Ловцы снов - Анна Аникина

это было? Мы с Тони прилетим на свадьбу! Когда? — голосила Сонечка так, будто она собиралась докричаться до Алисы через океан без помощи телефона.

— Соняш, я пока сама в шоке. И ещё не думала об этом.

— А кто тогда подумает? Надо, чтобы все наши в отпуску были. Чтоб мы все вместе тебя замуж выдавали! Кольцо-то красивое?

— Очень! — всхлипнула Алиса.

— Лиса, не плачь! Видишь, как всё хорошо! Где уже твой Тухольский, что ты со мной до сих пор разговариваешь? В раздевалке, что ли?

— Да. Жду его.

Не успела Алиса положить трубку, как раздался новый звонок.

— Девочка моя, поздравляю от души. Ждём вас с Михалом завтра к обеду. Водитель отвезёт вас сегодня, — скороговоркой вполне по-деловому выдал дедушка Фридрих.

Алиса успела удивиться, почему звонит он, а не бабушка. Но тут у деда на заднем фоне кто-то отчётливо всхлипнул.

— Дедушка, я вас очень люблю! Обними бабушку, пожалуйста! — уже рыдала от эмоций Алиса.

Освободившийся Михал обнаружил свою невесту в слезах и со счастливой улыбкой.

Уже в машине, везущей их домой к Тухольскому, Алиса повнимательнее разглядела кольцо.

— Тебе нравится? — Михал взял её ладонь, поцеловал безымянный палец.

— О-очень! И это… Это очень похоже… Или мне кажется?

— А на что, тебе кажется, оно похоже? — прищурился довольный Тухольский.

— Оно похоже на футбольный мяч! — выпалила Алиса и закрыла глаза ладонями. Раздвинула пальцы и посмотрела оттуда одним глазом на Михала.

То улыбался от уха до уха.

— Ты сам придумал? — Алиса снова покрутила ладонью с кольцом перед глазами. Бриллианты были потрясающими. А вот клеймо… Очень уж знакомым. — Ты знал? Знал, что я прилечу? Это бабушка с дедушкой тебе сказали? — её переполняли эмоции.

— Да, у тебя потрясающая семья! — признался Михал, — Они очень тебя любят. И фрау Мария любезно предложила мне помощь вашего семейного ювелира.

— Михал Филипп Тухольский! — Алиса прижалась лбом ко лбу Михала, обхватила его за шею двумя руками, — Ты самый замечательный мужчина на свете! Я очень постараюсь быть тебе хорошей женой.

— У тебя просто нет шансов на что-то ещё! — Михал переплел их пальцы, — Ни с кем другим я не собираюсь делить свою жизнь. Только с тобой.

Алиса густо покраснела. Возможно, это был не самый лучший момент. Но уж пусть всё будет прямо сейчас.

— Знаешь, мне дали один совет, — она опустила глаза.

— Какой? — нотка тревоги проскользнула в голосе Михала.

— Всегда прямо задавать вопросы своему мужчине, — Алиса подняла взгляд.

— В этой фразе две части. Вторая меня очень радует. Я всё-таки твой мужчина, и это не подлежит сомнению. А в чём вопрос? Давай догадаюсь. В ком вопрос, — Михал смотрел прямо на Алису, не отводя взгляд. У неё дрожали ресницы и сбивалось дыхание, — Ты хочешь спросить про Анету?

— Да. Но только я хочу, чтобы ты знал: я ей не поверила.

— А что ты хочешь узнать?

— Ты её когда-нибудь любил? И… Ты знаешь, почему она это сделала?

— Нет. Это ответ на оба вопроса. Я её не любил. Мы были молоды и изображали пару для увеличения стоимости рекламных контрактов. Понимаю, звучит так себе. Но задним числом историю уже не переписать. И я правда не знаю, что её спровоцировало.

Михал внимательно следил за выражением лица Алисы. Даже в полутьме салона ему было отлично видно, как дрогнули уголки её губ.

— Я знаю, что её подтолкнуло, — это было уже неожиданно. — Она нас с тобой видела в аэропорту в Мюнхене. Ты меня провожал в Москву. И стоял к ней спиной. Она летела в Варшаву. Вот и…

— Знаешь, — Михал одним движением сгреб Алису к себе на колени, — Это хорошо, что ты начала этот разговор. Я очень хочу, чтобы все недоразумения и недомолвки остались за порогом нашего дома.

— Нашего дома? — Алиса и не заметила, что машина остановилась возле ворот дома Тухольского.

— Пойдём, — Михал открыл дверь, помог Алисе выйти и снова подхватил на руки.

— А как же твой режим? И "после матча нет сил ни на что"? Мне Соня всё рассказала!

— Сегодня всё можно!

Уже сняв с Михала футболку, Алиса застыла вдруг.

— Что такое? — Тухольский не понял, на что она смотрит.

— Боже мой… Михал… Больно? — Алиса водила кончиками пальцев по краям больших синяков на теле своего жениха, стараясь не задеть кожу.

— Это всё ерунда! — Михал взял её ладонь ладонь в свою. Поцеловал в центр, — Это лечится!

— К-как? — прошептала Алиса.

— Поцелуями, конечно! — счастливо улыбался Михал.

Глава 145

Просыпались они неспешно. Пустой дом. Никого. Можно не напрягаться и не заморачиваться. Если бы не приглашение в Раттенбург, кажется, не встали бы вовсе.

Алиса всё время поглядывала на кольцо. Это ж надо было такое придумать! Футбольный мяч! Это если сверху смотреть. А если сбоку — диковинный цветок. Такого кольца точно ни у кого нет. Это же даже не последняя коллекция Тиффани. Это абсолютный эксклюзив!

— Вот увидишь, ты станешь законодательницей мод. Тебя все обязательно разглядят до мелких подробностей. Теперь все жены футболистов станут носить очень высокие каблуки и заставлять своих мужей добыть им похожие украшения, — улыбался Михал, — Вот только ваш ювелир под страхом расторжения сотрудничества с семьёй фон Ратт обещал, что не станет делать копии.

В Раттенбург они приехали вовремя. Гюнтер встречал их возле входа.

— Мои поздравления, маленькая госпожа! — он поцеловал Алисе руку. — Я помню, как Вас привезли сюда впервые совсем крошкой. А теперь мои старые глаза видят вас невестой!

Алиса всхлипнула. Обняла старого слугу.

Тухольский же протянул ладонь для рукопожатия. Да, это было, возможно, против правил. Но сегодня можно и нужно их нарушить, чтобы проявить уважение.

— Герр Михал, добро пожаловать в Раттенбург, — ответил Гюнтер на рукопожатие, — Мы все рады, что у нашей маленькой госпожи будет достойный муж! Мы очень её любим.

Алиса вцепилась в локоть Михала. Достала платок. Вытерла слёзы. Надо же! Слуги тоже переживали! Очень многие работали в поместье давно. Это тоже часть её семьи. И так приятно, что они приняли Михала!

Барон и баронесса ждали их внутри. Алиса кинулась к бабушке.

— Ну-ну! Девочка моя, хоть ты и станешь фрау Тухольской, это не повод забывать, что ты Алиса Хельга фон Ратт!

Алиса аж застыла. Глянула на Михала. У того было самое беспечное выражение лица, будто ничего необычного он только что не услышал. Она ведь и правда будет теперь фрау Тухольская. Или пани Тухольская? Или как мама — оставит обе фамилии? У мамы так вообще их три в паспорте. Она же Фернандес-Виртанен-фон