Рыцарь из ниоткуда. Сборник (СИ) - Бушков Александр Александрович

— Ну, смотрите, — сказал Сварог, заметив краем глаза, что в шаге от них нарисовался начальник тихарей, стоявший с явно выжидательным видом. — Ладно, идите…

Едва Гаржак отошел, лейб-тихарь просунулся к уху Сварога:

— Государь, господин Интагар прилетел и ждет в приемной Малого кабинета…

— Отлично, — сказал Сварог. — Передайте, что я… и баронесса Вольмер сейчас придем.

Подошел к Яне и деловито спросил:

— Тебе что интереснее — танцы или новые загадки?

— Что за вопрос! — Яна проворно вскочила с диванчика. — Загадки, конечно!

— Ну, тогда пошли.

Когда они вышли из зала, Сварог усмехнулся:

— Вита, твоя цена возрастает поразительными темпами. Тогда, на танцах в Пограничье, тебе предлагали всего-то шесть серебряных, а теперь…

— Пошлые у тебя все же шуточки… — она пытливо взглянула на Сварога, и вместо деланой обиды ее лицо озарилось нешуточной радостью. — Шутишь? Значит, отболел?

— Пожалуй, что так, — сказал Сварог.

Яна облегченно вздохнула:

— Вот и прекрасно. Ты и не представляешь, как я рада. Тягостно было видеть тебя таким…

— Одного я не пойму, — сказал Сварог. — Там, в Пограничье, ты все восприняла спокойно, даже с юмором. Хотя тебе там не просто деньги предлагали, а еще и пониже спины хлопнули. А сейчас взбеленилась…

— Тут совсем другое, — сказала Яна. — Тогда, в Пограничье, тот хам представления не имел, кто я такая: небогатая горожаночка и все тут. Этот болван тоже не знает, кто — я, но прекрасно осведомлен, что я — твоя… Разозлишься тут. Ты, надеюсь, предупредил Гаржака, чтобы его не убивал? В общем, человек не такой уж и скверный, просто немного одурел от шальных денег…

— Вот и я то же самое подумал, — сказал Сварог. — И велел не убивать… — усмехнулся: — Правда, содрал с него денежки в двойном размере — все равно промотает, а так хоть часть пойдет на нужды Трех Королевств… — и повторил: — Мыслить нужно по-государственному…

— Изящно, — одобрила Яна. — А куда мы идем?

— Интагар прилетел из Равены только что. Не может быть, чтобы он не накопал совсем ничего нового о «тарелочках».

— О чем? — удивленно спросила Яна. — О каких таких тарелочках?

Сварог недоуменно воззрился на нее, но тут же сообразил: безвылазно просидев на Той Стороне более суток, она попросту ни о чем еще не знала — о «радианте», о «тарелочках», о явке Орка с повинной. Обо всем этом деле.

— Давай-ка постоим пару минут, — сказал он, останавливаясь у беломраморной с розовыми прожилками колонны. — Сейчас расскажу кратенько, ты ведь совершенно не в курсе. Интагар подождет, будь там что-то, не терпящее отлагательств, мне бы так и доложили… Только, я тебя прошу, оставайся веселой и беззаботной, король воркует с фавориткой, обычное дело. А если тебя увидят озабоченной и нахмуренной, моментально сплетни поползут, сама знаешь…

— Поняла, — сказала Яна, улыбаясь весело и беззаботно, даже где-то лучезарно. — Рассказывай.

Он тихонечко, почти шепотом, принялся рассказывать, выделяя главное — потом сама посмотрит подробные материалы. Яна все это время продолжала улыбаться лучезарно и счастливо. Предосторожность не лишняя: пока он говорил, мимо в обоих направлениях трусцой пронеслись три лакея, «настоящих», и два раза проходили придворные, дамы с кавалерами. Ни те ни другие на них вроде бы не обратили ни малейшего внимания, но Сварог давно убедился, что краешком глаза все ухитрились рассмотреть их и оценить выражение лиц. Окажись Яна хмурой или озабоченной, моментально расползутся сплетни о размолвке, а к чему им лишняя болтовня?

— Вот такие дела, Вита, — сказал он, закончив.

Яна помолчала немного, подняла на него глаза. Взгляд у нее был спокойный.

— Но ведь ничего страшного пока что не усматривается? — спросила она. — Никакой угрозы?

— Пока — нет, — сказал Сварог искренне. — У нас просто мало информации, вот и все. На Той Стороне за день — то есть за тамошнюю ночь — не случилось ничего интересного? Последний раз о том, что ты там, Канцлер мне говорил ранним утром.

— Совершенно ничего, — сказала Яна. — Так что я хорошо выспалась… — Она бросила на него лукавый многозначительный взгляд.

— Понял, — сказал Сварог. — Ничего не имею против, наоборот… Пошли?

