Зулкибар (Книги 5-7) (СИ) - Марина Владимировна Добрынина

волосы у нее все еще темные, глаза - выразительные, а тело сохранило соблазнительные изгибы. Но она меня не волнует. Утратила былую прелесть, или это я приобрел иммунитет к воздействию пифий? По поводу иммунитета нужно будет выяснить.

   - Садись, Ларрен, - холодно произносит вер-айлиде. Подчиняюсь.

   - Разговор у нас с тобой будет сложный, - продолжает она.

   На простой я и не рассчитывал. Но молчу.

   - Жаль, что тебя тогда не прикончили, - заявляет Элиника, одаряя меня проницательным и горестным взглядом.

   - Я не разделяю Ваших сожалений, - ухмыляясь, парирую я.

   - А напрасно! Если бы мой сын не разводил дурацких церемоний, а просто свернул тебе шею, наш мир был бы счастлив и спокоен!

   - Какая честь! Моя смерть - залог спасения мира.

   - Не ерничай!

   Не нравится мне такое начало разговора, и следует дать ей об этом понять. С выражением гнева на лице встаю и заявляю:

   - Если это все, что я должен был услышать, пожалуй, я удалюсь.

   - Сидеть!

   А это просто удивительное хамство. Чувствую - и в самом деле, злюсь.

   - Не стоит так вести себя со мною, сударыня, - рычу я в ответ.

   - Ты во всем виноват! Ты должен искупить свою вину!

   - Вам лично я не задолжал.

   Некоторое время мы изучаем друг друга, причем я успеваю прийти к выводу, что Элиника слишком уж сдала, вон и щечки поплыли, и грудь опустилась, а также задуматься о том, сколько ей может быть лет. Уж точно не менее ста.

   Наконец она со вздохом произносит:

   - Сядь, пожалуйста, мне нужна твоя помощь.

   Вот это уже другой разговор, а потому я занимаю прежнее место и готовлюсь к получению информации, однако, вместо этого выслушиваю вопрос:

   - Ты завершил свои изыскания?

   - Которые?

   - По магии разума.

   - Нет, конечно. Сами знаете, информации мало. Тема плохо разработана.

   - А Кардагол?

   - Все, что знал, он передал мне. А, кроме того, он - экспериментатор, не всегда может объяснить, что и как у него получилось.

   - Да, я слышала.

   Она замолкает. Терпеливо ожидаю продолжения. Начало меня уже заинтриговало.

   - Понимаешь, Ларрен... Не знаю, с чего начать. Я утратила связь с Крионом.

   - И?

   - А перед этим мне было видение. Очень страшное видение... Будто все мои сестры... как бы перестали быть мне сестрами. Будто между нами была разорвана связь. И все так туманно...

   - Замечательно. А я здесь причем?

   - Ты должен...

   - Повторяю еще раз. Я никому ничего не должен.

   - Ларрен! Пожалуйста! Я очень прошу тебя! Ты - замечательный волшебник!

   О, в ход пошли комплименты? Не ожидал.

   - Отправься на остров, Ларрен!

   Да... вот так сбываются мечты. Забавно, еще недавно я многое бы отдал, чтобы попасть на Крион. Сейчас мне это предлагают, а я отчего-то не испытываю радости. И, более того, уже подыскиваю в уме аргументы против этого предприятия. Пока нашел лишь один, который и озвучиваю:

   - Отчего бы Вам самой, уважаемая, не отправится туда?

   - Я боюсь.

   - Боитесь?

   Недоумеваю. Отчего-то я не думал, что этой женщине знакомо подобное чувство. Видимо, ошибался. Или она просто лжет, и причина ее нежелания появляться на острове заключается в чем-то ином. Ладно, мне любопытно, я сдаюсь.

   - Как попасть на остров?

   - Морем.

   - А телепорт?

   - Я не смогу передать ориентиры. Остров не слушается меня.

   - Восхитительно. А высадиться-то я смогу? Меня не размажет каким-нибудь охранным заклятьем?

   - Охранные заклятья сняты.

   - Почему?

   - Я не знаю!

   - А откуда Вы знаете, что они сняты?

   - Я отправляла туда людей, они проникли на Крион, после чего связь была с ними потеряна.

   Откидываюсь на спинку дивана. Размышляю. Морем до острова при попутном ветре, впрочем, его-то я всегда обеспечу, двое суток пути. Другое дело, нужно ли мне это? Не проще ли отправить на корабль кого-нибудь из магов, чтобы он, взяв ориентиры с вставшего на якорь неподалеку от Криона корабля, вернулся за мной? Сам отвечаю на этот вопрос. Не проще. Едва ли я готов довериться мастерству в области телепортации какого-то неизвестного мага. Ладно, решено, плыву.

   Об этом я и сообщаю Элинике.

   - Спасибо, - шепчет она, хватает мои ладони в свои и заглядывает в глаза этаким особенным взглядом. И я тут же окончательно решаю,