Война Ангелов. Наследник (СИ) - Последний Лист

Странно, но ее пока не обнаружили, хотя она и зарегистрировалась в отеле под своим именем и оплатила его со своего обычного счета. То ли Деймон хотел продлить ее агонию, то ли Чарльз с аллийкой специально подстроили, чтобы она сбежала. Да, Долорес далеко зашла, но может ей позволили далеко зайти? Думать об этом не хотелось, ничего не хотелось: ни есть, ни спать, ни помнить, ни существовать. Но она была, лежала на кровати и вспоминала то, как все начиналось и проклинала свою глупость.

Император Годжи II второй заключил союз с Жадо, согласившись на брак с Ванессой, в результате на свет появился принц Александр. В народе его тут же окрестили единственным принцем. Мать часто шутила, что единственный принц должен достаться единственной принцессе, но только при условии, что та будет себя хорошо вести. Ребенком Долорес всегда смущалась от таких слов, а в юности злилась, в тайне мечтая, что так и будет. Она видела принца только на квадро-изображениях, но, как и многие другие провинциальные дурочки, верила, что это настоящий Крито, Ангел Созидания, реинкарнация первого императора этого имени. Как же она радовалась, когда вместе с родителями была приглашена ко двору в день представления третьего наследника. Шикарный дворец с учтивыми принцами, строгими столичными постояльцами, садами, фонтанами и прочими прелестями вскружили восемнадцатилетней девчонке голову. Она могла целый день гулять, не желая возвращаться в собственные покои. Так однажды Долорес заблудилась, наткнувшись на прятавшуюся женщину с ребенком, это было так неожиданно, что девушка вскрикнула. В тот момент беглянку нашли, причем искали не роботы из охраны. За спиной отчаявшейся женщины появился сам император, приставивший нож к ее горлу.

— А теперь медленно передай ребенка Деймону, — голос Годжи был спокоен, а острое лезвие уже чертило алую полосу на шее жертвы, — И без глупостей, любимая, я не хуже тебя понимаю ценность этого дитя.

Синеглазый мужчина отпихнул в сторону ничего не понимающую Долорес, прошел вперед и забрал младенца у матери. Потом перевел злой взгляд на девушку:

— А ты кто такая? — и кивнул подручным, чтобы ее схватили, до выяснения обстоятельств.

Дальше была камера с белыми стенами, потолком и полом, белой робой, белой мебелью, белым постельным бельем… Она навсегда возненавидела этот цвет, цвет отчаянья, цвет собственной глупости. И когда разум постепенно стал отказывать, синеглазый вернулся снова. Он был ласков и обходителен, обещая ей, что все хорошо, что теперь ее вернут домой. Деймон и впрямь доставил ее на Селесту и даже задержался по ее просьбе в их родовом поместье. А утром того же дня убил ее родителей, хотя толпа назвала это казнью и правосудием. Маму и папу убили те самые руки, что еще ночью ласкали ее и прижимали к себе. И кровь, стекавшая по помосту была белого цвета…

Уже позже, сменив лицо и имя, Интивентэ узнала, что ее родителей допрашивали тогда на Солеа, и они признались, что поклоняются Камью. В Империи такое вероисповедание каралось смертной казнью еще со времен Мартина Крито, но Долорес твердо знала, что родители чтили только Создателей. Деймон убил просто так.

Он еще не успел спуститься на планету, как внезапно начал чихать, чем несказанно развеселил Алена. Может это была не самая лучшая мысль, но малыш остался на Дайне за главного, пока Рошидо болеет. И что удивительно — остался добровольно.

— Ален, апчхи, не смешно, апчхи.

— Ну почему же? По-моему, даже очень. Говорят, чихаешь, если тебя кто-нибудь вспоминает. Уши не горят случайно?

— Не горят, апчхи, — ситуация начинала раздражать своей нелепостью и неудобством, если чихание не прекратится, как прикажите дышать в защитном костюме?

— Странно, неужели кто-то думает о тебе вполне цензурно? Попробуй потереть переносицу, должно помочь.

Деймон собирался сказать, что он думает по поводу подобных советов, но снова расчихался, после чего принялся тереть нос. Немного помогло, а потом и вовсе отпустило. Вспоминает кто-то. И по какому поводу?

— Случилось что за время моего отсутствия? — варра параллельно отдал приказ о подготовке терефа к спуску.

— Вроде бы нет, — Ричмонд пожал плечами, словно и впрямь пытался вспомнить последние события и выделить из них достойные внимания, — Никто внезапно не заболевал, никто ни на кого не нападал, не обкрадывал. Сплошная скукотища, развлекаю себя прогулками по нашей системе на удильщике. Не более пары часов в день.

Затишье значит. Хорошо, если так, но было предчувствие, что назревает какой-то крупный конфликт, о котором сам Деймон даже не подозревает. Не то чтобы он подозревал Алена в сокрытии важной информации, малышу он верил, просто новости могли не дойти до него. А может и впрямь дело было в другом человеке. Связанным с ним незримыми узами, нуждающемся в нем в данный момент. Человеку, вспоминавшему его.

— Ладно. Ничего так ничего. Кстати, — все еще потирая переносицу, он пристально посмотрел на Ричмонда, отчего тот даже насторожился, — ты слишком хорошо себя ведешь в последнее время. Нет, это не значит, что я не доволен, как раз наоборот, просто чую подвох.

— Хорошее поведение следует поощрять, а не придираться. Привези мне сувенир из поездки, — Ален сделал комично-умильное лицо, и чтобы не рассмеяться Деймон кивнул и отключился, не попрощавшись.

Сувенир. От плакальщиц Кай Лонга. И какой это, интересно? Но тут подали терефа и думы о подарке временно пришлось отложить. Может на самой планете его ждет озарение по этому поводу.

Но на планете его ждала песчаная буря и неприветливые местные службы сообщения, предлагающие сдать оружие, сделать пожертвования и прочие глупости. От всего этого варра с легкостью отмахнулся, оставив пристающих сектантов на элдиров сопровождения. а сам направился в Белый Храм. Он никогда не был здесь раньше, но знал о храме от своих шпионов. Не самое приятное место: низкие потолки, ржавые стены, монашки похожие на мышей в своих серых хламидах. Они пропускали его, низко склонив голову, не пытаясь остановить или хотя бы расспросить. Если он сам пытался спросить — спешили скрыться в одном из извилистых коридоров, в которых можно было блуждать вечно. Они в малодушии своем надеяться, что он заблудится? Пришлось приказать поймать первую попавшуюся на их пути жрицу, а то потом и вовсе не встретятся.

— Варра, ваше приказание выполнено, — отозвался вскоре один из элдирей, указывая на удерживаемую двумя другими сопровождающими девушку в желтом одеянии. Она была бы симпатичной, если не болезненная худоба и нездоровый цвет кожи. Правы утверждающие, что главный враг человека — он сам.