Наёмник - Добрый Лич

Если не считать громко кипящих у меня в голове мозгов и бьющую по ушам кровь, в коридоре наступила тишина. Я чувствовал себя странно — вроде бы тело нещадно болит, но сил полно, хоть кросс бегай! Мне казалось, что несколько секунд назад меня накачали лошадиной дозой анаболиков, а потом ударили током, чтобы поубавить эффект.

- [цензура]… - как-то отстраненно протянул я и, опираясь о стену, поднялся на ноги. Хек оказался тут как тут и, бросив на меня подозрительный взгляд, приложил палец к губам, после чего наклонил к себе мою голову.

— Молодец маг-жа. Хорошо сработал, но кричать не стоит — его чары тишины спали, нас теперь легко услышать. Пошли, нужно заняться делом…

Я благоразумно промолчал, решив умолчать, что даже не представляю, почему все еще дышу, и кивнул в сторону чародея. Все его тело покрывала толстая розовая корка, а я ведь даже не заметил, когда она появилась. Интересная, однако, граната.

Гоблин проследил за моим взглядом и, вытащив из стены кинжал, подошел к застывшему Лысому. Нагнувшись, он потыкал розовую корку острием и лишь кисло скривившись покачал головой. Удерживая револьвер в руке, я подошел к нему и проделал ту же процедуру носком туфли. Твердый. Если чародей и жив, то где-то глубоко внутри этой скорлупы, а разбивать ее — только шум лишний.

Хек засунул кинжал за пояс, вытер лицо рукавом и, схватив чародея за ноги, потащил в темнеющий портал комнаты, где держали Оркхая. Несмотря на разные габариты и розовую скорлупу лишь добавляющую веса телу Лысого, гоблин делал это легко и непринужденно. Мне не оставалось ничего другого кроме как поднять посох. Сделав это, я пораженно уставился на расплавленный набалдашник — теперь он не парил над навершием палки, а просто прилип к ней, деформировавшись до неузнаваемости.

Посох был теплым, но я как-то не обратил на это внимания — в первый момент огнем не объяло, значит, опасности нет. Логика ведь.

Я тихо сплюнул и последовал за гоблином к комнате. Даже и не знаю, что думать по поводу своего чудесного спасения. Черти что происходит и час от часу не легче, ведь теперь- то уж точно началась чистая импровизация.

Глава 11

Едва слышно кряхтя, Хек исчез в темном зеве открытой чародеем комнаты. У меня вдруг появились опасения, что Лысый хотел заманить нас в ловушку, но гоблин не проявлял беспокойства и я в кои- то веки решил довериться чужому чутью.

Подойдя к дверному проему, я заглянул внутрь, но, как и в первый раз увидел лишь чернильный мрак. Словно дыра в пространстве, ведущая в никуда. Даже тусклый свет немногочисленных магических светильников расположенных в коридоре не пересекал невидимой черты, за которой была разлита непроглядная темень.

Я в нерешительности замер, настороженно поглядывая в начало коридора, где в каждую минуту могли появиться нежданные гости. Да что там, в конце коридора, если оставшиеся в живых орки засели в соседней комнате! Если бы не самонадеянное заклинание чародея, заглушающее все звуки в коридоре — отбиваться нам от кучи врагов.

Внезапно из темноты дверного проема вынырнул Хек. Не произнося ни слова, гоблин злобно сверкнул глазами и, поманив меня за собой, снова исчез в комнате. Решив, что сидеть в темноте лучше, чем торчать в коридоре и дожидаться охраны, я засунул револьвер в кобуру и, поудобнее перехватив посох чародея, шагнул внутрь, прикрыв за собой дверь. Меня все еще грызли сомнения по поводу магического замка, который открыл лысый, поэтому я лишь прикрыл дверь, оставив маленькую щелочку.

Внутри было темно. То есть, абсолютно темно, словно глаза просто- напросто переставали работать. Приоткрытая дверь не помогала — сделав всего пару шагов, я обернулся и понял, что выход смогу найти только по памяти. Свет с коррида в комнату не проникал, будто его и не было.

Не знаю, зачем Лысому понадобилось наколдовывать это, но на меня его фокус произвел впечатление. Я уже бывал в подобной ситуации, правда, в тот раз под ногами не было никакого пола — "обстановка" в комнате очень походила на мое путешествие в Хаос. На мгновение мне даже показалось, что, моргнув, я окажусь еще черт знает где, но в этот момент кто-то схватил меня за рубашку и дернул вниз.

— Спокойно, это я. — хрипло зашептал рядом со мной невидимый Хек.

— Не делай так больше. — мрачно ответил я.

— Сделайчто-то с тьмой, маг-жа! Я не могу найти Оркхая! — зашептал зеленокожий. — Тьма пожирает запахи и создает морок — комната кажется безмерной!

Я только кисло скривился, благо, гоблин не мог увидеть меня. Легко сказать — "сделайчто-то с тьмой"! Хек все еще считает меня магом и, до этого момента, у меня не было причин его переубеждать.

— Не могу.

— Ты пробовал? — прошипел в ответ гоблин.

— Нет! Я не смогу этого сделать! — начал злится я.

— Попробуй! Если тьма не исчезнет, нам не найти хозяина!

— Я не умею этого делать!

Зеленокожий на несколько минут замолчал, обдумывая, что делать дальше. Если он говорит, что комната заколдована и Оркхая не найти без света — это так. Хек пронырливый и хитрый чел… гоблин и пока он на моей стороне, ему можно доверять.

— Тогда нам нужна Джу. — нарушил молчание он. — Она сможет снять чары?

— Сомневаюсь, что она это умеет. — честно ответил я, отлично помня список умений девушки. что-то я не заметил в нем ничего связанного с нашей ситуацией.

Хек негромко ругнулся, но я предпочел этого не заметить.

— Хорошо, я попробую еще раз. Жди здесь. — он отпустил рубашку и замолчал.

Я выпрямился и поудобней перехватив посох чародея, стал ждать, прислушиваясь к каждому шороху. К сожалению, магическая тьма пожирала не только свет и запах, но и звук — пока гоблин каркал мне на ухо, я этого не замечал, но сейчас…

Не знаю, сколько я простоял, дожидаясь зеленокожего, но мне показалось, что даже время тут бежит иначе. Ты будто не чувствуешь его — минуты утекают сквозь пальцы как песок, не оставляя после себя никаких ощущений. Ничего не меняется — нет ни света, ни запаха, ни звука и внутренние часы перестают работать. Через какое-то время я понял, насколько опасны созданные Лысым чары — меня начал одолевать страх, мне показалось, что и меня нет. Все произошло так быстро, что я даже не успел опомниться. Страх завладевал мной все быстрее и быстрее, с каждым ударом сердца усыпляя разум.

Я постарался ущипнуть себя за руку, держащую посох и осекся.

Пальцы прошли через то место, где должно было бать предплечье левой руки, но так ни на что и не наткнулись. Дьявол! В ужасе я почувствовал, как тьма "пожирает" правую руку и, только теперь понял, что уже какое-то время не ощущаю больше ничего кроме нее! Я хотел закричать, окликнуть гоблина и предупредить об опасности, но не смог — просто не чувствовал языка. Казалось, мое тело растворилось в этой тьме, а парализованный разум вот- вот последует за ним. Я замахал все еще моей рукой, на запястье которой пылали ожоги, нанесенные посохом…