Сидевший в приемной Интагар проворно встал, когда они вошли. Статс-секретарь остался сидеть (по установленному порядку он вставал лишь при первом в этот день появлении Сварога). В руке верный бульдог держал объемистую матерчатую сумку с двумя ручками — с такими небогатые хозяюшки или горничные и служанки из не особенно зажиточных домов ходят на рынок и в лавки за продуктами. Судя по ее виду, там было что-то другое, не бумаги — их Интагар, как министру и положено, носил в портфеле с тисненными золотым государственным гербом и эмблемой министерства тайной полиции. Содержимое сумки глухо стукнуло, и у Сварога появились определенные догадки.

Сварог сел за свой стол, Яна устроилась чуть поодаль, в кресле, Интагар, как обычно, занял место «докладчика» напротив Сварога. Нельзя сказать, что его бульдожья физиономия лучилась радостью, но и печальным он не казался, а это позволяло верить, что он все же раскопал толику полезного.

— Интагар, стопку келимаса? — спросил Сварог. — А ты, Вита?

Сейчас не было никакой нужды в конспирации — уж Интагар-то прекрасно знал, кто она такая. И далеко не сразу поборол некоторую робость, остатки коей сохранялись до сих пор.

— Не отказался бы, ваше величество, — сказал он. — Весь день на ногах, носился по городу, как собака… простите… баронесса.

— Ничего страшного, — лучезарно улыбнулась Яна. — Я и почище словечки слышала на каталаунских охотах…

Сварог переставил кресло Яны к торцу стола. Она попросила:

— А мне — бокал вина, если найдется.

— У короля да не найдется? — фыркнул Сварог. Он налил себе и Интагару по чарке «Старого дуба», Яне — бокал темно-рубиновой «Медвежьей крови» (одно из ее любимых вин), выставил тарелочки с тонко нарезанным копченым мясом, конфетами и гиперборейскими финиками, ларчик с сигаретами и хрустальную пепельницу (Интагар крепкие напитки весьма даже жаловал, но не курил, а с курением Яны Сварог с самого начала примирился). Удовлетворенно оглядел этот натюрморт и сказал:

— Ну вот, рабочая атмосфера создана. Выпьем за удачу и начнем, пожалуй…

Они с Интагаром осушили чарки, Яна отпила пол-бокала.

— Ну, а теперь о деле, — сказал Сварог. — Я так понимаю, Интагар, что-то вы да раздобыли? — и кивнул на сумку, стоявшую у ножки кресла министра тайной полиции. Да, ничуть не походило на бумаги — судя по тому, как свободно опала на сторону верхняя половина сумки, там лежало что-то объемистое.

— Что вам известно… баронесса? — осведомился Интагар.

— Все главное, — сказала Яна.

— Это хорошо… Итак. Пожалуй, стоит начать с тех судовладельцев? (Сварог молча наклонил голову.) «Бадеш и сыновья». Дела ведут сам Коринт Бадеш и два его сына. Компания старая, основал ее еще дед Бадеша, потом она перешла к отцу, и только потом к Коринту, до того значившегося среди «…и сыновья». Сорок два судна, из них тридцать одно — пароходы. Тридцать речных и, соответственно, двенадцать морских. Шестая по величине среди подобных ей компаний. Пользуется хорошей репутацией — в контрабанде не замечена ни во времена Бадеша-деда, ни во времена Бадеша-отца, ни при нынешнем главном владельце. С давних пор грешила одним — частенько перекрашивала «трюмные марки». Вы знаете, что это за штука?

— Не слышал, — сказал Сварог. — Как-то не занимался я судовыми делами…

Яна отрицательно мотнула головой.

— Ну, а я об этом узнал довольно давно, — сказал Интагар. — Мне как раз судовыми делами заниматься приходилось, еще не будучи министром… Штука несложная. На борту каждого грузового судна есть линия с особым знаком. Когда при погрузке ее закрывает вода, это означает, что достигнут крайний предел загрузки. Однако частенько ее закрашивают и переносят повыше. Это дает возможность взять неучтенный груз и тем самым платить меньшие пошлины. Особенно выгодно такое проделывать на крупных судах. В основном этим занимаются на речных судах и на тех морских, что ходят в спокойные районы, — при сильном волнении на море, а уж тем более при шторме очень велик риск, что перегруженное судно затонет быстрее, чем идущее без перегруза… что порой и происходит. А вот на реках, на спокойной воде риск потонуть невелик, примеры по пальцам можно пересчитать… А потому перекраской «марок» грешат практически все без исключения солидные компании. Так что это еще не свидетельствует об особых преступных склонностях Бадеша. Порой ловят, конечно, но законы предписывают лишь денежные штрафы, не столь уж и чувствительные для крупной компании. Я простите, отвлекусь, ваше величество, но закон не мешало бы ужесточить. Во-первых, недоплаченные пошлины довольно велики, во-вторых, распространяется продажность среди соответствующих чиновников…