Раскраска памяти. Часть 1. (СИ) - Василиса Егорова

— Это все? — сразу включился куратор.

— Да.

— Райнари, а у вас?

А что у нас? У нас даже предположил нет! Хотя…

— Демоны отличаются северным характером, что проявляется в безоговорочности решений и огромной тягой к спорам, ведь «порочность в мире разнообразна и богам пришлось здорово потрудиться, чтоб как-то ее уравновесить. Но нет, некоторые так и остались поприщем нашего правления». - процитировала я незнамо что. Но вместо куратора услышала Торски.

— Вступая в споры с Нимфами, темные лорды пропустили момент, когда последнее начертание судьбы должно было исполниться.

— Тут поподробней, пожалуйста. — перебил куратор друга и я начала.

— Истинный текст найти не удалось, по причине не наличия, но примерный смысл заключался в следующем. Что наступит день, когда истинная пара сложится и начнется новый веток мироздания.

— Они должны были женить детей и тем самым объединить расы.

— А вот тут и начинаются пробелы в информации, куратор. Произошло это или нет, стала ли война новым витков мироздания, или это просто красивая легенда так никому выяснить не удалось. Хотя, — Что меня дернула сказать следующее- не знаю, но мое маленькое «я» дернула за язык. — Женитьбы все равно не было бы.

Таким удивленным магистра я не видела давно. Ситуацию спас друг, на мгновение сверкнул глазами. Волнуется.

— Она имеет в виду, что согласно первым записям миров, только сильнейший может решить судьбу мира. В случае с Нимфами и Демонами, свадебный обряд сохранил традицию, но только традицию.

— Не тяните, Торски.

— Дуель. — выдохнул друг.

— Что, простите?

— Дуель. — повторила я. Эта информация и мне попадалась. — Перед заключением брака, сильнейший должен был убить менее достойного и только если оба оставались живы, пара считалась истинной. Если, магистр.

— Ужас… — зашепталась группа на задних рядах. — А как же они размножаются? — подала голос Осинская.

Вопрос, как не странно обстановку расслабился и улыбнувшись, Сиан ответил.

— Так же как инкубы с суккубами.

По аудитории прокатился смешон, а напарник подруги спросил:

— Через обряд?

Аудитория еще сильнее засмеялась. Видимо они еще не отошли от шока своей защиты или уже прониклись нашей. Демоны сладострастия хоть и различаются по гендерному признаку, себе подобных могли сделать только через обряд. Или забеременеть или оплодотворить любую другую расу, передав с кровью частичку силы, неделя ребенка даром. Несправедливость. Нет, ну энциклопедия во мне находится, это я знаю, а вот в каком количестве?

— Тишина! — успокоил всех магистр Грокус. — Еще вопросы есть? — обратился он к остальным членам комиссии которая состояла из молодых и незнакомых преподавателей. Вот почему я не обратила на них внимания.

Кто-то из молодых передал листок председателю комиссии по которому он сразу пробежался глазами, но вопрос задал относительно пожилой мужчина.

— Я Афиус Марк, преподавать материальной магии. Представляють потому, что знакомиться официально мы с вами будем на старших курсах. У меня степень магистра третей ступени и в свое время я интересовали вашей темой. Скажу сразу, ваши выводы абсолютно абсурдно с точки зрения науки. Так вот, вопрос в следующем, какова была цена за доступ в императорский архив?

Для меня заданий вопрос отозвался в ушах мобильной тишиной и четким нарастающей запахом магии Сиана, которая пришла в движение. Предела и палитры этого аромата я не знала, ведь друг быстро успокаивал, а сейчас момент совсем не подходящий под выяснение силы соседа. Бросив успакаивпющий взгляд Сразу, испугалась — глаза большого и сильного привычно светились, но взгляд. Взгляд выражал всю гамму эмоций и черные угольные волосы как-то угрожающе развивались, при отсутствии всякого ветра. О, нет. Сан взял слово.

— Когда-то, во врата Этсетэра осмелился постучать человек, в ком бушевало пламя исследования. Оно настолько захлестнуло бедолага, что ничего не замечая, обезвредить он начал предлагать золото за день проведенный в столице городов Хаоса.

— Легенду о странника мне известна, молодой человек. — перебил его магистр. Все же остальные просто замерли от хорошо поставленого голоса с нотами холодного раздражения Торске. Сейчас на вопрос отвечал явно не добрый простодушно сын ремесленника, а один из сильнейших магов. И сильнейшим он был не из-за природы магии, а из-за своей необученности. Магистр понимал, что друг близок к выбросу, но зачем продолжать? Или горе-профессор хотел услышать что я сплю с Хайреном?

— Слушайте. То, что его сгубило собственное любопытство, спорить не буду. Но узнав секреты интересовавшие его его серце остановилось от счастья. Скажите, магистр, вы ведь уже не молоды, а тот странник явно был помоложе вас. Не нагружайте сердце.

— Да как вы смеете! — почти закричал магистр, но его перебил куратор.

— Достаточно. Профессор Марк, я снимаю ваш вопрос. Торски, успакаивайтесь. Зимой строить Академию заново никто не будет.

— Хорошо. — сказал друг.

Хорошо то оно хорошо, но вот успокоиться Сан не сможет и магистры это понимали. Я, находясь в пространстве ном шоке, сквозь пелену усиливающегося запаха гари мокрых листьев(судя по присудсствующим, запах магии Томске ощущала только я), услышала еще один вопрос. На этот раз спрашивал молодой парень. Лаборант или ассистент кого-то из профессоров.

— На каком языке общались высшие расы?

— Между собой или внутренне расходные отношения? — из прострации чеса нос, ответила.

— А вы знаете даже это?

— С чего вы взяли?

— Ну, вы бы не уточняли.

И правда, чего это я? Райнари, соберись. Тревога за друга перерастало в реальное беспокойство. Мимолетный взгляд на соседа показал, что друг стоит уперлись руками в кафедру доклада и смотрит в одну точку на листах. Волосы все так же вздрагивает на ветру испаряющийся магии. Да, магия может перегорать и гореть. Держись Сиан, борись с ней.

— А…. Ну вообще они общались на эросе. Семейные языки больше считались диалектами. — Я потерла глаза и снова почесал нос. Запах усиливался. — Вы что, не чувствуете этого!?

— Леди, вы о чем? — спросил все тот же молодой человек.

— Сиану плохо.

Словно в подтверждение моих слов сосед сильнее вцепился руками в кафедру и поднял взгляд на всех присутствующих.

— Состояние вашего оппонента сейчас стабильно. Мы все контролируем и абсолютно не о чем волноваться. А вот что с вами, адептка Райнари, нам еще предстоит выяснить.

Сквозь уже явную головную боль и приступы кашля снова посмотрела на внешне спокойного друга. Да, он был напряжен глаза светились ярче обычного, аристократические черты лица заострились. По веску стекала небольшая струйка пота, зрачок начал удлинняться и из уха зустр╕лась черная дорожка крови.