Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель

Беспомощно я смотрела, как опытный воин проигрывал свою борьбу со слезами. Я не была готова к такому признанию – и уж точно не ко всей этой нефильтрованной, неструктурированной информации, которая внезапно заставила мою мать стать реальным, чувствующим человеком.

– Ее последним желанием было, чтобы ее дочь росла с отцом, потому что она знала, как плохо обращаются с потерянными детьми на Золотой Горе. Вот почему… вот почему я попросил Лазара о помощи.

– Но мой отец не хотел растить меня, – прохрипела я.

Аскан смущенно кивнул.

– Не хотел.

На самом деле меня должно было поразить, что мой собственный отец так подвел меня, но это было не так. В отличие от того факта, что у меня был дядя, который, по-видимому, тоже не хотел моего рождения.

– Аскан тогда был простым солдатом, – вмешался Лазар, словно прочитав мои мысли. – Молодой, неопытный, отчаявшийся. Он не знал, как о тебе позаботиться, тем более что ни одна кормилица добровольно не приняла бы потерянного ребенка.

– И тогда тебе пришла в голову славная идея оставить меня императрице Мойе, – покосилась я на Лазара.

Аскан перегнулся через стол и взял мои ладони в свои. На его лице были отпечатаны отчаяние и угрызения совести. Его голос дрожал.

– Пожалуйста, пойми! – умолял Аскан меня. В своем смятении он даже не заметил, что внезапно перешел на «ты». – Мне было нелегко бросить тебя. Но я не мог просто упустить этот шанс подарить тебе беззаботное детство и будущее, как у принцессы. Как я мог тогда знать, что… Что Фидрин вернется и все разрушит?

Я заглянула ему в глаза и обнаружила в них только правду. Этот мрачный воин, который всегда защищал меня и моих братьев и сестер, который бесстрашно противостоял даже злому принцу Теней, приподнес мне свое сердце и, казалось, боялся только одного: что я могла отказаться от этого дара.

– Я был рядом с тобой всякий раз, когда мог, – пробормотал он, – и Лазар тоже всегда заботился о тебе.

Невольно у меня вырвалось фырканье. Аскан, возможно, действительно хотел для меня только лучшего, но для Лазара я была скорее средством достижения цели.

– Амайя…

Грубые руки сжали мои. Дядя улыбнулся мне.

– Я знаю, что ты обвиняешь Лазара в том, что он сделал, и я не хочу подталкивать тебя к тому, чтобы ты простила его. Но мне бы хотелось, чтобы ты дала ему шанс. Он любит тебя, как свою собственную дочь.

Аскан сказал это с такой убежденностью, что у меня возникло искушение поверить ему. Я подумала, что он сам верил в то, о чем говорил, но я не могла. Для Лазара важна была только власть, и он делал все возможное, чтобы завоевать и сохранить ее. Счастлив тот, кто был ему полезен. Остальным просто не повезло. Даже сейчас мне не нужно было смотреть на бывшего сенешаля, чтобы понять, что я обнаружу в его чертах только притворную скромность и самодовольство.

– Я рада, что ты здесь, – заверила я Аскана, заставив себя слегка улыбнуться. – Я бы очень хотела узнать больше о тебе и моей матери, но ты не сможешь убедить меня в добрых намерениях Лазара. Он использовал тебя так же, как использовал меня.

– Это неправда, – возразил Лазар, совершенно без самодовольства и без наигранной скромности.

Почему-то вдруг мне стало плохо. Я видела, как Аскан кивнул, но его очертания расплывались перед моими глазами.

– Все, что сделал Лазар, он делал для твоего блага. Если бы он не позаботился о том, чтобы Мойя выдала тебя за свою дочь, ты, вероятно, не прожила бы и года.

Жар пробирался в мои ладони. Прикосновение золотого воина поразило меня. Его голос звучал приглушенно из-за моего оцепенения.

– Если бы он не поменял тебя местами с Облачной принцессой после ночи Восстания, Фидрин бы убил тебя.

Я одернула свои руки и вцепилась в стол. И это тоже ничем не помогло.

– Он заставил Ноара, единственного человека, который действительно мог защитить тебя, вернуть тебя из человеческого мира.

Смутный запах гнили ударил мне в нос. Я вздрогнула.

– Он вступил на арену, чтобы спасти тебя, и отправил тебя на имперское испытание только потому, что был твердо убежден, что твоя воля достаточно сильна, чтобы его выдержать. Он…

– Амайя? – Голос Лазара звучал встревоженно. Вполне заслуженно.

– Хаос, – прошептала я, поднимаясь на ноги. – Я должна предупредить Ноара.

Его и остальных.

Пока я пробиралась в гостевую комнату, гнилостный запах стал невыносимым. Осколки пронзали мою плоть, как битое стекло.

– Хаос! – крикнула я так громко, как только могла.

Затем события понеслись одно за другим.

С оглушительным грохотом стена позади меня раздробилась, словно чудовищный коготь вырвал ее. Страшный визг эхом раздался в ночи. Это пронзило меня до глубины души, как и первые предсмертные крики воинов теней снаружи. Пол задрожал. Я упала и увидела, что в таверне зияла дыра. За ней в мерцании Вечной реки извивался вихрь хаоса, похожий на жуткого осьминога. Хокааль вылетел из его центра. Кожаные крылья промелькнули в темноте. Острые когти. Смертельная хватка. Один из псов хаоса пробрался через брешь внутрь таверны. Золотой сверкающий клинок спас меня. Аскан еще на бегу отрубил голову псу хаоса. Я кувыркнулась в сторону, чтобы увернуться от остального тела и вонючей крови.

– Амайя!

Голос Паша заставил меня вздрогнуть. На удивление быстро протрезвевший граф бросил мне меч. Я поймала его и поняла, что оказалась одна, потому что на нас напали и с другой стороны таверны тоже. Возле дверей и окон толпились перевертыши хаоса. Кассарды с глазами, в которых кружились бездны, и разорванной кожей, сквозь которую клубился дым. С них капала маслянистая жидкость, как будто перевертыши вышли прямо из реки. Илиону, Кизе и Пашу с трудом удавалось сдерживать их. Аскан и Лазар были заняты хокаалями и… О, черт возьми! Хьониос навалился всем своим весом и всей волей на сломанный столб. Без всяких сомнений, здание над нами рухнуло бы, если бы он потерпел неудачу. Я быстро соображала, где занять наиболее разумную позицию, когда мощное черное щупальце дыма попыталось схватить Аскана. Золотой воин отпрянул, и щупальце с грохотом ударилось о плот. Мы опасно пошатнулись. Это определило мое решение. Вихрь. Он был самой большой угрозой.

Решительно поднявшись над обезглавленным хокаалем, я вышла на плот через брешь в стене. Я слышала предостерегающие возгласы, но я игнорировала их. У меня была миссия.

– Закройся! – приказала я кружащейся массе, которая парила над рекой,