Вампиры. Опасные связи - Ингрид Питт

— Что-нибудь еще? — недовольно спросил инспектор.

Дженет покачала головой. У Брэшера зазвонил мобильный телефон, он вытащил его из кармана и сказал:

— Брэшер.

Некоторое время он внимательно, не перебивая, слушал, потом спросил:

— Вы в этом… уверены? Хорошо, выпустите бюллетень и дайте мне знать, если что-то прояснится.

— Есть ответ из японского посольства, — сказал инспектор и убрал телефон в карман. — Хисако нет в списке торговой делегации, и никто с таким именем или похожей внешностью не въезжал в страну в последние десять дней. — Брэшер обдумал дальнейшую информацию и продолжил: — Тем не менее имеется рапорт о некой Хисако, исчезнувшей из военного госпиталя в Сома. Описание соответствует, и это могла бы быть она, если бы не одна вещь. У этой Хисако очень редкое лимфатическое заболевание, и практически с самого рождения она жила в изолированной от внешних воздействий капсуле. Врачи настаивают на том, что сейчас она должна быть мертва. И ты знаешь, чем вызвана ее болезнь? — Брэшер глубоко вздохнул и сам ответил на свой вопрос: — Радиация после бомбы, сброшенной янки на Нагасаки.

Дженет нахмурилась, подошла к краю пирса и задумчиво посмотрела на воду.

— Хисако не может быть такой старой, — медленно сказала она.

Брэшер согласно кивнул:

— Она и не старая. Облучились ее родители. Это не отразилось на них, но разрушительно повлияло на здоровье их дочери.

Инспектор подумал с минуту и спросил:

— Эти вырезки в проспекте… в одной имеется кое-какая информация о прошлом сенатора Мэнхема. Он был в эскадре бомбардировщиков, что громила японцев.

К тому времени, когда Брэшер и Дженет прибыли в японское посольство, вечер был в самом разгаре. В посольстве категорически отказались предоставить полицейским статус секьюрити и настояли на том, что они будут приняты исключительно как гости.

В приглашении было указано время: с 20:00 до 22:30. Без четверти десять Брэшер начал задумываться о том, не стали ли они жертвой слишком частых просмотров фильмов с Арни Шварценеггером. Если рассуждать рационально и непредвзято, вся их теория — глупость. Как может смертельно больная женщина проделать весь путь от Японии до Лондона, при этом оставить за собой жуткие смертельные случаи и продолжать передвигаться, как вполне здоровый человек?

Инспектор уже хотел предложить Дженет забрать пальто и уйти с вечеринки, но тут монотонный гул голосов начал прерываться отдельными комментариями. Брэшер огляделся по сторонам. Все взоры были устремлены к парадному входу.

Брэшер не был готов увидеть воплощение совершенной красоты. В дверях стояла изящная женщина, она была невысокого роста, но сложена идеально. Ее иссиня-черные волосы были забраны наверх и закреплены яркими лакированными гребнями. Шелковое светло-голубое кимоно окутывало японку с головы до ног, но тонкая материя не могла замаскировать прекрасное женское тело.

Дженет, чтобы привлечь внимание Брэшера, похлопала его по плечу.

— И что дальше? — просто, но по делу спросила она.

Брэшер встряхнулся и постарался сконцентрироваться на работе.

— Просто присматривай за ней.

Сенатор увлеченно представлял Хисако гостям. Он явно был сражен японкой. Мэнхем гарцевал по залу, тщетно пытаясь сбросить лет пятьдесят, и не замечал злобные взгляды, которые метала в его сторону супруга. Через полчаса гости начали понемногу расходиться. Брэшер встал у парадных дверей и подозвал к себе Дженет.

— Когда она будет выходить, — проинструктировал он, — представься и пригласи ее проехать в участок. Возникнут проблемы — арестуй.

Дженет поморщилась:

— Что предъявить?

— Для начала — угроза здоровью стареющего сенатора. Что-нибудь придумаем. Главное — не потеряй ее, — ответил Брэшер и огляделся по сторонам. Ни сенатора, ни Хисако нигде не было видно, — Проклятие. Куда они пропали? Смотри за входом, — приказал он.

Брэшер поставил на подоконник фужер, который все это время баюкал в руках, и целенаправленно пошел туда, где в последний раз видел сенатора и его неотразимую гостью.

Дверь на террасу была открыта, Брэшер встал так, чтобы видеть, что происходит снаружи. Когда его глаза привыкли к темноте, он разглядел две фигуры у балюстрады. Инспектор не знал, как поступить. Он чувствовал себя вуайеристом. Хисако приблизилась к сенатору и стянула с рук длинные, по локоть, перчатки. Было что-то зловещее в том, как она обнажала свои руки, и это не ускользнуло от Брэшера. Он все еще не мог придумать, что ему делать дальше. Инспектор кашлянул и вышел на террасу. Сенатор увидел Брэшера и отступил на шаг, установив некоторую дистанцию между собой и прекрасной искусительницей. Но он не был доволен.

— В чем дело? — пролаял Мэнхем.

Не успел Брэшер придумать отговорку, как Хисако потянулась к сенатору, обхватила его голову руками и одарила старика страстным поцелуем в губы. Затем японка отступила на шаг и отвесила низкий поклон. Легкая улыбка заиграла на ее губах, провоцируя полицейского что-нибудь предпринять. Одним движением, которому позавидовала бы Джипси Роуз Ли, Хисако сорвала с себя кимоно и бросила его на пол. Под кимоно на ней было трико, которое подчеркивало все изгибы и выпуклости ее безупречного тела. Сенатор начал терять самообладание.

— Что здесь происходит? — громко спросил он, но никто и не подумал ему ответить.

Не спуская с Брэшера своих гипнотических глаз, Хисако отбросила в сторону щедро опрысканный лаком парик. Без парика она была абсолютно лысой. Но даже это ничуть не влияло на ее поразительную красоту. Брэшеру удалось втянуть в легкие небольшую порцию воздуха.

— Детектив инспектор Брэшер. Не могли бы вы составить мне компанию и проехать со мной в участок? Я бы хотел задать вам… — Он умолк и почувствовал себя круглым дураком.

Хисако медленно приблизилась к инспектору.

— Не думаю, инспектор. У меня другие планы, — ласково сказала она.

До того, как у Брэшера появился шанс пошевелиться, японка нанесла ему молниеносный удар в горло. Брэшер отлетел назад и сбил стойку с большим цветочным вазоном. Звук разбившейся керамики сорвал с места двух вооруженных пистолетами охранников. Но Хисако была уже в движении. Первый выбежавший на террасу охранник был встречен мата-гери, который отбросил его на стену. Второй решил, что это как раз тот случай, когда лучше сначала стрелять, а потом задавать вопросы.

Хисако проделала сальто назад, и ее ступня ребром обрушилась на его шею. Пистолет выстрелил, но пуля не задела японку. Подоспела подмога. Но охранники сенатора не шли ни в какое сравнение с их изящным смертоносным противником.