Легион павших. IV - V Акт - Эри Крэйн

— Не ерничай.

— Прости, пожалуйста, виноват.

Къярт покачал головой. Пускай Райз и вернул себе прежнюю беззаботность, этого было недостаточно, чтобы провести его.

— Если мы вмешаемся в столкновение паладинов и некромантов, о Къярте станет известно, — заметила Кара, разглядывая столешницу. — Пусть не о нем именно, но о существовании некроманта, выступающего против своих.

— Рано или поздно это все равно случилось бы, — Райз пожал плечами. — Справиться с Ордой врозь будет куда сложнее, чем сообща.

— Того, что Къярт выступит на стороне живых в этом конфликте, будет недостаточно, чтобы ему поверили. Братство не потерпит существование некроманта, способного призывать паладинов и удерживать столько душ.

— Да, подружиться будет непросто. Но с чего-то все равно нужно начинать. Будем смотреть по ситуации. Быть может, я сгущаю краски, и паладинам не составит труда расправиться с виторэ и призвавшими их некромантами. Но для подстраховки мы все равно должны быть там. Если ни у кого нет возражений.

И зачем он только спрашивал? Очевидно ведь, что никто не станет выступать за то, чтобы бросить паладинов на произвол судьбы.

— Спасибо. Каждому из вас, — поблагодарила Кара и, едва помедлив, ушла к одному из смотровых окон.

Кара сказала «спасибо», но Къярта не покидало чувство, что слов у нее накопилось куда больше, и невысказанные были куда менее приглядными, чем те, что она озвучила.

Райз не спешил предпринимать какие-либо действия. Къярт посмотрел на него с немым ожиданием и, получив в ответ полный притворного непонимания взгляд, в недоумении развел руками.

Он устало откинулся на спинку кресла, когда Райз, сдавшись, направился к Каре. Нет, с ним однозначно что-то было не так, раз приходилось указывать на очевидные вещи. Или на самом деле тот просто хотел, чтобы Къярт так думал?

Райз остановился рядом с Карой и тоже уставился в окно.

— Ты соврал, — до Къярта донесся тихий голос Кары. Сдержанная, как и всегда.

— Я не врал. Просто не говорил.

— Что за детские отговорки?

— Ты права. Прости. Но сначала я и сам не был уверен, а потом, когда стало ясно, что проклятие в самом деле сработало, говорить не было смысло. Все равно на тот момент с этим ничего нельзя было поделать, а добавлять вам лишний повод для беспокойства… У Къярта и так полно проблем из-за призывов. Лишние тревоги ему ни к чему. А сказать только тебе и не говорить ему… ты и сама понимаешь, что это не решение. Не подумай, что я ищу оправдания. Всего лишь объясняю почему поступил так, а не иначе.

Аргументы, которые Кара приняла без возражений, только подкрепили невзрачные мысли, не дающие Къярту покоя. Да что уж там говорить: они не только подкрепили беспокойство, но и задели его самолюбие.

Разговор изжил себя. Позже, когда Кара задремала на одном из диванчиков, а Райз все так же разглядывал усыпанное звездной крупой небо, Къярт оставил успеевшее полюбиться ему глубокое кресло и присоединился к созерцанию пейзажа за окном.

— Давай уже, не сдерживайся, — тихо, чтобы не разбудить Кару, произнес Райз. — Я вижу, что тебе не терпится прочитать мне нотации по поводу нарушения одного из пунктов нашего договора о доверии.

Къярт поднял на того вопросительный взгляд.

— Не врать и не утаивать, — Райз усмехнулся. — Я не врал, но, признаю, что утаивал. Так что нарушен был только один пункт.

— Надо же, — Къярт одобрительно кивнул. — Не думал, что ты помнишь дословно.

— Пришлось постараться, но четыре слова я все же осилил запомнить.

— Хватит паясничать.

— Да, конечно, прости, я тебе весь серьезный настрой сбиваю. Только не подумай, я не специально.

Къярт вздохнул. С тем же успехом он мог попросить воду не быть мокрой.

— Прости, — едва сдерживая смех, добавил Райз. — Вернемся к тому, что ты хотел отчитать меня.

— Все, что я хотел, это сказать, что ты не должен тащить все в одиночку, — Къярту пришлось приложить усилия, чтобы в его голосе не звучало раздражение. — Ты больше не один. И не нужно меня жалеть, — он смерил напарника пристальным взглядом. — Есть что-то еще, что ты не говорил?

— Нет. Это все.

— Райз.

Къярт был бы последним дураком, если бы принял его слова на веру. Особенно когда они звучали так искренне.

— Так прикажи мне сказать правду, если это тебя успокоит, — несколько резко ответил Райз и обернулся проверить, не проснулась ли Кара. Та по-прежнему спала.

Къярт уже не знал, кто из них двоих сейчас неправ, но это и не имело значения. Так или иначе им со всем придется разбираться вместе. Он знал, что у напарника не было привычки подпускать к себе кого-либо, собственно, как и у него самого. Но после проведенного бок о бок времени ему начало казаться, что им удается строить взаимоотношения по-другому принципу, тем более учитывая рвение Райза сунуть нос во все, что хоть как-то касалось Къярта. Но едва речь заходила о чем-либо мало мальски значимом со стороны самого Райза, и между ними выростала глухая стена.

— Ты точно в порядке? — осторожно спросил Къярт, рассудив, что если внаглую начать ломиться в эту стену, недолго и палкой промеж глаз схлопотать.

— Да. Тебе не нужно беспокоиться. Влияние проклятия куда слабее, чем было у Светоча, а принцип действия намного топорнее. С этим никаких проблем.

— Я мог бы отпустить душу Шии-то.

— Ну уж нет. Это и раньше делать было глупо: я могу сопротивляться влиянию проклятия, а что произойдет, если разрушить печать — неизвестно. И теперь, когда его можно использовать в качестве источника информации из стана врага — и подавно не нужно ничего менять.

— Только скажи, если я могу как-то помочь.

— Разумеется. Не переживай, все под контролем. Тебе бы тоже поспать, — в который уже раз он посмотрел на Кару.

— И потом поднять на уши всю команду дирижабля? Я вполне могу потерпеть до прилета в Эсшен.

— Я разбужу тебя через три часа, и никто на уши не поднимется. Давай, не спорь, — Райз помахал в воздухе кистью, спроваживая Къярта прочь.

Дирижабль должен был прилететь в Эсшен вечером следующего дня.

Солнце поднялось из белой пены и осветило горные хребты, протянувшиеся в обе стороны бесконечной чередой. Глядя на них, Къярт вынужден был признать, что волнение в груди вызывает не столько вид заснеженных гор, чье очарование никто не стал бы оспаривать, сколько сам факт того, что он находится в нескольких тысячах метров над землей и все, что отделяет его от пустоты — несколько слоев металлических конструкций. Бояться было глупо: один его приказ, и виторэ, сидящие