Красное бедствие - Рита Хоффман

– Я один стою десятков таких, как они.

– Ты слишком высокого мнения о себе.

– Тебе это не нравится?

– И прекрати со мной заигрывать. – Ромэйн посмотрела ему в глаза и добавила: – Меня это не интересует.

– Обычно женщины реагируют на мой человеческий облик иначе, – признался Халахэль.

– Падают к твоим ногам, я полагаю?

– Но ты не такая, – фыркнул он, – ведь так? Будешь держаться до последнего.

– Почему же, – вдруг сказала Ромэйн, – ты очень красив. Но этого мало.

– Мало? – Брови Халахэля удивленно приподнялись. – Что же тебе нужно, Ромэйн из Дома Наполненных Чаш? Я предан тебе, красив, умен и обладаю нечеловеческими способностями. Чего еще ты хочешь?

– Мира на моей земле, – отрезала Ромэйн. – Возвращения братьев. Чистого неба без колдовства, заставляющего солнце садиться раньше времени. Мне продолжать?

– Ты такая скучная, – фыркнул Хэль.

– Это называется ответственность.

– Месть.

– Что?

– Ты одержима местью.

Ромэйн напряженно уставилась на него. Халахэль подошел ближе, наклонился к ней и прошептал:

– Ты можешь сколько угодно врать остальным, но я-то знаю, что на самом деле движет тобой. И это вовсе не благородные побуждения, о которых ты говоришь. Ты хочешь отомстить Лаверну за смерть своей семьи, за отца, за мать, превращенную в кадавра, за…

– Хватит.

– О, нет, я ведь только начал. – Он обошел Ромэйн и замер за ее спиной. – Ты хочешь стереть с лица Фокаса Дом Багряных Вод.

– Откуда тебе знать?

– Твоя кровь напела мне. – Хэль провел пальцами по шее Ромэйн и вдохнул запах ее кожи. – Ты думаешь, что ваши предки поступили глупо, оставив в живых отпрысков Бедивира.

– Прекрати копаться в моей голове!

Ромэйн резко повернулась и толкнула Халахэля в грудь. Он даже не пошатнулся, только рассмеялся, удивленный такой яростной реакцией.

– Ты не можешь причинить мне вреда, Ромэйн.

– Я могу сделать все, что угодно! – прошипела она и ее зрачки вытянулись, превратившись в черные щелки.

Пораженный, Хэль замер. На его глазах стиснутые зубы Ромэйн превратились в клыки, а пальцы, сжимающие лук, потемнели.

Она прижала ладонь ко рту, вскрикнула и выронила оружие. Вытянула руку и уставилась на когти, разорвавшие нежную кожу пальцев, на кровь, стекающую по ним, и побледнела. Хэлю показалось, что она вот-вот лишится чувств.

– Что… Что со мной?! – Ее голос стал непривычно низким. – Пусть это прекратится!

– Тише, тише…

Халахэль сделал единственное, что пришло ему в голову – обхватил ее, прижал к себе, заставил спрятать лицо на его груди. От нее исходил жар, такой же опаляющий, как от него самого, и запах серы. Он почувствовал, как ее когти впились в спину и перед глазами против воли всплыло одно из давно похороненных в глубинах памяти воспоминаний…

…он навис над ней, тело изогнулось в болезненном спазме, когда когти Тет скользнули по спине. Горячие капли поползли по коже, они падали на белоснежные простыни и расцветами алыми пятнами, похожими на диковинные цветы…

– Что это? – шептала Ромэйн. – Почему это происходит?!

– Теперь это твоя сущность, – тихо сказал Халахэль. – Прими ее и не отрицай.

– Это не я!

– Теперь это ты. Просто расслабься, хорошо? Почувствуй силу, которая течет по твоим венам. Ощути ее, прикажи ей исчезнуть.

– Я не могу.

– Ты можешь. – Он успокаивающе гладил ее по спине. – Просто прикажи ей. Это твоя сила, она подчинится тебе.

Он поморщился, когда когти еще сильнее впились в плоть. Проклятье.

– Меня не должны увидеть, – прошептала Ромэйн. – Никто не должен знать, что…

– Пойдем.

Хэль подобрал лук, скользнул взглядом по лицу Ромэйн и сглотнул – обращение началось. Ее нос превратился в аккуратный пятачок летучей мыши, а верхняя губа разделилась надвое. Если ее увидят в таком виде… Кто-то точно перережет ей горло этой ночью.

Они укрылись за россыпью огромных камней на берегу. Халахэль усадил Ромэйн на песок, встал на колени и заглянул в ее испуганные глаза.

– Успокойся, – попросил он. – Просто попытайся успокоиться.

– Я не могу остановить это! – в панике выкрикнула Ромэйн.

Ему пришлось закрыть ей рот рукой. Она вытаращила демонические глаза с вертикальными зрачками и замотала головой, пытаясь вырваться. Острые зубы впились в ладонь, Хэль выругался.

– Ты меня укусила!

– А ты… Ты…

Она задохнулась от возмущения. Даже обращаясь в демоническое создание Фаты Ромэйн умудрялась оставаться дочерью лорда.

– Я могу остановить это. – Хэль выглянул из-за камня, чтобы убедиться, что их никто не ищет. – Но ты должна довериться мне.

– Тебе?! – Голос Ромэйн стал совсем низким, а лицо превратилось в уродливую морду.

– У тебя нет выбора, – мрачно сообщил Халахэль. – Иначе твоя драгоценная Фэй увидит, что ты больше не человек.

– Что мне нужно делать? – спросила Ромэйн, разглядывая руки, превратившиеся в огромные лапы.

– Ничего. Просто позволь мне коснуться твоей сущности.

Ромэйн посмотрела на него алыми глазами и склонила голову к плечу, будто огромная птица.

– Я буду пить твою кровь и в какой-то момент, – Хэль запнулся, – начну вытягивать твою сущность.

– Будет очень больно? – тихо спросила она.

– Нет, – уверенно ответил он. – Ты позволишь мне это сделать?

Она кивнула. Ее щеки начали покрываться светлой шерстью.

Халахэль осторожно расстегнул ее рубашку, провел пальцами по светлому подшерстку, успевшему нарасти на шее, и впился зубами в плоть.

В рот хлынула горячая кровь. На этот раз она была по-настоящему демонической – терпкой, густой, обволакивающей язык. Хэль едва удержался, чтобы не застонать от удовольствия. Его собственная сила распирала изнутри, ему хотелось выпустить ее и обратиться, принять истинный облик, но он знал, что,