Серебро крыльев - Юлия Avata

Заметив мой взгляд, и легко прочитав мысли, полудух подмигнул и прижал палец к губам, прося не раскрывать рот без лишней надобности.

"Не сейчас, птенчик..."

Ладно, я собственно и не настаиваю. Между тем сборы были завершены, и Лекс, обведя нашу живописную компанию хмурым взглядом, сказал:

- Нарий, остаёшься вместе с близнецами и Эваникой здесь. Остальные отправятся со мной.

- Шант'аар, - подал голос патрульный. - Я прошу уделить мне минуту вашего драгоценного времени. Это очень важное сообщение, и не предназначено для лишних.

Тот кивнул и отправился на верхний ярус, сопровождаемый двумя патрульными и Вольвом, который по жизни следовал за ним как тень. Впрочем, имея долг жизни, он делал не только это. Воспользовавшись тем, что крылатые были далеко, а эльфийка с головой закопалась в сундук с магическими побрякушками, полудух незаметно для остальных сунул мне в руки маленький флакон из тёмно-синего стекла.

"Что это?" - спросила я, пряча данный флакон в нагрудный карман, и замечая заинтересованный взгляд брата, который будто бы случайно заслонил меня в этот момент от бдительного взгляда патрульной, которая восприняла приказ Лекса буквально и провожала каждое наше движение внимательным взглядом.

"Тройной раствор золотых листьев ашары, сильнейшее сонное зелье. Никакой магии, только травы. Достаточно капли в еду, чтобы усыпить человека или представителя других рас на пару часов. Конечно, у шаас'ков слишком хороший нюх, зато на крылатых работает превосходно. Думаю, вам пригодится..."

Я растерянно посмотрела на него, а потом быстро опустила взгляд в пол. Не смотря на то, что это было именно то, что нужно нам с братом, травить Нария совершенно не хотелось. Крылатых хоть и не было жаль, но тоже в душе опускался тяжёлый осадок.

"Ты слишком добра, сестрёнка..." - усмехнулся брат.

Это высказывание заставило меня только фыркнуть. Что-то он не говорил о моей мягкосердечности, когда мы вдвоём или втроём громили замок, доводя прислугу и жителей до заикания и истерик. Кажется, даже парочка решила сменить место жительства. И брат ещё говорит о моей доброте? Да меня последние годы вообще нечистой силой обзывали!

"Ты, скорее мелкий пакостник" - сказал Арин, еле сдерживая расползающуюся на лице улыбку, а меня окатило тёплой волной какого-то радостного веселья.

Это заставляло меня так же улыбаться той беззаботной улыбкой, что и в детстве, будто бы не произошло ничего серьёзного.

- Шейн... - впервые за этот день подала голос Эва, отрывая моё внимание от брата. - Ты боишься?

Её вопрос сбил меня с толку, и я замерла, не в силах пошевелиться от охвативших меня эмоций. Как она... Только этим она вытащила наружу все мои страхи, запрятанные глубоко внутри. Нет, только Арин вправе знать всё, но и от него я скрывала ту маленькую тёмную частичку души, отмеченную тенью и тьмой, эту непонятную тягу и зов. Так же и он имел своё право на свои тайны. Мы всегда слишком хорошо друг друга понимали, но у каждого было что-то, что сложно рассказать даже самому близкому и дорогому человеку в мире. Но Эва... Я действительно люблю её, она мне как сестра, но даже так я никогда не смогу до конца принять её и показать свои слабости. Поэтому возвращаю на лицо ту самую беззаботную улыбку, внимательно глядя в сосредоточенные глаза Арина.

- О чём ты?

Я чувствую, что теперь крылатая сбита с толку, но Эва быстро берёт себя в руки и тоже улыбается. Только вот улыбка её какая-то грустная. Её тонкие изящные руки сложены на коленях, и мои глаза широко распахиваются, когда девушка проводит пальцем по одному из брачных браслетов на моих руках. Рукав куртки задрался, показывая золотую вязь магических символов. Эва наклоняется так, что волосы закрывают её лицо от нашей надзирательницы, сейчас особенно внимательно следящей за нами, и шепчет прямо на ухо.

- Ты не сможешь скрыться от него, если не избавишься от этих оков. Но... это будет больно, ведь между вами уже стала образовываться связь.

А я всё ещё продолжаю улыбаться. Она права... во всём. Я уже давно стала чувствовать это. Невидимые нити сил всё крепче привязывают меня к нему, и скоро он будет контролировать мои желания и поступки. Если сейчас мне уже плохо от только одной мысли, что мне нужно уйти, то, что будет дальше? Не могу этого допустить! Моя душа, мои желания, мечты принадлежат только мне. Не хочу, чтобы мой ветер вновь запирали в ледяной клетке... Ведь дракон без ветра не дракон, а моя свобода - это бескрайнее небо, которое он мне подарить не в силах.

- Всё в порядке, Эва. Я со всем справлюсь. Осталось совсем чуть-чуть подождать.

- Эй, ребятишки, вы чего тут притихли? - прищурилась эльфийка, пакостно улыбаясь. - Признавайтесь, неужели замысли ли какую-нибудь пакость?

Видимо Альза ещё не видела таких честных и невинных глаз у нас троих, что вначале даже поперхнулась, так некстати решив съесть яблоко, но потом она только неопределённо хмыкнула.

- Последний раз, когда я видела у вас такие лица, вы, извиняюсь за выражение, грабанули хранилище артефактов в Академии. Именно это, как мне известно, послужило причиной, что вас оттуда выперли.

Сзади что-то упало с огромным грохотом. Обернувшись, увидела ошеломлённого шаас'ка, который нервно подёргивал ушами и смотрел на нас округлившимися как золотой империал глазами.

- Так это были вы...

Сколько эмоций было в этом коротком предложении, что я даже покраснела. А наткнувшись на открывшиеся в неком удивлении глаза полудуха, его приподнятые брови и ироничную полуулыбку, совсем смутилась, опустив глаза в пол. За некоторые поступки мне до сих пор стыдно.

"Вы молодые драконы такие забавные..." - протянул Север. Ему явно всё это доставляло незабываемое удовольствие.

А мне просто хотелось закрыть глаза и открыть их, когда всё закончится. Жаль, что это было невозможно.

- И что вы этим хотите сказать? - в голосе мужчины появилась холодная обжигающая ярость.

Вольв молча выслушал новости и остался стоять возле лестницы, не вмешиваясь в дальнейший разговор. Но по лицу было видно, что эта новость не принесла ему радости, только одна мрачная решимость.

- Не мне вам объяснять, шант'аар. Ситуация складывается не слишком приятная, - спокойно сказал страж, хотя даже его эта вспышка несколько взволновала. Но этот мужчина не имел права показывать свою слабость перед вышестоящими.

Лексиниар с силой ударил кулаком по стене, оставляя на сером камне следы крови. Магия этого места погасила силу, выплеснувшуюся при ударе, но даже так её отголоски всё ещё летали в воздухе, причиняя почти физическую боль. Сквозь зубы вырвалось сдавленное ругательство. Крылатый понимал, что нужно как можно быстрее успокоиться, но не мог ничего поделать с собой. Время явно работало против него, а если он не выполнит задание...