Германская история: через тернии двух тысячелетий - Александр Иванович Патрушев

индустриализации. Поскольку после революции не приходилось опасаться новых политических потрясений, становились выгодными долговременные вложения капиталов, объем которых значительно возрос. Перевороту в экономике способствовало еще одно обстоятельство — дешевизна рабочей силы. Новым фабрикам требовалось все больше людей. Обнищавшие массы были рады получить хоть какую-нибудь работу с постоянным заработком. Разумеется, условия жизни и труда первого поколения фабричного пролетариата были ужасны. Но следует иметь в виду, что по сравнению с массовой нищетой доиндустриальной эпохи теперешний средний рабочий жил все-таки лучше. Плохие урожаи 1852 и 1855 гг. вновь привели к повышению цен на продукты, однако голода на этот раз в Германии не было. Пауперизм, эта социальная болезнь первой половины XIX в., ушел в прошлое, а последующие поколения уже не знали этого явления. Индустриализация Германии привела к возникновению нового общества. Старый мир был опрокинут не политической революцией, а переворотом в экономике и производственных отношениях, тесно связанным с революцией в средствах коммуникации, от железной дороги до телеграфа.

Резкое увеличение численности населения и ухудшение условий жизни на селе заставляли многих людей уезжать в города или эмигрировать за пределы страны. Поток переселенцев устремился в наиболее развитые индустриальные области — Саксонию, Силезию, Берлин, Рурский бассейн, Вестфалию. Формирующийся фабричный пролетариат пополняли главным образом две группы: необученные сельские переселенцы и городские ремесленники, которые не могли больше существовать за счет своего труда, поскольку спрос на дешевые и массовые фабричные товары привел к резкому падению спроса на более дорогие, штучные ремесленные изделия. Только когда в 1880-х гг. в широких масштабах стал использоваться электромотор, который можно было установить в любой мастерской, ремесленные предприятия стали более конкурентоспособными и смогли сохраниться и в индустриальную эпоху.

Глава седьмая.

Торжество «Крестовой газеты» (1850–1871)

Облик эпохи

Период после революции 1848–1849 гг. чаще всего называют «эпохой реакции», или «второй реставрацией». Действительно, на первый взгляд казалось, что была восстановлена прежняя дореволюционная Германия, либерально-демократические силы потерпели поражение, национального объединения не произошло. Тем не менее такое впечатление обманчиво. Даже в Пруссии, которая была бастионом контрреволюции, в последующие годы сохранялись конституционный порядок и парламент, хотя ни ее политический строй, ни реакционная трехклассная избирательная система никоим образом не отвечали демократическим представлениям.

В 1858 г. Пруссией стал править принц Вильгельм. С его приходом либералы ожидали наступления «новой эры», поскольку тот обязался уважать и оберегать конституцию. Регент, действительно, создал либеральное министерство, но этим все и закончилось. Уже в 1862 г. между монархией и либеральным большинством прусского ландтага вспыхнул конституционный конфликт по поводу намеченной военной реформы и необходимых для этого бюджетных средств. В ходе этого конфликта главой правительства был назначен Отто фон Бисмарк.

В 50-е годы он являлся прусским посланником в Германском союзе. Тогда Бисмарк пришел к убеждению, что давнее соперничество Австрии и Пруссии может быть разрешено только силой и вытеснением многонациональной Габсбургской империи из Германии, объединенной под эгидой Пруссии.

Австро-прусские отношения резко обострились, когда в 1859 г. Вена начала войну против Пьемонт-Сардинии и союзной им Франции. Война за сохранение власти Габсбургов в Северной Италии не отвечала немецким национальным интересам. Но многие германские государства выражали готовность оказать Австрии военную поддержку. Однако, хотя австрийская армия 4 и 24 июня 1859 г. потерпела два сокрушительных поражения при Мадженте и Сольферино, Германский союз на ее стороне так и не выступил. Произошло это из-за отрицательной позиции Пруссии, опасавшейся превращения этого локального конфликта в общеевропейскую войну.

Объединение Италии после победоносной войны стало мощным толчком для оживления немецкого национального движения. В Пруссии либералы все громче заявляли о необходимости расширения прав ландтага и введения подлинно конституционной системы. В центре развернувшегося между короной и парламентом противоборства оказался Бисмарк, заявивший, что готов управлять страной без строптивого депутатского корпуса. Это было началом «эпохи Бисмарка».

Определение целой эпохи по имени этого великого человека вполне обосновано. Бисмарк не только по праву может именоваться создателем Германской империи, он оказал огромное влияние на всю ее социально-экономическую и политическую структуру. Его политика объединения Германии сверху привела к расколу немецкого либерализма, а созданная в 1867 г. Национал-либеральная партия на несколько лет стала главной внутриполитической опорой канцлера, хотя империя была весьма далека от либерального кредо свободного правового государства.

Германская империя была создана в итоге трех династических войн против Дании, Австрии и Франции. В итоге второй войны Австрия была изгнана из Германии и был образован предшественник империи — Северогерманский союз. Завершающим аккордом стала франко-германская война 1870–1871 гг., закончившаяся торжественной коронацией короля Вильгельма Прусского как германского императора 18 января 1871 г. в Зеркальном зале Версальского дворца.

В эти годы политических репрессий в стране происходит решающий индустриальный прорыв. Жесткий политический авторитаризм и экономический либерализм, как оказалось, совсем не являются несовместимыми друг с другом. 50–60-е годы — период, когда впервые можно говорить об устойчивом экономическом росте Германии и когда она вступила в стадию складывания основ современной экономической системы. По оценке известного историка Рейнхарда Рюрупа, «в общественном и экономическом аспекте 50 и 60-е годы относятся к важнейшим переломным периодам немецкой истории»[120].

Ольмюцкое соглашение

В апреле 1850 г. Австрия в противовес Пруссии созвала во Франкфурте-на-Майне представителей немецких государств с целью реорганизации бундестага, в котором впредь должны были поочередно председательствовать Австрия и Пруссия. Это, однако, не удовлетворило Пруссию, которая решила отстаивать свою роль объединителя Германии, причем вооруженным путем. В сентябре 1850 г. прусский король объявил мобилизацию. Австрия и Пруссия оказались перед угрозой войны. Последовало предупреждение Николая I, решительно поддержавшего Австрию.

Неожиданная кончина Бранденбурга в ноябре 1850 г. произвела впечатление на короля, который вернулся к воинственным проектам. Никогда разрыв не казался более вероятным, чем в тот момент. Тем не менее в том же месяце стороны пришли к соглашению относительно большей части разногласий. Глава австрийского правительства Шварценберг неохотно согласился на компромисс, который сохранял прежнее положение и давал Пруссии возможность вернуться к своим планам при первом удобном случае. Впрочем, он был уверен, что в решительный момент Фридрих Вильгельм отступит, и поэтому не церемонился с ним. Ноты Шварценберга составлялись во все более высокомерных выражениях и подкреплялись передвижением военных сил.

Ввиду вооружения Австрии и враждебности Баварии и Саксонии, Отто Теодор Мантейфель, временно заведовавший тогда министерством иностранных дел и впоследствии ставший главой прусского кабинета и министром иностранных дел, отдал приказ о мобилизации прусской армии, продолжая заявлять, что не преследует враждебных намерений. Король же обратился к прусскому ландтагу с воинственным посланием. Мантейфель по его приказу отправился в Ольмюц. Здесь он встретился