Кольцо мертвой ведьмы (СИ) - Неверов Александр Сергеевич

Он замолчал и в этот момент послышался тихий шум, который шел со стороны приемной.

— Это они, — прошептал Мирон. — Действуем по ситуации.

Он отпрянул в сторону и занял место за вторым диванчиком, что стоял возле дверей на балкон.

Хлопнули двери, и помещение залил яркий электрический свет. Илья и Мирон, скрючившись за своими укрытиями, в щели под спинками диванчиков прекрасно могли видеть весь кабинет.

Из левой комнаты, через проход, в кабинет вступили два человека. Один из них — почти старик, одетый в дорогой коричневый камзол. Лицо его было покрыто бородавками и морщинами, а длинные седые волосы были собраны на затылке в хвост.

"— По ходу, это и есть Сигил", — подумал Илья с интересом глядя на хозяина кабинета.

Второй был помоложе, но тоже выглядел лет на пятьдесят. Мужчина с короткими волосами, с сединой; одетый в обычную для горожанина одежду, с рапирой на поясе. То, как он двигался и держался, выдавало в нем профессионального бойца. Скорее всего, это телохранитель Сигила, подумал Илья. В руках тот нес саквояж из белой кожи.

— Ставь на стол, Ктор, — распорядился седой.

Телохранитель поставил саквояж на стол и присел на подлокотник одного из кресел, что стояли перед столом.

Седой раскрыл сумку и высыпал содержимое на стол. Послышался чарующий звон золотых монет.

— Видал? — седой ухмыльнулся. — Тут больше полумиллиона! Но ты не грусти. Видишь, какой сегодня день? Сигил завтра тебе премию выдаст.

"— Опа! — подумал Илья. — Значит этот тип не Сигил. И, по ходу, сегодня его здесь не будет".

Он взглянул на Мирона. Тот, сидя в нескольких метрах, за своим диванчиком, сделал рукой несколько условных знаков:

"Спокойно! Наблюдаем".

— Да, неплохие деньги, — говорил седой, глядя на монеты, рассыпанные по столу. — Понятно, что Савва за них так напрягся".

При этих словах Илья насторожился.

При чем тут эти деньги и деньги Саввы? Он ведь не про украденные Саввой деньги сейчас говорит? Они ведь на месте, у сектантов…

Не успел он развить эту мысль, как телохранитель, сидящий на подлокотнике кресла, легко поднялся на ноги и двинулся прочь, к выходу. В прихожей щелкнул замок и Ктор вернулся назад.

— Ты чего? — прищурился седой.

— Я входную дверь запер.

— Зачем?

— Поговорить серьезно с тобой хотел.

— Ну?

— Слушай, Аркадий, — проникновенным голосом говорил телохранитель. — Давай обсудим ситуацию!

— Ты, Ктор, какой-то странный эти дни… — начал было говорить Седой, но телохранитель его перебил и быстро заговорил:

— Послушай, Аркадий. Ты меня давно знаешь. Ты мне ведь жизнь, считай, тогда спас. Если бы не ты, я бы сейчас до сих пор в "Морском централе" гнил. Поэтому, давай тут серьезно все обсудим. Не нравится мне эти дела.

Он показал рукой на деньги.

— Заигрался наш герцог. Вон сколько крови пролили и ради чего? Каких-то железок. Ну, вот добыли их, а дальше что?

Седой Аркадий возмущенно хрюкнул:

— Ну, ты, Ктор, и болван. Ты вообще, головой думать умеешь? Знаешь ведь, зачем все это. Я тебе ведь не раз про эту "Машину жизни" растолковывал. А теперь всё! Мы победили! Сегодня достали последнюю часть! Ты хоть представляешь, какое это событие! Мы ведь все последние годы только за ней и гонялись. А сам герцог, и его отец, и дед, те вообще, свои жизни ее поиску посвятили!

— Ну и что дальше? — фыркнул телохранитель.

— Ну, ты даешь! — скривился седой. — Я же тебе говорил. Бессмертие эта машина дает. Понимаешь ты, болван? Бессмертие!!! Ты, вообще, соображаешь, что это такое?

— И ты в это веришь?

— Данные у нас самые надежные!!!

— Да ладно тебе! — махнул рукой Ктор. — Ты забыл "Великосветских душителей"? У тех тоже были какие-то данные и заклинания. И чем все кончилось? Стали людей похищать, кровь девственниц пить, потом детей хватали…

— Это к чему ты этих идиотов вспомнил? — поморщился седой.

