Кровавыми тропами - Николай Свистунов

что оно требовало слишком много свободной жизненной силы. Больше чем супруга могла накопить. Так что и у пришельца могло быть что-то похожее, а уж со свободным опытом у него наверняка таких проблем как у жены не имелось. Возможно, даже свой куб накопитель имелся. И уж пароль-то к нему он точно прекрасно знал.

Девочкам тоже досталась своя доля имущества нанимателей. Это я не нашел среди предложенного ничего лучше имевшегося у меня оружия, а они подобрали по жатвенному стволу. Собственно поэтому и не утаскивал оружие, чтобы они могли подобрать. Я не интересовался тем, что именно дамы выбрали, но видел там Калашников под пятерку и еще несколько интересных более или менее современных стволов. Петровцева пыталась посоветоваться, но был занят своими мыслями и не собирался брать лучницу с собой дальше, так что попросту отмахнулся от нее.

— Бери что хочешь, — только и сказал ей.

Наконец приехала группа из Кремля, и я понял, что боюсь. Боюсь призывать из карты тело любимой. Вдруг ничего не выйдет, а после не получится запихнуть его обратно в карту. Это же будет просто ужас. Потеря надежды. Но все же собрался с силами и трансформировал карту в тело.

— Ничего не выйдет, — ответил лекарь буквально сразу, как только попробовал применить свое умение.

— Ты попробуй еще раз, — не поверил я.

— Жизненная сила не тратится, умение не срабатывает. Это не просто клиническая смерть, которую можно обратить. Она умерла окончательно, — отрезал эскулап, и я поспешно свернул тело в карту.

Хоть это получилось. Но радоваться я не мог. Стоял и пялился куда-то вдаль. Рядом сидел ксеноморф, и люди боялись к нам подойти. Константин попрощался с расстояния. Группа кремлевских погрузила на транспорт тело Дрефа, и они уехали. Я же все стоял. Дарья и Светлана сидели в стороне. На нас вышло несколько монстров, но ничего примечательного они из себя не представляли и девушки легко с ними справились. Одна стреляла из лука, а вторая из новоприобретенного автомата. Наконец я встряхнулся и направился к стоящему в стороне и не сильно пострадавшему Форчунеру. Жалеть себя и ныть, уткнувшись в подушку это не то чем можно помочь горю. Нужно было заниматься делом.

Кое-как на Форчунере доехали до клуба. Рулить пришлось мне, а я хоть и имею права на автомобиль, но не особо это дело люблю, да и практики имел маловато. Там я хотел высадить дам и отправится дальше один. Мне требовалось побыстрее накрошить нужное количество монстров и получить возможность использовать Огненный град. С его помощью я смогу быстро стать сильным и попробовать привлечь внимание будущего наместника земли. Я не думал, что он бросится мне помогать в моей печали, но в его окружении вполне могут найтись знающие разумные существа. Они могут если не воскресить Ольгу за какую-то плату, то смогут что-то подсказать. Да вот только с низкоуровневой и ничего собой не представляющей мелочью разговаривать никто не станет. Уверен почти на сто процентов.

Хотя может и не выгорит. Но становиться сильнее все равно надо. Тем более в процессе кача мне самому может выпасть какое-то подходящее умение. Если раньше оно нам не выпадало, если мы и кремлевские о нем ничего не слышали (я спросил) и если ничего такого не упоминал Гнеш, то это не значит, что его не имелось. Мы же ведь и не спрашивали черного пришельца о том, как воскрешать мертвых. Вот о том пытались ли разумные в иных мирах убрать Жатву совсем спросили, а об этом нет. Правда он и на упомянутый мной вопрос не знал ответа. Как и на некоторые другие. Его опыт жизни в Жатве был велик по сравнению с нами, но не сказать, чтобы мог считаться достаточно серьезным в абсолютных величинах.

Встречать нас вышел один Дементьев. Мужчина уже прекрасно знал, что с нами произошло и что случилось с моей супругой.

— Соболезную, — сказал он, пожимая мне руку.

— Все нормально Дим. Убиваться и просить пожалейку я не собираюсь, — ответил я ему, дружески прижимая и похлопывая по плечу.

— Есть будете? У Егора там шашлык остаться должен был. А не осталось так они сообразят по шустрому что-нибудь, — уловил он мой тон, и вынес смерть Ольги за рамки текущего общения.

— Давай поедим, но быстро. Я тут ненадолго. Пока едим, покажи мне записи с коптеров, — принял решение я.

— Ты собрался лезть туда один? — выпучил глаза лидер клуба.

— Почему один? С нами, — влезла в разговор лучница, которая, еще не знала, что я ее брать никуда не намеревался.

— Монстр! — отвлек нас крик часового с крыши здания.

— Не стрелять! Это мой питомец! — сразу сообразил о ком речь, я.

Это Светке нужно было влить опыт в карту, чтобы вылечить своего слешера, а мой Алик крутился, поблизости показывая, что других монстров рядом нет, так что заметить могли только его. Вот только как глазастый часовой умудрился его высмотреть? Простыми глазами существо, обладающее навыками моего легендарного ксеноморфа, разглядеть совсем не просто. Может быть, тут дело в каком-то изменении глаз сделанном через Жатву? Неплохо бы это выяснить. Такие вещи нужно выяснять.

Разумеется, пока подъезжали (до разговора с Серегой) и шли со стоянки до кухни под навесом увидел, что стало с клубом. Вроде бы прошли всего сутки, но изменения оказались значительными. Люди пусть и не качались, так как мы, но трудились не покладая рук. Появились новые кучи строительных материалов. Заготовили много жердей для каких-то нужд. Стояли несколько стопок с блоками и кирпичом. Сделали шлагбаум на въезде на парковку перед Хищником. Пара столбиков и толстая жердь с противовесом из пары связанных вместе блоков. Ничего сложного, но просто так уже не въехать. Нужно выходить из машины и поднимать препятствие. Ну, или брать его на таран, что не всегда позволительно.

На внутренней территории появился грузовик. Из его бака самотеком сливалось в ёмкость топливо для генератора и других нужд. Грузовик ввели в Жатву и соответственно топливо в нем возобновлялось. За ним постоянно кто-нибудь следил. Неплохое решение на будущее. Это если все же ничего не наладится и мир окончательно скатиться в постапокалипсис, а с топливом начнутся настоящие проблемы. Можно даже пару грузовичков для таких нужд в Жатву ввести. Все равно в клубе много людей никуда не выбирающихся,вообще и таких которым отдельный транспорт не нужен.