Записки судового врача - Дариуш Ришард

   - А что я, собственно, здесь делаю?.. - негромко поинтересовался молодой человек сам у себя, но ему никто не ответил, что, впрочем, неудивительно. - Чтоб мне всю жизнь аптекарем проработать! Да что здесь, вообще, черт возьми, происходит?!.

   Провалами в памяти лекарь не страдал (по крайней мере, он был в этом уверен до нынешнего времени), но сейчас у него было очень странное и не очень приятное ощущение, будто он проснулся не в своей постели и совершенно не помнит ни то, каким образом здесь очутился, ни как собирается отсюда выбираться и что делать дальше. Во время внезапной вспышки сознательности он аккуратно припрятал найденные "сокровища" в карман к часам...то есть, в тот карман, в котором обычно лежали часы, но теперь их там, почему-то, не обнаружилось. Это оказалось последней каплей, окончательно раздосадовавшей доктора, и он не нашел ничего лучше, кроме как попытаться последовать инструкции.

   Хозяйки кофейни в общем зале не обнаружилось. Более того, на первом этаже этого до неприличия милого и уютного заведения вообще никого не было. Несмотря на то, что на дворе еще не стемнело, газовые гардины и тяжелые портьеры были плотно задвинуты, в помещении царил полумрак, рассеиваемый разноцветными лампадками, источавшими не только теплый свет, но и сладкий аромат, гармонично подмешивающийся к общему приторному букету, к которому нос судового врача уже так привык и почти перестал замечать. Подозрительная тишина нарушалась только приглушенным, еле слышным и таким далеким шумом улицы, так что Лауритцу померещилось, будто он слышит даже то, как тикают часы на втором этаже. А для того же, чтобы испугаться, он был просто слишком сыт и ленив... Обойдя кругом сладкое царство, Траинен нашел то место, которое искал - неприметный коврик, скрывающий квадратную крышку люка. Он как раз недавно его обнаружил совершенно случайным образом - нечаянно пролив на него немного кофе, он решил сдвинуть половичок и обнаружил люк...решил тогда ничего не трогать. Но сейчас рыжий особо не мешкал и не раздумывал, спускаясь вниз, в неизвестность. Подобной решительностью обычно обладает спящий человек, абсолютно уверенный в том, что он сам хозяин своим грезам и в вымышленном мире ему не может ничего угрожать.

   Узкая, крутая лестница, не освещенная ничем, кроме как светом, падавшим из оставленного открытым люка, казалась довольно травмоопасной. Но человека, привыкшего к жизни на корабле, такой планировкой было не удивить. Оказавшись на нижнем ярусе, о существовании которого до этого можно было только подозревать, Ларри погрузился во тьму и уже пожалел, что не захватил с собой лампу или свечу, но, вытянув руки вперед, он быстро нащупал дверную ручку. Незапертая дверь поддалась и, из своеобразной "прихожей" любопытный гость попал в то место...в общем, в то самое, в которое он так искусно влипал с самого начала своих приключений.

   Вот, что на самом деле скрывалось под шикарным особняком мадам Нейлы. И в этом, в принципе, не было ничего удивительного, вполне предсказуемо... В глаза, привыкшие к полумраку, ударил свет белых ламп, дополнявший солнечный, пробивавшийся из-под потолка, из подвальных окошек. Сощурившись, Лауритц рассмотрел огромную кухню... Хотя, если "кухней" назовут и любую закопченную каморку, в которой на ушлой печурке какая-нибудь неопрятная стряпуха варит баланду, то это скорее была мастерская. Как студия артели художников, где многочисленные подмастерья и ученики выполняют мелкие работы для своего великого мастера. Не смотря на кипящую работу, все здесь сверкало такой чистотой, что любо-дорого глядеть... А трудились здесь исключительно девочки, на вид самые обыкновенные маленькие девчушки, каждая стояла у своего рабочего места и тщательно выполняла отведенную ей функцию - одна разделяла яйца на белки и желтки и взбивала их в крутую пену, другая вымешивала тесто, третья подогревала, кипятила и помешивала что-то в маленьких кастрюльках на большой печке, кто-то в две пары рук выкатывал маленькие шарики конфет... Вернее, всем этим они занимались до тех пор, пока к ним не вошел доктор Траинен. После этого же они дружно устремили удивленные взгляды на него и, как по команде, замерли. У одной из юных кондитеров рот раскрылся от изумления, а растопленный шоколад, который она выливала на мраморную доску, заструился ей на передник. А младшая на вид девочка лет восьми, до этого старательно раскладывавшая конфеты по коробкам, от избытка чувств, вообще, попыталась спрятаться за дверцей буфетного шкафа. "Мужчина... Девочки, смотрите... Надо же... Это мужчина... И как он здесь очутился?.. Как сюда попал?.. Бедненький..." - дружный шепот прокатился по помещению, как шум прибоя. Но тут из общей стайки к рыжему чужаку выбежала невысокая, худенькая девочка в платьице и в белом переднике, как и у ее коллег, ее короткие темные волосы были спрятаны под белую косынку.

   - Лауритц! - выкрикнула она, бросившись обнимать судового врача и уткнувшись лицом в его жилетку. Молодой человек слегка опешил от таких проявлений нежности, аккуратно взял девочку за плечи и слегка отстранил от себя, разглядывая ее с таким интересом, словно видел ее в первый раз в жизни.

   - Привет...хм, да я тебя знаю!.. У тебя зеленые глаза, почти такие же красивые, как у капитана Гайде... Кстати, где она? Ах, да, ее ведь посадили в тюрьму, такая неприятность приключилась...

   - Лауритц!!! - девчонка ошарашенно захлопала круглыми от удивления малахитовыми глазищами. Она не стала дослушивать странное бормотание своего друга, подбежала к столу, схватила стоящий на нем графин с водой и с размаху, не жалея, выплеснула его содержимое доктору в лицо. Лауритца это практически не смутило, он вынул из-за воротника тоже успевшую насквозь промокнуть салфетку и утерся.

   - Это, пожалуй, было лишним, - флегматично-строгим учительским тоном заметил он, складывая свою салфетку, - Олли, вот никогда ты не отличалась особо изысканными манерами, несмотря на то, что твой папа и... Олли?! Это ты??? Это, правда, ты? Как ты здесь очутилась...постой, а как, собственно, я сам здесь очутился?.. - что-то оттаяло в засахаренных докторских извилинах и мозги заработали в привычном...или почти привычном режиме. Он встрепенулся и, не веря своим глазам, принялся осматривать девочку со всех сторон - не призрак ли это, цела ли она, и она ли это, вообще.

   - Сэр доктор Траинен!.. - недовольно воскликнула маленькая аристократка, явно напуганная неадекватным поведением судового лекаря, всегда казавшегося оплотом благоразумия и правильности. Ей бы стоило выбежать на улицу или хотя бы подойти к окну, дабы проверить, не обрушилась ли твердь небесная на твердь земную, если уж Ларри выделывает такие номера. Но она ограничилась только тем, что выплеснула свое возмущение. - Ты меня не узнаешь?! Узнаешь?.. Я думала, что ты пришел меня спасать, как настоящий рыцарь, а ты...ты...тут пирожными объедаешься??? Да ты же...врач! Что это значит? На кого только ты стал похож?.. - девочка стряхнула крошки с его жилета, и те посыпались, как и ее вопросы. - Забери меня отсюда!.. Забери-забери-забери... - совсем разнервничалась она и под конец добавила для ясности, пусть и неуверенно. - Это приказ.