Мистицизм - Мастер_Угвей

былых дней, как и застывшие картины чего-то бесконечно далёкого. Запахи, связанные с моментами, основавшими мою личность, так и и звуки, которые уже не вспомнить. Путешествовать без учителя по собственному разуму очень рискованно, но мне и не нужно было искать что-то конкретное. Лишь одно место, которого уже и нет…

Вдох. Выдох.

Медленно передо мной сформировалась тёмная дверь, закрытая сотней замков. Нужно одно мысленное усилие, чтобы они все отворились, я мне удалось пройти внутрь. В абсолютную черноту, где не было звуков, звёзд или вообще хоть чего-то. Абсолютное и совершенное ничего.

Сделав несколько шагов вперёд, я мигом огляделся и махнул рукой. Чернота была словно бы жидкой, а потому лёгкая дрожь прошлась по окружающей реальности. Всю вокруг было иллюзией, но оттого не менее реальным…

— Как тени не погасят солнца, так есть в мире одна вещь, которую ничто и никогда не сможет убить. Что это?

Мой голос эхом отозвался в этом месте. Казалось, звук уходил всё дальше и дальше, в самые глубины места, что должно хранить сны. Я уже отвык их видеть, но не сильно сожалел о подобном. Связь с кое-кем полностью стоила того.

— Сон. Ничто не убьёт сон.

«Переливающийся», постоянно изменяющийся голос раздался со всех сторон. Маленький гуманоид вышел из этой тьмы, и двумя сияющими глазами уставился на меня. На моём лице сразу же появилась лёгкая улыбка — две головы всё-таки лучше одной. И что-то мне подсказывает, что именно Трепет среди всех, кого я знаю, может помочь мне со столь странной проблемой.

Глава 37

Чудо возникает из союза обыденного и необычного

— Рад, что хоть кто-то остался со мной, однако как это у тебя вообще получилось? Местная… даже не знаю что, но точно не привычная мне магия, без особых проблем вышибла Витру с Барути. Знание чего местные не могут уже очень сильно поможет, — с лёгкой улыбкой спросил я. Сотрудничество является основой всех успешных отношений, и даже теория игр подтверждает, что взаимная работа является наиболее выгодным методом рабочих отношений…

— Сон не поймать и не удержать в руках, как не старайся.

…Но кое-какие моменты наука всё-таки не учитывает. Тяжело вздохнув, я на мгновение закрыл глаза. Вот про этот момент действительно несколько забыл.

— Понимаю, что у всех духов есть свои странности, однако можешь сейчас общаться более… понятно? — аккуратно произнёс я, чтобы не обидеть духа. — Мне порой действительно нравятся некоторые твои изречения, но сейчас нам нужно максимально понимать друг друга.

Дух сновидений продолжал стоять на месте, с непониманием смотря на меня. Его фигура постепенно размывалась, отчего он напоминал временно застывшую жидкость.

— Ладно, будем работать с тем, что есть… Так как всё-таки ты понял, что нужно прятаться? Что ты почувствовал?

Среди всех нас именно у Трепета было наиболее развито духовное восприятие, отчего и неудивительно, что он первым заметил угрозу. Вместе мы могли бы достичь куда большего, но мой мозг уже бы просто не справился с таким количеством поступающей информации.

— Цвет города — красный. Потому что всё в округе во власти его Души. Она всё ещё спит, но её сны творят саму реальность вокруг нас, — умудрённым голосом, словно бы рассказывая какую-то прописную истину, сообщил мне Трепет. Вот только сильно понятней мне не стало.

— Душа города? То есть местный феттир, заправляющим им? Божество действительно могло обладать странными возможностями, однако я даже не слышал о том, что оно так сильно вмешивалось в жизни смертных. А уж особенно чтобы пленило высших демонов и архимагов…

— Не бог, а Душа, — специально выделив последнее слово, настойчиво произнёс дух. — Сущность города, что формирует реальность, и позволяет ей жить. Её дыхание в каждой частице этого места, в каждом камне и каждом смертном. Они все несут в себе волю спящей Души.

Было видно, как сильно Трепет старается донести до меня то, что знает, однако получалось у него не очень. Общие моменты, конечно, я уловил, но его слова всё равно не говорили о чём-то конкретном. Душа города может быть как каким-то артефактом, так и всесильным демоном или джинном. Однако не уверен, что настолько могущественными существа могут застрять здесь.

Душа спит? Может это метафора на что-то? Потому что мне неизвестно ни одна могущественная сущность, которой действительно нужен сон. Подозреваю, что он так называет медитацию или глубокое погружение в себя. Или он про погружение в какое-нибудь другое измерение? Тот же мир снов также невероятно огромен и сущности там обитают действительно великие…

— Допустим… Что насчёт самой магии? — решил наконец-то задать новый вопрос. — Есть идеи почему она не работает? Я ещё не пытался использовать призывы, оставив их на последний случай. Если уж и с ними ничего не получится, то шансов совсем не останется. Разве что использовать кольцо, отданное мне Креолом. Подозреваю, что даже местные не смогли понять его истинную натуру благодаря чарам архимага. Вот только очень уж сомневаюсь, что сидящая там тварь мне сейчас хоть чем-то сможет помочь…

Дух ненадолго задумался, слегка приподняв голову и начав глядеть в абсолютно чёрную пустоту. Ему потребовалась минуту, чтобы придумать ответ, и судя по тому, как медленно он говорил, подобное общение давалось ему непросто:

— Сон нельзя поймать, потому что про него забывают сразу же после пробуждения. Магия — это Искусство тайн и секретов, известных только посвящённым. Но стоит им узнать про само волшебство, как у них появляется власть развеять его. Цвет магии — синий. Потому что у всех одинаковая власть над ней.

Тут он изъяснился более-менее понятно, хотя его слова всё равно казались чем-то странным. Кто-то может развеять магию, только если знает про неё? Как это вообще должно работать?

— Душа может лишить весь город чудес, однако это также убьёт и её саму. Душа сама способна воплотить что угодно, однако также хорошо и развеет всё на ветру. Любая сила, известная ей, здесь не имеет власти, пока она сама не разрешит. Но если она про что-то не знает, то и ничего запрещать, — ответил дух на невысказанный вслух вопрос. И это было уже хоть что-то.

— Хорошо, с этим уже можно работать. Нужно просто придумать что-то, неизвестное некой невероятно могучей