Принцесса Марса. Боги Марса. Владыка Марса (сборник) - Эдгар Берроуз

Мои размышления были прерваны негромким восклицанием юноши.

– Наконец-то стало светлеть! – произнес он, и я, посмотрев вперед, увидел вдали слабое свечение.

По мере приближения свет становился ярче, и вскоре мы вошли в отлично освещенные тоннели. С этого момента мы зашагали гораздо быстрее, и неожиданно коридор вывел нас прямиком к утесам, окружавшим бассейн с субмариной.

Судно с открытым люком лежало на поверхности воды. Юноша, прижав палец к губам и многозначительно похлопав по своему мечу, бесшумно пополз вперед. Я следовал за ним.

Мы тихо спрыгнули на безлюдную палубу и на четвереньках подобрались к люку. Осторожный взгляд вниз убедил нас, что стражей рядом нет, и мы так же тихо, словно кошки, спустились в главную каюту субмарины. Здесь тоже не было признаков жизни. Мы поспешили закрыть и задраить люк.

Потом юноша встал на место водителя, коснулся какой-то кнопки – и лодка в вихрях воды устремилась ко дну шахты. Но даже тогда мы не услышали топота ног, как ожидали, и, пока молодой марсианин продолжал управлять судном, я обошел каюту за каютой в поисках членов команды. Но субмарина оказалась абсолютно пуста. Такое везение представлялось почти невероятным.

Когда я вернулся к кабине, чтобы сообщить товарищу хорошие новости, он протянул мне какую-то бумагу.

– Вот почему здесь нет экипажа, – сказал он.

Это была радиограмма командиру субмарины: «Рабы восстали. Возьми своих людей и всех, кого найдешь. Слишком поздно звать помощь с Омина. Они перебили всех в амфитеатре. Угрожали самой Иссу. Поспеши. ЗИТАД».

– Зитад – датор личной стражи Иссу, – пояснил юноша. – Мы их сильно напугали… они не скоро нас забудут.

– Будем надеяться, что это начало конца Иссу, – ответил я.

– Сие известно лишь нашему первому предку, – откликнулся юноша.

До выхода на остров мы добрались без происшествий. Потом немного поспорили насчет того, стоит ли затапливать лодку, но в итоге решили, что это ничего не добавит к нашим шансам на побег. Вокруг наружного бассейна хватало стражи, способной помешать нам, а еще больше могло подойти на помощь из садов и храмов Иссу.

Мы долго соображали, как миновать патруль. Наконец у меня созрел план.

– Как зовут или каков титул того офицера, что командует местной стражей? – спросил я юношу.

– Утром на дежурстве был некий Торит, – ответил он.

– Отлично. А как зовут командира субмарины?

– Йерстед.

Я нашел на командном пункте пустой бланк и написал на нем следующий приказ:

«Датору Ториту. Немедленно верните двух этих рабов на Шадор. ЙЕРСТЕД».

– Это будет самый простой способ возвращения, – с улыбкой сказал я, передавая фальшивый приказ юноше. – Идем посмотрим, насколько это сработает.

– Но наши мечи! – воскликнул он. – Как мы объясним, почему они у нас?

– Поскольку объяснить это невозможно, мы просто оставим их здесь, – ответил я.

– Но разве не слишком рискованно отдаваться в руки перворожденных, да еще и без оружия?

– Это единственный способ, – возразил я. – Мы ведь уже выбрались из одной тюрьмы, и думаю, что без особого труда сможем снова вооружиться в стране, где так много солдат.

– Ну, как скажешь, – улыбнулся он и пожал плечами. – Мне еще не приходилось следовать за человеком, который вселял бы большую уверенность, чем ты. Пошли проверим твою уловку.

Мы дерзко вылезли из люка субмарины, оставив мечи внизу, и зашагали прямо к главному выходу, где находились постовые и старший офицер.

Стражи буквально подпрыгнули от удивления и направили на нас винтовки. Я протянул одному из них приказ. Он взял его и, увидев, кому адресована бумага, передал Ториту, вышедшему на шум из своего кабинета.

Чернокожий прочитал приказ, и на секунду его взгляд с откровенным подозрением уперся в нас.

– А где датор Йерстед? – спросил он, и мое сердце упало.

Я проклял себя за глупость – надо было затопить субмарину, чтобы ложь выглядела более убедительной. Но нашелся с ответом:

– Он получил приказ немедленно возвращаться к храму.

Торит сделал шаг к бассейну, словно желая убедиться в моих словах. Наша судьба повисла на волоске. Если бы он обнаружил, что пустая субмарина лежит на воде, моя выдумка бумерангом ударила бы по нам самим, но Торит, видимо, решил, что послание настоящее, тем более что у него не было причин сомневаться в этом. Ну с чего бы двум рабам добровольно проситься под стражу? Да, план отличался чрезвычайной дерзостью, и именно это привело его к успеху.

– Вы были в числе восставших? – спросил Торит. – Мы только что получили сообщение о беспорядках.

– В бунте все участвовали, – буркнул я, – но безуспешно. Стражи быстро одолели нас и перебили большинство.

Похоже, мой ответ его удовлетворил.

– Отправьте их на Шадор, – приказал он, поворачиваясь к одному из своих подчиненных.

Мы сели в маленькую лодку, что стояла у берега острова, и через несколько минут нас высадили на Шадоре. Здесь нас снова отправили в прежние камеры: меня – к Ксодару, юношу – в одиночку. И опять мы оказались пленниками перворожденных.

XIII

Прорыв к свободе

Ксодар в изумлении выслушал мой рассказ о событиях, случившихся на арене во время ритуала жертвоприношения. Он едва мог поверить во все это, хотя уже начал сомневаться в божественности Иссу, – но чтобы кто-то мог угрожать ей с мечом в руке и не разорвался при этом на тысячу кусков по ее велению?..

– Да, это последнее доказательство, – сказал он наконец. – Больше ничего и не нужно, чтобы разбить вдребезги мою веру. Иссу просто злобная старуха, заполучившая огромную власть благодаря разным махинациям, которые уже многие века держат ее собственный народ и весь Барсум в религиозном рабстве.

– Тем не менее она до сих пор всемогуща, – возразил я. – Так что нам следует бежать при малейшей возможности.

– Надеюсь, ты сумеешь выбрать подходящий момент, – со смехом сказал Ксодар. – Признаться, я за всю свою жизнь не видел того, кто способен вырваться из рук перворожденных.

– Думаю, сегодняшний вечер так же хорош для этого, как любой другой, – заявил я.

– А вечер уже скоро наступит, – откликнулся Ксодар. – Чем я могу помочь?

– Ты плавать умеешь? – спросил я.

– Ни один из скользких силианов, что шныряют в глубинах моря Корус, не чувствует себя в воде лучше, чем Ксодар, – сообщил воин.

– Отлично. Красный юноша, скорее всего, плавать не умеет, – сказал я, – потому что в его краях нет водоемов. Там и челн на воду не спустишь. А значит, одному из нас придется поддерживать парня в море, пока мы не доберемся до судна. Я надеялся, что мы сможем одолеть все расстояние под водой, но боюсь, юноше такого не выдержать. Даже храбрейший из красных марсиан до ужаса боится глубины – прошли века с тех пор, как они видели озеро, реку или море.