Темные тропы - Андрей Васильевич Саломатов

– А на кой мне это? – резонно ответил Владик. – За такие бабки рисковать… Я, между прочим, даже за документами не пошел. Позвонил ему, сам принес.

В лифте они поднялись на последний этаж, затем по ступенькам забрались на чердак, и Владик достал из кейса полиэтиленовый пакет.

– Как меня теперь зовут? – принимая бумаги, спросил Скоробогатов и сразу раскрыл паспорт. – Нечипоренко Александр Львович. Получше фамилию не нашли? Надо запомнить.

– Потом налюбуешься, – прервал его Владик. – Все настоящее, можешь не волноваться.

Антон достал слегка похудевшую пачку долларов, отсчитал обещанную сумму Владику, и тот, не проверяя, убрал ее в карман. Затем Скоробогатов рассчитался за машину, немного помешкав, вручил каждому по стодолларовой бумажке и сказал:

– Выпейте за меня сегодня. А завтра я сам за себя выпью.

– Это будь спокоен, погуляем так, что у тебя колеса отвалятся, – ответил Владик. – Ну все, передавай привет Петуху. Если устроишься, позвони, может, в гости приеду. Я дальше Финляндии нигде не был. Надо бы съездить, отметиться.

– Запросто, – ответил Антон и пошел к выходу.

– Подожди здесь минутку, – попросил Владик. – Мы свое дело сделали. Дай нам оторваться, а потом иди куда хочешь.

Скоробогатов вначале удивился, но затем на радостях решил уступить и лишь ответил:

– Если бы что, нас бы перед подъездом взяли со всеми нашими бумажками. Ладно, подожду.

Они ушли, и Антон распихал документы по карманам. Теперь он снова ощущал себя абсолютно свободным человеком, который может позволить себе махнуть в любую часть света. Оставалось только сесть в машину, сунуть ключ в замок зажигания и нажать на акселератор. Все скверные предчувствия остались где-то там, в прокуренной бильярдной, зато появилось какое-то зудящее нетерпение, и Скоробогатов заторопился. Он быстро спустился на последний этаж, вызвал лифт, но вспомнил, что в доме всего пять этажей, и пошел пешком. По пути он решил, что парик и усы нацепит в машине перед зеркалом, потому как его вполне могут остановить еще в городе, либо на выезде из него.

На улице Антон остановился и окинул взглядом безлюдный переулок. На душе у него было под стать погоде – тепло и тихо, и он пожалел, что Владик с другом так быстро ушли – хотелось с кем-нибудь похохмить, поделиться радостью и просто поболтать. У него даже мелькнула мысль отложить отъезд до завтрашнего утра, а вечером заявиться в «Посейдон» и покутить с приятелями Владика, но благоразумие все же победило, и он отправился во двор, где стояло его приобретение – одноразовый драндулет. По дороге Скоробогатов едва удержался от соблазна зайти в бильярдную и выпить еще рюмку водки. Он лишь замедлил шаг, но затем махнул рукой и почти побежал во двор.

Свою темно-синюю «ауди» Антон заметил издалека и достал ключи. Машина стояла, уткнувшись передком в стену, в противоположном конце двора прямо под окнами. Справа от нее находился выезд на улицу, слева – раскрытый подъезд и несколько чахлых кустов сирени, которые просматривались насквозь. Народу во дворе было много: в песочнице, под наблюдением сразу нескольких старушек, лепили куличи двое малышей, пожилая чета с сумками возвращалась из магазина, навстречу Скоробогатову шла хорошенькая девушка, в общем, картина была вполне мирной, и ничто не предвещало неприятностей.

«Надо купить что-нибудь заесть, – на ходу подумал Антон. – А тачка ничего, видок нормальный. Если бы не эта шалава, я бы уже… Чемодан с барахлом надо купить, – вспомнил Скоробогатов. – Ладно, это копейки. Все равно пригодится».

Он подошел к машине, бегло осмотрел ее и только после этого ключом открыл дверцу. Здесь Антону показалось, что левое переднее колесо чуть приспущено, он бросил пакет с париком и усами на заднее сиденье и попинал покрышку ногой.

– Ерунда, доеду, – тихо проговорил Скоробогатов. Позади него, со стороны подъезда послышался какой-то шорох, но Антон не успел обернуться. Что-то твердое ткнулось ему в правый бок, и Скоробогатов понял, что дневная слежка – не плод его воспаленного воображения, а страшная реальность.

Глава 15

Ломов умело выжимал из «жигулей» все, что было можно. Он торопился, справедливо полагая, что Скоробогатову понадобится немало времени, чтобы своим ходом доехать до Петербурга, а затем сделать себе новые документы. Пока они успевали – прошло чуть меньше суток с тех пор, как нынешний владелец бриллиантов очнулся от клофелиновой спячки. И все же трое «охотников» заметно нервничали. Иногда кто-нибудь затевал один и тот же разговор о «жадном гаде», как они прозвали Антона, но вскоре он сам по себе прекращался из-за исчерпанности темы. Путь был не близкий, и Скоробогатова вспоминали не раз и не два.

– А если он с рук купил билет на поезд и едет сейчас куда-нибудь в Красноярск или Хабаровск? – глядя на мелькающие за окном деревья, сказал Мокроусов.

– Документы ему все равно нужны, – ответил Синеев. – Он же не знает, что мы Петухова взяли. В Финляндию пойдет. Зачем ему без документов кататься по стране? Большой риск.

До Петербурга «долетели», будто на реактивном самолете. Время было вечернее и дорога до дома Владика через автомобильные пробки заняла едва ли не столько же времени, как и до города. При этом Ломов сохранял олимпийское спокойствие, Мокроусов сонно таращился на соседние машины, а Синеев все время материл то городскую власть, то паразитов-горожан, накупивших себе машин, а то и научно-технический прогресс, превративший поездки по городу в китайскую казнь.

Они опоздали всего на полчаса к разговору Владика со Скоробогатовым, когда те условились вечером встретиться в пиццерии «Посейдон». На всякий случай Ломов припарковался в квартале от дома Владика, позвонил по телефону, и детский голос ответил, что Владик ушел десять минут назад.

– Они с ребятами к Сашке пошли, да? – стараясь говорить поразвязнее, спросил Ломов.

– Понятия не имею, – строго ответила девочка. – Он прибежал, поел и убежал. Теперь, наверное, утром заявится.

– А-а, ну да, он же сегодня собирался к Светке, – озабоченным тоном проговорил Ломов.

– Понятия не имею, – еще строже повторила девочка. – Я в его дела не