Петля - Сергей Александрович Арьков

Вдоль одной из стен выстроились какие-то белые шкафы без дверей, кнопок и экранов. Между ними затесалась небольшая ниша, с установленным в нее креслом. Из боковой стены полукругом выделялось нечто, напоминающее душевую кабину. Сквозь мутные стекла ее дверей с трудом просматривалась внутренняя полость с какими-то приборами на задней стенке.

– Мы на месте, – сказал Бродяга. – Давайте. Кто первый?

И он указал рукой на кресло в нише.

– Это точно не опасно? – подозрительно спросила Оля.

– Сама процедура – нет. А вот потом….

– Что – потом?

– Машина не сможет создать копию человека, пока жив оригинал – самокопирование строжайше запрещено. При записи личности в тело внедряется чип контроля, который регистрирует показания организма. Нельзя сделать двух или трех себя. Чтобы возродиться, нужно умереть.

– И в чем риск? – спросил Андрей.

– Риск в том, что если вы не принадлежите к этой временной петле, вы не возродитесь. Не сможете, и все тут. Но, как я уже сказал, мне неизвестно наверняка, удастся ли ваша затея, или нет. Хочу лишь еще раз напомнить вам, что три с половиной года жизни гораздо лучше, чем ничего. В этом времени я вас оставить не могу, но зато могу отправить в любое прошлое, на ваш выбор. И сделать так, чтобы эти три с половиной года вы провели максимально счастливо, не испытывая ни в чем нужды.

– Очень щедро, – фыркнула Оля.

– Чем богат, – пожал плечами Бродяга. – Нарушить законы вселенной мне не под силу. Так что думайте. Решайте. Но лучше не тяните с этим. В любой момент ваше присутствие могут обнаружить.

Андрей отвел Олю в сторону, не спуская, при этом, глаз с Бродяги. Тестеру он не доверял, и был убежден, что тот, при первой же возможности, просто прикончит своих незваных гостей.

– Ну, что думаешь? – спросил Андрей. – Рискнем?

– А что думаешь ты?

– Я бы рискнул. Три с половиной года…. Черт. Короткая жизнь получается. Особенно если учесть, что я родился меньше месяца назад.

– А если ничего не получится? – спросила Оля. – Тогда все. Конец. Навсегда.

– Это-то да, – согласился Андрей. – Но я ни одного дня из этих трех с половиной лет не буду счастлив. Больше скажу, я все эти три с половиной года локти буду кусать, что не рискнул. Не хочу этого. Лучше уж все или ничего, чем довольствоваться каким-то жалким огрызком жизни.

– Наверное, ты прав, – согласилась девушка. – Давай попробуем.

– Я попробую, – сказал ей Андрей. – Если ничего не выйдет, то ты не пытайся. Отправляйся в наше время, и проживи эти три с половиной года так ярко, как только сможешь.

Оля грустно улыбнулась, и сказала:

– При сильной яркости можно перегореть быстрее, чем за три года. Все-таки пусть все получится.

Места в нише было впритык – войти в нее, пятясь задом, сесть в кресло, и упереться локтями в стены. Андрей ждал, что сейчас к его голове начнут подключать провода, а в вены втыкать иголки, но, как оказалось, ничего этого не требовалось.

– Просто расслабься и сиди спокойно, – посоветовал ему Бродяга. – Больно не будет. Но это займет какое-то время.

Оля стояла за спиной тестера с ножом в руке. Андрей посоветовал ей не терять бдительности ни на мгновение, и в том случае, если у нее возникнет хоть малейшее подозрение в правильности происходящего, тут же пускать оружие в ход. Бродяга прожил в лабиринте дольше их обоих, вместе взятых, и наверняка мог за себя постоять. К счастью, Оля тоже прошла довольно суровую школу, и многому научилась, месяцами бродя по бетонным коридорам и отбиваясь от озверевших людей.

Вновь вызвав перед глазами невидимую панель управления, тестер стал нажимать какие-то кнопки. Андрей в страхе сжался, ожидая любой пакости. Вот сейчас как шарахнет током, и поминай, как звали. Или в затылок вонзится игла со смертельной инъекцией. Или произойдет еще что-нибудь с неизменным летальным исходом. Однако ожидания его были обмануты. Не произошло вообще ничего. Он просто просидел в кресле минуту, после чего Бродяга разрешил ему встать и выйти.

– И это все? – недоверчиво спросил Андрей.

– Все. А чего ты ждал?

– И… получилось?

– А вот этого я не знаю. Ну, то есть, запись твоей личности я создал успешно, но вот сумеешь ли ты возродиться, сказать не могу. Чтобы узнать это, ты должен….

– Умереть, – закончил за него Андрей. – Ясно. И как нам это провернуть? Сам себя я, наверное, зарезать не смогу. Разве что….

Он вопросительно посмотрел на Олю, но та решительно мотнула головой.

– Даже не проси! – заявила она. – Я этого делать не стану.

– Вон там шкафчик, в нем есть оружие, – сообщил Бродяга. – Он не заперт. Застрелиться будет проще, чем зарезаться.

Андрей подошел к стене и раздвинул створки. Арсенал оказался достаточно богатым. На двух пластиковых крюках висела какая-то громоздкая штуковина, напоминающая штурмовую винтовку, а чуть ниже расположилось три вполне узнаваемых пистолета.

– А патроны? – спросил Андрей.

– Оружие стреляет сгустками энергии. Питается от встроенной батареи, которая заряжается дистанционно, находясь в зоне действия ретрансляторов. Боеприпасы для него не требуются.

Андрей осторожно взял пистолет в руку. Тот оказался неожиданно легким, возможно, потому, что был целиком сделан из какого-то пластика, или похожего на него материала.

– Тут есть предохранитель, или что-то такое? – спросил он.

– Там кнопка на корпусе, – подсказал Бродяга. – Да, вот эта. Нажми.

Андрей так и сделал, после чего рядом с кнопкой загорелся тусклый зеленый кружочек.

– Теперь оружие в боевом положении, – сказал тестер. – Только будь осторожен, не выстрели случайно в кого-нибудь из нас.

Поспешно убрав палец с курка, Андрей вновь посмотрел на Олю. Ему было дико страшно. В нем стало крепнуть желание отказаться от этой затеи, и принять предложение Бродяги.

– Может, ну его? – спросила девушка. – Слушай, три с половиной года, это ведь лучше, чем ничего. Давай….

– Нет! – решительно прервал ее Андрей. – Не для того мы прошли через столькие испытания, чтобы удовольствоваться жалкими тремя годами. Мы заслужили жизнь. Полноценную жизнь, а не какой-то огрызок.

Дрожащей рукой он медленно поднял оружие, и прижал ствол к виску. Оля поспешно отвернулась, Бродяга смотрел прямо на него. Кажется, тестеру и самому было любопытно, выйдет что-либо из этой затеи, или нет.

Андрей закрыл глаза, мысленно сосчитал до десяти, и выстрелил.

Глава 28

Яркая вспышка большим взрывом запустила его создание. Он жадно вдохнул воздух и распахнул глаза. Перед собой Андрей увидел ровную матовую поверхность. Он поднял руку и прижал ладонь к мутному стеклу. Оно было приятно холодным и влажным.

Захваты, удерживающие его тело в вертикальном