Удары судьбы. Воспоминания солдата и маршала - Дмитрий Язов

На встречу приехала дочь генерала Панфилова Валентина Ивановна. В грозном 1941 году она была в боевом строю дивизии в медсанбате. Вместе с алма-атинскими писателями мы пришли в музей дивизии. Там хранилась статья из «Красной Звезды», подписанная полководцами Жуковым, Рокоссовским, Кузнецовым, Соколовским и другими. Они писали: «Смертью героя погиб генерал-майор Панфилов.

Гвардейская дивизия потеряла своего славного командира. Он был генералом большевистской закалки. В боях с гитлеровцами его военные талант и умение сослужили немалую службу Отечеству. Имя Панфилова неотделимо от боевой чести дивизии, которой он командовал…»

Известный казахский писатель Дмитрий Снегин рассказывал: «Утром 18 ноября 1941 года комдив находился на наблюдательном пункте. Падал сухой снег, зима была морозная. Иван Васильевич направился в штаб дивизии, при подходе к дому усилился минометный обстрел. Стоявший на крыльце штаба артиллерист закричал: «Ложись!» – и кинулся к Панфилову. В этот миг мина разорвалась в двух шагах от генерала. Иван Васильевич упал как подкошенный, тяжело ранен был и артиллерист».

Приехал на встречу и Иван Демидович Шадрин, оставшийся в живых из двадцати восьми героев-панфиловцев Герой Советского Союза. Позже я узнал: один из героев-панфиловцев попал в плен к фашистам. И каково же было удивление особистов, когда они получили от американцев информацию: из фашистских застенков освобожден узник, герой-панфиловец, участник знаменитого сражения под Волоколамском. Доложили И. Сталину: какой-то самозванец позорит двадцать восемь героев-панфиловцев. Как прикажете поступить? Сослать в лагеря?

– Панфиловцы заслуживают лучшей доли, – ответил Сталин. – Наказать успеем. Прошу факты, что он авантюрист. Только не ошибитесь.

И проверили, и доложили И. Сталину: действительно панфиловец, Герой Советского Союза.

– Как же мне поступить? – призадумался Сталин. – Наградить орденом, что и в плену выжил? Товарищи меня не поймут. Какая просьба была у героя-панфиловца?

– Посмолить папироску!

– Что же вы отказали герою? Передайте ему в подарок мою трубку.

Вот таким образом И. Сталин отвел беду от панфиловца. Когда после смерти вождя описывали его имущество, то насчитали пять курительных трубок. А могла быть и шестая.

Отмечали сорокалетие панфиловской дивизии и в Алма-Ате. В центре города уютный парк носит имя двадцати восьми гвардейцев-панфиловцев. Перед Домом офицеров всегда горел Вечный огонь. На фоне Кремлевской стены политрук стрелковой роты В.Г. Клочков распростер руки, как бы задерживая врага, за ним – двадцать восемь бойцов самых разных национальностей. Без слов ясно: «Велика Россия, а отступать некуда – позади Москва».

В Алма-Ате я встретил и легендарного полковника Баурджана Момыш-Улы. Это он в Талгаре сформировал стрелковый батальон. Это он произнес слова: «Еще вчера вы – колхозники, учителя, инженеры – сами все решали. Сегодня Родина дала право мне приказывать, а вам выполнять».

Рядом с Домом офицеров – средняя школа. В этом здании формировался штаб дивизии, ближе к Вечному огню оригинальное деревянное здание – «офицерское собрание», построенное по проекту талантливого архитектора А.П. Зенкова. Таким образом, площадь у Вечного огня является как бы составной частью парка двадцати восьми героев-панфиловцев.

Рассказал мне Д.А. Кунаев, что в 1978 году в Алма-Ате проходила международная конференция Всемирной организации здравоохранения. В работе конференции принял участие и сенатор Эдвард Кеннеди. Ему по душе пришлась Алма-Ата и особенно мемориал Славы в парке имени двадцати восьми гвардейцев-панфиловцев, где, вспомнив убитого брата – президента Кеннеди, младший брат заплакал.

Да, тогда, в начале восьмидесятых, советский воин, пронесший победное знамя над странами Европы, был окружен всенародной любовью. Иной шестидесятник» или более молодой «демократ» скажет: ностальгия, вы стояли «на страже сталинского дома». Да, стояли и защищали, в том «доме» проживали почти триста миллионов «жильцов», где теперь этот дом?

…Каждое утро до начала работы в штабе округа я выезжал в училище имени маршала М.С. Конева, чтобы ко Дню Победы закончить строительство курсантского клуба.

Обустраивалось не только военное училище, но и учебная дивизия в Отаре-Гвардейском, дивизия в Сарыозеке, танковая дивизия в Аягузе, мотострелковая в Семипалатинске. Обустраивались пулеметно-артиллерийские батальоны в Чундже, Пржевальске, Зайсане.

Помню, как маршал авиации Александр Иванович Колдунов провел боевые стрельбы новых ракетных комплексов С-300. Одновременно испытывался по реальным целям самолет-перехватчик МиГ-31. От Сухопутных войск участвовала 32-я армия – командующий генерал-лейтенант Борис Петрович Плотников, член Военного совета армии генерал-майор Анатолий Павлович Ларин.

Кроме войск армии, принимали участие фронтовые средства ПВО, которыми руководил генерал-лейтенант Петр Петрович Полях. На учениях были конструкторы всех средств ПВО. В качестве мишеней использовались самолеты-мишени Ла-17, реактивные снаряды и ракеты-мишени. Их запускали с различных направлений и так интенсивно, что это потребовало оперативного взаимодействия всех средств поражения. Наиболее успешно решались задачи комплексами, где обнаружение целей и их поражение были автоматизированы и составляли единый комплекс ПВО.

Седая ковыльная степь переливалась на ветру волнами, солнце медленно поднималось с востока над Балхашем. Войска перешли в наступление. В бой вступили ракетные комплексы, я лично с командного пункта наблюдал, как было сбито несколько самолетов-мишеней. А когда «противник» перешел на самые низкие высоты, задействовали «кубы», «шилки», «стрелы». Все это проходило на широком фронте, и оценку могли дать только специалисты, имеющие радиотехнические средства обнаружения и наблюдения.

Александр Иванович остался доволен действиями 32-й армии и войсковых средств ПВО, хотя мы, общевойсковики, увидели массу недоработок. Отсутствовала единая система управления средствами ПВО, по одной цели вели огонь и «кубы», и «шилки», и «стрелы», а другая цель оставалась даже не обстрелянной.

Речь шла не об уничтожении такой воздушной цели, как самолет, а об обнаружении и уничтожении боеголовки ракеты. Без систем наведения и управления ракета – не оружие. Только в комплексе с этими системами ракета становилась надежным средством поражения.

12 января 1982 года коммунисты Казахстана отметили 70-летие Д.А. Кунаева. Мы, военные, пришли поздравить всем Военным советом, коль скоро и Д.А. Кунаев являлся его членом. Кроме приветственного адреса, мы подарили охотничий карабин и зажигалку. Она представляла собой макет танка с пушкой, пулеметом, со всеми атрибутами, характерными для боевой машины. Нажимаешь на зенитный пулемет, вырывается пламя – прикуривай! Нажимаешь на ствол пушки – льется коньяк в рюмку! Выбирай: сначала выпить или закурить. Динмухамет Ахметович коллекционировал зажигалки, и наш «танк» занял свое почетное место.