Антология №1. Безумные сказки Андрея Ангелова - Андрей Ангелов

и в фильмах, он делал свою работу, получая заоблачные гонорары, и всегда возвращался домой.

— В Москве не бывает первых, — рассуждал знаменитый актёр. – Тут все равны или вторые, а первым я могу быть только на родной земле. Я люблю быть первым!

Родная землица, а точней асфальт, — и подставил подножку. В состоянии сильного алкогольного опьянения Ефимов врезался в автомобиль развозчика пиццы. Даже испугом не отделался, а просто вылез из-за подушки безопасности, повёл на подъехавших ментов и на праздных обывателей мутным, мало что понимающим взглядом. Прохрипел нехотя:

— Чё собрались? Спектакль завтра.

* * *

После того, как адвокат покинул мастерскую, с кофеваркой под мышкой, — Егор Денисович взялся за починку другого агрегата. И допустил там действительно ошибку. В итоге пришлось извиняться и компенсировать стоимость испорченной вещи. Другому клиенту, у коего, чуть позже, упал бездыханным любимый хомяк. Еле зверюгу откачали. Цепная реакция, запущенная адвокатом, и не узнавшем сего. Не желавшем сего и не предполагавшем сего.

— Влетел я на бабки, — лишь вздохнул мастер Егор Денисович.

* * *

Завтра судья вынесла постановление о домашнем аресте Ефимова – как временной меры наказания до оглашения приговора, а Борис стал адвокатом очередного убийцы. По настоянию другого убийцы, а именно своей жены. Звучит страшно, но по сути – обыденность. Хотя для кого как…

Домашнего ареста добиваться не пришлось – судья была благосклонно настроена к актёру, которого с удовольствием смотрела как зритель. К слову, судью пригласили (выписали) специально из Москвы, творческие коллеги актёра, оттуда. Через знакомых – нашли фанатку Ефимова, попросили приехать, технически со всеми инстанциями договорились.

— Своих мы не бросаем, — жёстко выразился Гармаш, председатель Гильдии актёров. Дядя с большим носом и с большими связями в судейском мире. И созвал в поддержку Ефимова мощное лобби, что через Средства Массовой Фальсификации (СМИ) воздействовало на общественное мнение.

— У всех судей есть симпатии и антипатии. Также, как у всех людей. Ведь судьи – люди, — подытожил заместитель Гармаша – Дм. Быков.

Подтверждений много не бывает. Лобби сделало всё, что смогло. И наблюдало. Теперь вся надежда была на адвоката, который уже выиграл немало «тухлых дел».

* * *

— Итак, Михаил Олегович, мы имеем следующее, — сказал адвокат подзащитному в вечер после аварии. – Множество телефонных камер засняло на месте ДТП, как Вы вылезаете пьяным из машины. Потом, на камеры же, Вы признались в убийстве, увидев труп курьера и (видимо) осознав, что натворили. Есть куча свидетелей, а общественность требует Вас наказать по максимуму! Что думаете?

— Слышь, — напыщенно ответил Олегович, заплетающимся с перепоя языком. – Это ты должен думать, как избавить меня от наказания. Я знаю, что ты Лизку увёл от тюрьмы, давай теперь и меня…

— Елизавета – моя жена, — тактично напомнил адвокат. – И директор театра, где Вы, Михаил Олегович, служите.

— Озвучь сумму гонорара, — не догнал взывания к такту Ефимов. – И проваливай пока, но прежде сбегай, купи мне бутылку водки и ящик пива…

Хреново, когда этика отсутствует напрочь, в угоду тщеславию. Но такой вот и был Миша Ефимов – по своей сути пьяница и скандалист, а также неплохой актёр. Имеющий целевую аудиторию в качестве судьи и ещё миллионов людей. Которые не отвернулись от него даже после смертельной аварии.

Впрочем, в обществе звучали и явные голоса: «Распять гада!». В противовес лобби гармашей! Общество раскололось. Теперь всё зависело от адвоката и судьи.

* * *

Итак. Кузьмин заимел своего первого громкого клиента, со всеми его нюансами и его персональной канализацией.

Адвокат не побежал за водкой, а молча ушёл от актера к себе домой. Поставил на кухонный стол починенную кофеварку. Поделился с женой чужим снобством.

— Возьми с него миллионов одиннадцать, — услышал он в ответ. – Как гонорар. А выигрывать или проигрывать дело – ты смотри сам. Я бы проиграла…

— Почему? – удивился муж.

— Уязвлённое самолюбие, солнце моё! — просто ответила жена. — Джонатан Свифт говорил: «Законы точно паутина, в которую попадает мелкая мошкара, но через которую прорываются шершни и осы». Не допусти, прошу!.. Мишка —  знатный гондон.

* * *

В целом и в общем, сие громкое дело было пустяковым. Адвокату следовало передать благосклонной судье презент, от лично клиента, — например букет цветов вкупе с конвертиком. Заодно заявить о заслугах артиста перед отечеством, предъявить справку о его малолетних внуках (или детях, что вообще по барабану). Главное же, артисту публично следовало бы извиниться и сказать:

— Я признаю свою вину, полностью раскаиваюсь! Понимаю, что человека не вернуть, но прошу простить меня, душегуба! — с актёрскими талантами Ефимова это было проще простого. Он получил бы свои два года условно, выплатил пару миллионов семье погибшего в качестве компенсации, и всё бы закончилось. И забылось, со временем.

— По статистике процент обвинительных приговоров по таким делам ничтожно мал, — развивала государственный обвинитель, на местном ТВ. — Реально сидят всего несколько  процентов, а срок выше пяти лет получили всего 21 человек в нашей стране.

— Убийство по неосторожности, — вторили прокурору юристы всех мастей. — Даже с отягчающими… и даже без высококлассного дорогого адвоката — тянет на три года колонии-поселения, и это максимум. Чаще «условка»…

Лобби слушало и ликовало. Иная общественность возмущённо потрясала кулаками на диванах.

Однако. Дело пошло совсем не так, как предполагалось. И виновником такого «неформата» стал адвокат Кузьмин. Никто не знал, что творилось у него в голове, а ведь он был единственным, кто имел возможность общаться с Ефимовым, сидящим под домашним арестом! Не имеющим права смотреть телевизор, Интернет и так далее.

— Доверьтесь мне, — попросил Мишу адвокат.

— А хули мне ещё делать? У меня, типа, есть выбор? — мрачно ответил актёр. — Давай, избавляй меня от говна!

— Может, раскаешься? — задал странный вопрос Кузьмин.

— На камеру? — сообразил Миша. — Да легко!

— Ни в коем случае! — возразил адвокат. — Если Вы, Михаил Олегович, признаете вину, то всё испортите себе…

* * *

Борис Алексеевич Кузьмин поступательно сделал всё, чтобы посадить актёра:

Во-первых. Попытался всучить сумму отступных семье погибшего. Не официально. Тупо перевел Ефимовские деньги на счет родственников. От анонимного лица.

— Нам не нужны его деньги, — гордо заявил в прямом эфире ТВ