— Да к тому, что знаю кое-что про них. На них мой друг старый работал и он кое-чего шепнул мне в свое время. Те тоже бессмертие хотели достичь и что? Получили позор и смерть. А дружок мой, который напрямую в этих делишках даже не участвовал — сейчас с клеймом на лбу где-то в рудниках загибается…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Седой смотрел на собеседника со странным выражением лица, а Ктор продолжал:

— Послушай, Аркадий. Ну, опомнись ты! Это ведь хрень какая-то. Тут вон денег сколько, а в сейфах и того больше. Давай спрыгнем с этого дела, пока не поздно. Сейчас самое время! Заберем деньги и рванем из города. Пока нас хватятся, мы уже далеко будем. Я знаю, где можно так "на дно" лечь, что ни один чертов сыщик нас не найдет. А когда все утихнет, то…

— Идиот! — чуть не взвыл седой. — Ну, какой же ты идиот! Что ты сейчас сказал — это чушь, чушь и чушь! Я тебе уже десятый раз говорю — эта машина действительно дает бессмертие! Представляешь, какие возможности у нас будут? Не пройдет и года, как наш герцог будет вон там сидеть.

Седой показал пальцем на окно, и Илья понял, что тот показывает на императорскую резиденцию.

— А тебе, дураку, радоваться надо бы, — наставительно продолжал седой. — Ты ведь последнюю часть добыл! Значит и тебе награда будет. Да-да! Мы с тобой самые преданные герцогу и, поверь мне, он поделится бессмертием и с нами. Представляешь, что это такое!

Телохранитель тяжело вздохнул и повесил голову:

— Даже не знаю, что и сказать… Устал я что-то, забегался.

— Это понятно! Ты, вон, сколько на ногах — последний год и для меня как каторга какая. Завтра я поговорю с Сигилом. Возьмешь отпуск на пару недель, подберем тебе хороший курорт. А как отдохнешь, наберешься сил, то и вернешься. К тому времени мы тут с "Машиной Жизни" разберемся, и ты сам увидишь… У тебя ведь такое будущее, что закачаешься.

— Ну, не знаю, — устало пробормотал телохранитель.

— А я знаю. Верь мне. Отдохни пока.

Не пререкаясь, Ктор, сгорбившись, усталой походкой двинулся к диванчику, за которым сидел Мирон.

Седой, посмотрел ему в след странным взглядом, и сказал:

— Я сейчас тоже устал, и считать ничего не буду. Заложу в сейф, а завтра с утра пораньше приду и до прихода Сигила их посчитаю.

Не отвечая, телохранитель медленно шел к диванчику, а седой повернулся и, словно окно, открыл одну из картин сбоку от письменного стола. Он протянул руки к сейфу и начал открывать его.

Взглянув на товарища, Илья увидел, что Мирон, сидя за спинкой дивана, показывал руками условные знаки:

"Этот мой".

"Тот твой".

"Не убивать ни в коем случае!"

"Начнешь по моему сигналу".

Илья быстро показал знак "Все понял".

Он уже понял, что будет дальше. Сейчас телохранитель сядет на диван и сыскарь быстро убьет его. Возможно, проткнет прямо через спинку дивана или перережет горло. Он же, Илья, быстро и тихо перебежит через кабинет и вырубит седого, когда тот отвернется к сейфу.

Телохранитель подошел к диванчику, но, когда ему остался всего шаг, он вдруг резко обернулся и выбросил в сторону стола руку. Илья даже не заметил ножа в воздухе, но седой, который уже потянул на себя створку сейфа, вдруг вздрогнул, ойкнул и упал на колени. Через несколько секунд он осел на пол.

Илью передернуло. Этот телохранитель оказался не таким простым…

Ктор быстро вернулся к столу и остановился, глядя на деньги, разложенные там.

Напряженно наблюдающий за ним Илья, краем глаза уловил шевеление. То сыскарь привлекая его внимание, помахал рукой и показал знак:

"Вперед! Сейчас!"

Они встали и, без звука, двинулись к столу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Телохранитель по-прежнему стоял к ним спиной, облокотившись руками на стол, и глядя на кучу денег. Неизвестно, сколько он так простоял бы, если бы его горла не коснулось острое лезвие.

— Спокойно, Ктор, — тихо сказал сыскарь ему в ухо. — Не дергайся, я тут не один.