План на вечер. Ведьма и Луноликая - Рэд Кэррот

раздался треск, в стороны брызнули искры. Каглунх с Эха проворно отступили в сторонку, чтобы их не задело.

Это продолжалось долго. Сальвет смотрела на новые вспышки, слушала непрекращающийся треск, к которому в какой-то момент добавился скрежет. Птица билась в кривую трещину входа с поистине неугасаемым неистовством, скребла его когтями. В стороны летели искры, перья, усыпая площадку и обращая ее в горящее облако.

Ее удержали за рукав. Эха выглядела серьезной, когда покачала головой.

- Не надо, - тихо шепнула она. – Помешаешь.

- Я хочу помочь, - сглотнула камень в горле Сальвет. Светлые золотистые перья, разлетающиеся по площадке, окрасились в алый. С каждым новым ударом о барьер луч Света терял силы и жизнь.

- Знаю. Но это не по силам ни тебе, ни нам. Не уверена, что даже у него это получится, - тихо прошептала Эха, с благоговением и невольным состраданием глядя на картину, полную борьбы.

Птица билась из последних сил, скребла когтями, помогая себе крыльями. И когда казалось, что все напрасно, что ничего не получится, вдруг трещина засеребрилась, добавив светлых красок к фиолетовым тонам. Луч Света усилил напор, стукнулся еще раз и вдруг провалился внутрь, скрывшись из виду.

- Открыл, - с удивлением в голосе констатировал Зуно удивительное событие. Оглянулся на старшего товарища. – Каглунх, как думаешь, мы сможем туда за ним?

Каглунх уже собирался предположить отрицательный ответ, когда солнцерожденная девушка метнулась к трещине и исчезла следом за пропавшей птицей.

- Полагаю, это мне ответ, - хмыкнул Зуно. – Ну что, идем за ними?

- Для чего-то же мы сюда приперлись, - отозвалась Эха. – Бери своего миража, и идем.

- Ты можешь войти в Зеркальный храм, Альсанхана, - прозвучало официальное разрешение для Ведьмы.

На территории Зеркального храма царила ночь. Не такая глубокая, как снаружи. На небосводе перемещались светлые облака, мерцая серебряными и золотыми звездочками. С земли им вторили цветы, перелетали с места на место яркие пятна каких-то насекомых. В ручейке, что протекал неподалеку, светились крохотные рыбки и чуть более тускло мерцали камни на самом дне.

- Он действительно открыл его, - с искренним удивлением заметил Зуно, озираясь по сторонам. – Все в точности, как я помню. Эха…

- Не смотри на меня, я тут впервые, - с искренним восхищением осматривалась Эха. – Прежде бывала только в Зеркальном храме в светлом мире. Как у вас тут красиво!

- Сальвет, - Альсанхана склонилась над девушкой, которая сидела на корточках в нескольких шагах от выхода. На коленях у той лежал потрепанный, поломанный и окровавленный луч Света. Глазки его были закрыты. Сальвет пыталась влить последний, третий, ойл светлого фиалкового цвета в раскрытый клювик. – Как он?

- Паршиво, - с напряжением сквозь зубы процедила Сальвет. Наконец ей удалось задуманное. – Он сказал, чтобы вы шли в храм.

- Хорошо, - кивнула Альсанхана и вернулась к Каглунху, передав ему последние новости. – Не знаю, выглядит плохо. Надеюсь, он не…

- Идемте, - Зуно со своей ношей зашагал к высокому строению, возвышающемуся на фоне темного неба и светлых облаков.

- Идите, я догоню, - не поднимая головы, отозвалась на зов Сальвет.

Затих звук шагов. В тишине прошло какое-то время. Сальвет не отрывала взора от пернатой тушки в своих руках. Пальцы ощущали учащенное сердцебиение, чувствовали тепло. И почему-то на глаза сами собой наворачивались слезы. Ее ойлы на них не действуют.

- Не вздумай умирать, - слова вырвались помимо воли. – Слышишь, пернатый гад? Не вздумай такой ценой спасать Ара Бея.

То ли ойл все-таки сработал, то ли птиц очнулся сам по себе, но вот золотистые глаза-бусинки открылись.

- Тише-тише, я держу, - поспешила заверить Сальвет, когда потрепанное существо в ее руках попыталось встрепенуться. Услыхав ее голос и заверения, луч Света затих. – Что надо сделать, пернатый? Скажи, я все сделаю.

«Первый луч.»

Голос прозвучал тихий, словно шелест ветра в листве. Совсем не похожий на самого себя.

- Здесь ведь не бывает рассвета, - Сальвет осмотрелась по сторонам, словно надеялась вот-вот увидеть опровержение собственных догадок. – Этот Зеркальный храм лишь отражение нашего. Так сказала Эха. Зуно упомянул, что здесь все сохранилось, как он помнит. Значит, - она оборвала ход мысли, когда никакой реакции от раненой птицы не последовало. – Значит, я чего-то не понимаю.

«Понимаешь.»

Сальвет была категорично не согласна со своим подопечным. Поэтому направилась к светлеющему поодаль строению, чувствуя, как утекает жизнь из пернатого тельца. Совсем как у Ара Бея. И если она не придумает в срочном порядке ответ на загадку, то потеряет обоих.

Местный храм выглядел один в один как тот, что располагался в Зеркальном храме миражей. Тоже из белоснежного камня, но благодаря темному небу он отливал синевой. Светились у подножия незнакомые Сальвет цветы. Однако красоты места оставались за гранью понимания вне зависимости от того, видели их глаза или нет. Все мысли девушки были в другом месте.

Внутри храма картина тоже показалась знакомой. Просторная площадка, высокий-высокий куполообразный потолок. Стоило зайти внутрь, как пропали стены, явив взору широкие колонны, убегающие ввысь. Парадокс, но сквозь них даже ветер проникал, можно было и самой выйти. А вот зайти обратно – придется вновь искать арку.

- Первый луч? – Каглунх крепко задумался над поставленным вопросом.

Они расположились у края площадки. Ара Бея уложили на ступени, поднимающиеся наверх к колоннам и выходу из храма. Альсанхана сидела рядом с миражом и держала того за руку. Практической пользы никакой, она не была Светом и ничем помочь умирающему была не в силах. Исключительно моральная поддержка.

- Нет, не слышал никогда ничего о таком. В Зеркальном храме всегда ночь, рассвет никогда не наступит, если ты об этом. Альсанхана, ты слышала что-нибудь про «первый луч»?

Как оказалось, Ведьма тоже ничего не слышала, так что даже предположить не могла. Они все беспомощно переглянулись и синхронно пожали плечами. Помочь с загадкой нечем.

- Ты куда, Сальвет? – окликнул ее Каглунх.

- Осмотрю ваш храм снаружи. Может, найдется что-нибудь, - откликнулась Сальвет, вылезая через проем между колоннами наружу. Вот уже и цельная стена перед глазами, украшенная разнообразными узорами.

- Знать бы, что искать, - задумчиво произнес Зуно, почесывая подбородок. – Я тоже ничего такого не слышал, кажется. Слушай, Альсанхана, а твой мираж может знать что-то, чего не знаешь ты? Давай попробуем привести его в чувство, вдруг поможет чем?

Пока