронзительный телефонный звонок прервал нашу маленькую импровизированную оргию, и мы все четверо на мгновение замерли, как будто пытались вспомнить, чей это был телефон.

— Черт, — выругался Лукас. — Мой. Оставшуюся часть пути он неуклюже стаскивал с себя футболку и стер ею собственную сперму, прежде чем вытащить телефон из джинсов.

Он нахмурился, глядя на дисплей, и по мне пробежал холодок. Я не забыла тот