Истинная и наследник Хозяина Запределья - Любовь Сергеевна Черникова

Я вспомнил, как меня привел туда Нарваг. Он вел себя так, словно был моим ровесником. Обещал, что мы отлично развлечемся. Я не слишком-то хотел с ним идти, но королям не отказывают.

А потом он открыл передо мной дверь одной из комнат. Посередине стояла огромная кровать, где сжалась в комочек Эления. Она была в одной прозрачной рубахе и, похоже, очнулась только при нашем появлении. Заморгала удивленно, а затем схватила покрывало и натянула его до самого носа. Ее огромные перепуганные глаза, наполненные слезами, я никогда не забуду.

Тогда я повернулся, чтобы спросить у короля, что все это значит, но тот открыл шкатулку с Сердцем Рады и активировал его.

«Развлекайся, Данте», – сказал он.

И все… Я потерял голову. С того момента меня не интересовало ничего, кроме Элении. Инстинктам дракона и магии богини невозможно было противостоять.

– Я рад, что у тебя появилась собственная семья, Данте, – сказал дядя, вырвав меня из воспоминаний.

Он слабо, но искренне улыбнулся.

– Эления… Как вы могли так с ней поступить? – спросил я с едва сдерживаемой яростью.

– Я ведь ничего не знал! Нарваг приказал мне приехать в бордель, затем привел в комнату, где уже были вы. Все случилось к этому моменту. Ты удивился, но доверял мне, поэтому я начал с тебя. И потому, что так было безопасней для всех. Увидев, что с тобой что-то делают, Эления ничего не поняла, но закричала. Забилась в угол, умоляя не причинять ей боль… Она… Она была такой растерянной и жалкой, что у меня едва не разорвалось сердце. Она ведь ненамного старше Изабель, Данте!

Дядя зажмурился и стиснул кулаки. Ему определенно был не по нутру то, что приходилось делать по злой воле короля.

– Значит, вот почему моя жена ничего не помнит о нашей самой первой ночи? Ты заблокировал ей память.

– Стер. Она ведь не дракон.

Мне нужно было понять, насколько глубоко дядя во всем этом замешан.

– Ты знал о подставе с Сердцем Рады?

– Нет.

Я внимательно посмотрел на него и понял, что дядя не врет. Кивнул. Мы немного помолчали, думая каждый о своем, а затем я спросил:

– Почему в третий раз блок продержался всего несколько дней?

– Похоже, сработал какой-то неучтенный фактор.

– Моя жена – моя истинная пара. Она позвала меня во сне, и я не мог не откликнуться. Проснулся, и память вернулась.

– Эления твоя истинная пара?! – воскликнул дядя. – Тогда все понятно. Узы, что вас связывают, куда сильнее, чем любые ментальные блоки. Когда ты вспомнил ее уже на следующий день и принялся искать, я сильно удивился, но даже и подумать не мог, в чем дело.

– Вот и Нарваг не учел этот момент, выбрав Элению на роль матери моего ребенка. – Я усмехнулся.

– Надо же, какое неожиданное совпадение! Тебе благоволит сама Рада, племянник! – восхитился дядя Диего.

– И Геретта, – добавил я, напомнив, что я любимчик богини жизни и смерти.

Диего ар Шахгар кивнул, а затем вскинул на меня глаза.

– Данте, прости меня, пожалуйста! Я просто не знал, что мне делать. Я всегда был трусом, а ар Шахгары презирают трусов. Что бы я ни делал, не мог добиться уважения ни своего отца, ни брата… Прости, что не смог противостоять Нарвагу. Что за столько лет так и не отважился, использовать свои способности на нем. Клянусь, я тысячу раз хотел это сделать. Однажды даже почти решился… Почти. Но не смог, испугался… Прости меня, племянник.

Дядя окончательно поник и ссутулился.

– Уже простил, – бросил я, чувствуя оглушающую пустоту от, пусть и вынужденного, но все же предательства близкого мне человека.

Больше меня ничто не держало в этом доме. Я сошел с террасы и направился прочь. Отойдя ровно настолько, чтобы ничего не разрушить, оттолкнулся от земли и взмыл черной бронированной стрелой в серое небо. До Маллиры летел, не останавливаясь весь день и всю ночь, но прежде чем вызвать Нарвага на поединок, позволил себе отдохнуть несколько часов.

Когда солнце поднялось над горизонтом на востоке, я приземлился на том же самом поле, откуда улетал чуть больше года назад. Время было самое что ни на есть подходящее для древнего ритуала. Дождавшись, когда лучи солнца отразятся от моей брони под нужным углом, я прорычал древнюю формулу и выдохнул струю пламени, которая сложилась в печать вызова на дуэль.

Ни один из нас теперь не мог отказаться от боя, перенести его или выставить взамен другого бойца. Не зря я провел столько времени в библиотеке замка Мейр, пытаясь узнать все, что возможно, о древних ритуалах драконов. Нарвагу придется биться со мной здесь и сейчас, иначе на его род обрушится проклятье предков.

Моя драконья магия затронула какие-то невидимые струны мироздания. Зазвенела едва слышно на границе сознания, оповещая всех, о том, что вот-вот произойдет что-то важное.

Король появился на поле всего через пятнадцать минут в сопровождении отряда охраны и своего кузена. Все это время я терпеливо ждал, превратившись в истукана, а вокруг посадочного поля уже собирались зеваки. Люди стекались со всего города, не в силах игнорировать такое событие.

– Мятежный генерал! – прокаркал Нарваг, внимательно рассматривая меня. – Как ты смеешь бросать мне вызов?

Я не удостоил его ответа. Вот сразимся, тогда и поболтаем.

– Ты не отменишь это? – Нарваг покосился на горящий в воздухе символ вызова.

Я снова не издал ни звука.

– Что ж, тебе же хуже! – рявкнул король разочарованно.

Нарваг принял боевую ипостась так быстро, что глаз не уловил. Метнулся ко мне прямо сквозь магический символ, и нанес удар сокрушительной силы.

Глава 38

Лена-Эления

Принцесса Аурелия навестила меня на следующий день. Она рассказала о черном драконе, которого видели около пяти дней назад над Верховедами. В том, что это был Данте, я даже не сомневалась. Значит, король сказал мне правду?

Остаток дня я провела в раздумьях. Строила догадки, пытаясь понять, что произошло в родных краях моего мужа, ради чего он так надолго вынужден был задержаться, и все больше волновалась. А еще я ежесекундно ждала визита короля и тревожилась, но, к счастью, Нарваг обо мне так и не вспомнил. Наверное, он был очень занят.

Признаться, я не особенно расстроилась. Напротив, мне это было на руку. Да и кто знает, что могло взбрести королю в голову, чтобы насолить Данте? Так что я молилась Двуликой, чтобы он обо мне не вспоминал как можно дольше. Заодно у Аурелии будет время, чтобы