Принцип матрешки - Владимир Александрович Сухинин

народу тайны власти, и сила лесного народа возросла. Но вместе с тем они лишились поддержки истинных хранителей Вечного леса.

«Хотя, – с долей иронии подумал князь, – зачем она нужна? Чтобы сидеть затворниками в лесу? На маленьком клочке огромной суши? Окапывать деревья и петь псалмы?» Это удел слабых. А лесной народ достоин большего. Он, как первое творение Отца, должен править этим миром.

В голове у князя мелькнула крамольная мысль, что за тысячелетия они не достигли своей цели. В Лес продолжали набегами ходить орки, а люди не только скинули ярмо рабства, но и стали угрожать существованию княжества. Их снова загнали в трущобы леса… Князь вздрогнул. Мысль испуганной птичкой упорхнула. В мощи тайного бога опасно сомневаться.

«Мы на пути к величию, и неважно, сколько времени это займет», – успокоил себя князь. Он выпрямился, глубоко вздохнул. Отгоняя сомнения, направился обедать. По дороге нес радостную улыбку на лице. Но внутри чувствовал, что настроение испортилось. Зря он стал вспоминать прошлое…

Селим о́ни, мелкий служащий казначейства Лесного княжества, спешил по своим делам. Всем уже было известно, что после обеда Великий был не в духе. Не дай хранитель в такую минуту попасть ему на глаза. Можно и с жизнью распрощаться.

Он почти бегом пересекал площадь перед казармами гвардии и, пребывая в своих невеселых мыслях, не заметил, как перед ним открылось темное окно портала, а оттуда вылетело тело. Оно как ядро врезалось в незадачливого эльфара.

Селим о́ни был сбит с ног и упал на камни площади. Больно приложился затылком, вскрикнул и хотел подняться, но новый удар, прилетевший сверху, припечатал его к камням. Он охнул, и сразу за этим на него стали падать тяжелые, но мягкие предметы. Селим о́ни барахтался, не понимал, что происходит, и не сразу сообразил, что его забрасывают мертвыми телами. А когда рядом с его лицом упал труп эльфара с развороченной окровавленной головой, он не выдержал и завопил от ужаса. Он кричал, надрывая горло, и старался выбраться из-под окровавленных мертвых тел. Первобытный ужас наполнял все его существо, и ему казалось, что наступил предрекаемый оракулами черный, судный день. Когда мертвые придут спросить с живых за их мерзкие дела.

Его отчаянный крик разносился по площади. Ему казалось, что своим воплем он мог пробудить небеса. Но на его сиплый, еле слышимый крик никто не пришел. А тела падали и падали, то накрывая бедного чиновника, то шлепаясь рядом, обдавая его брызгами крови. Он задыхался под грудой мертвецов. Кричать и звать на помощь уже не было сил, и тогда он отчаянно стал бороться за свою жизнь. Эльфар руками начал стаскивать с себя тела, ногами отталкивать, и в конце концов он смог выползти из-под груды мертвых тел. Встал на карачки и, оглядевшись, наконец полностью осознал, что перед ним лежит.

Селим о́ни с ужасом взвыл. Он, не вставая на ноги, попытался удрать на четвереньках, но новый удар по спине заставил его хекнуть и выбил из него дух. Надрывно плача, весь измазанный в крови, он изворачивался ужом и пополз прочь, пока не уткнулся в чьи-то сапоги. Со слезами отчаяния и радости, что он не один, обнял их. Ему помогли подняться, и лесной эльфар увидел гвардейца.

– Лер, что тут произошло? – растерянно спросил гвардеец. – Откуда эти тела?.. Их вы убили?

– Не знаю-ю-ю… – завыл Селим о́ни и со всех ног бросился прочь с площади. А очередное тело вылетело из открывшегося окна портала за спиной гвардейца, прилетело в него, сбило с ног, и он, не вставая, истошно заорал:

– Тревога! Нападение! К оружию!

На крики гвардейца из казарм выскочили свободные от службы воины. Увидели, как из воздуха появляются тела, как они падают с глухим шмякающим звуком на камни, и подхватили вопль гвардейца:

– К оружию! Нападение!.. Некросы!..

Они метнулись обратно, внутрь казармы, и побежали к комнате с оружием. Им навстречу, расталкивая и сбивая с ног, уже несся дежурный отряд.

Гвардейцы выскочили из казармы и увидели груды окровавленных тел.

Их товарищ поднялся с площади и отбросил от себя изуродованный труп. От такого ужасного зрелища гвардейцы, не сговариваясь, завопили:

– Тревога! Нападение на дворец! К оружию…

– Амулеты к бою! – прокричал впавший в панику командир. – Огонь по врагам.

Гвардейцы, не найдя живых врагов, ударили заклятиями по телам. Взрывы, вспышки и крики наполнили площадь. Со стороны могло показаться, что на площади развернулось настоящее сражение.

Из казармы выбегали гвардейцы и тут же, как и их товарищи, вступали в бой с невидимым врагом. Тела разрывались, дым покрывал площадь, ошметки тел летели в разные стороны. Заклятия вырывали камни брусчатки. Они поднимались в воздух и словно шрапнель накрывали самих гвардейцев. Складывалось впечатление, что их атаковал каменный дождь. Гвардейцы никогда не сталкивались ни с чем подобным. Их служба проходила в столице, в спокойном месте, с регулярными тренировками. Но боевые действия они не вели. И когда пришел такой момент, гвардейцы, забыв о дисциплине, истошно вопя, били в середину площади всем чем могли. Им даже казалось, что это кричал враг. Середину площади накрыла пелена пыли и гарь пожара.

С другой стороны к месту сражения спешили подкрепления из соседней казармы и, попав под град камней, решили, что их атаковал хитрый враг, что сумел пробиться к замку Владыки Леса. Они открыли яростный ответный огонь магическими заклятиями. Заклятия полетели в противоположную сторону. Среди гвардейцев начали вспыхивать отраженные заклятия.

– Враг за дымом! – крикнул капитан стражи и был сражен файерболом. Рядом упали трое гвардейцев.

Это придало сражению новый импульс. Атаки заклятиями усилились. С обеих сторон летели молнии, огненные шары, за ноги цеплялись выросшие из камней ядовитые вьюны. А камни мостовой разили гвардейцев с той и другой стороны. Когда заклятия закончились, командиры дали команду атаковать мечами. И с воплями: «За Лес!..» – стороны схлестнулись в рукопашной схватке.

Битва шла среди облаков пыли и дыма. Сеча была жаркой и скоротечной, пока ветер не снес завесу в сторону.

– Да это ж наши!.. – с ужасом прошептал один из гвардейцев. Он машинально отбил выпад двуручным мечом нападающего гвардейца и крикнул: – Стойте! Мы свои… Вон Лимстар стоит, а рядом лежит Вардак. Враги разбиты…

Лер Селим о́ни успел добежать до края площади, когда посреди нее началась свистопляска смерти. Он упал, обхватил голову руками и так пролежал, пока шум сражения не стих. Эльфар осторожно приподнял голову и увидел, как к нему сверху планирует, кружа в воздухе, свиток. Схватив его, эльфар опрометью бросился под прикрытие навеса подвала. Юркнул туда и затих на лестничном пролете, ведущем вниз.

Шум с площади достиг дворца. Охрана быстро закрыла двери, и к начальнику охраны дворца побежали вестовые.

Старший офицер выглянул в окно и