Гоша Каджи и Алтарь Желаний - Татьяна Рябов

Каджи даже ловко увернулся от попавшегося навстречу преподавателя защиты от темных сил, который как раз не вовремя спустился по лестнице со второго этажа. И больше того, парнишка проигнорировал требование Батлера немедленно остановиться и подойти к нему. Лишь услышал уже на выходе из башни, что факультету Блэзкор опять не повезло со штрафными баллами. Только что Гоша заработал их целый десяток. Но какая разница? Да хоть двадцать! Вот он — враг номер один на этот час, всего в трех шагах впереди.

Чпок вразвалочку вышагивал в сторону своей башни, сопровождаемый привычной свитой из Дурмаша и Ривера. Услышав за спиной приближающийся топот, Гордий недовольно обернулся, собираясь что-то ядовитое высказать нарушителю спокойствия. Потом широко распахнул свои наглые глазищи, чему-то поразившись, и был тут же схвачен за грудки. Его телохранители успели вовремя в разные стороны отпрыгнуть. Иначе их снесло бы ураганом по имени Каджи.

А Гоша уже от души впечатал Гордия спиной в каменную стену башни. И видать хорошо приложился, потому что соперник вдобавок ко всему треснулся об нее же затылком и недовольно поморщился от боли. Продолжая удерживать Чпока за мантию, парнишка твердо и неспеша ему высказал:

— Слушай сюда, недоумок! Сегодня ночью, ровно в двенадцать, я тебя жду около стадиона. Один на один. И попробуй только не приди! Тогда вся школа будет знать, какой ты настоящий волшебник. А я все равно тебя достану, так что не отвертишься.

— Я то приду, смотри сам не обделайся от страха, — Гордий стрельнул взглядом на потихоньку собирающуюся рядом толпу и, хмыкнув, прошипел. — Ты руки-то убери, а то ведь все поймут, в чем дело. И не судьба тогда нам встретиться сегодня. Да и потом — вряд ли. Тебя ведь исключат из школы за такое поведение…

Каджи резко отпустил мантию фалстримца и, отвернувшись от него, спешно зашагал в сторону Башни Грифонов. И хотя смотрел больше себе под ноги, чтобы не встречаться ни с кем глазами, в которых слишком уж явно сквозило торжество, все же успел заметить собравшуюся около места стычки шушукающуюся толпу учеников. И многие из них стояли, оказывается, слишком уж близко, а значит, могли подслушать их с Чпоком разговор, что не есть хорошо.

Так же Гоша обратил внимание на то, как Биг удерживал за плечи тщедушного Ривера, рвущегося на помощь «хозяину». И даже услышал фразу слонопотама, не суйся, мол, куда не просят, без тебя разберутся. И сказать честно, Дурмаш его удивил уже в третий раз за сезон. Какого черта лысого он ошивается рядом с Гордием, если сам он не такой уж и испорченный?

А вот Луиза, оказавшаяся невдалеке от места схватки, наоборот улыбнулась Каджи так ехидно, что у парнишки даже сердце екнуло. Сразу видно, что она замышляет какую-то пакость в ответ на его безразличие к ней. Как же, вейлу проигнорировали, когда она сама на дружбу напрашивается. И то, как Олира покачала головой, Гоше совсем не понравилось.

Пролетев в свою комнату, парнишка, не раздеваясь, завалился на кровать. И притворился спящим, чтобы не доставали разговорами, выяснениями подробностей и требованиями ничего не предпринимать. А что такие от друзей будут, он даже не сомневался. Каджи лишь успел попросить Барни, чтобы он его разбудил тихонько в полдвенадцатого, если все же заснет. И к своему удивлению, Гоша почти сразу же провалился в объятия снов.

А приемник лишь пожал недоуменно плечами, но разбудить пообещал. И даже отменил на сегодня свой ставший уже традиционным вечерний поход в гостиную. Так и сидел на тумбочке до положенного времени, крепко задумавшись. И одной из первых мыслей у него проскользнуло невзначай, а не сообщить ли бабушке или Мериде, что Гоша удумал по ночам где-то шарахаться. В его-то положении — это верх безрассудства. Но, еще разок хорошенько поразмыслив, Барни отказался от такой идеи: Гоша все-таки ему друг, а друзей не сдают. Даже другим друзьям. И ровно в полдвенадцатого ночи приемник осторожно потряс Каджи за плечо.

Просыпаться мальчишке совсем не хотелось, но, вспомнив, зачем это ему понадобилось, он резво вскочил с кровати. А потом крадучись выбрался из комнаты в пустынную гостиную. И уже только там обулся и, накинув на себя мантию, заспешил вниз, боясь опоздать на забитую стрелку.

Вот только в холле башни его остановил насмешливо-строгий голос Яппи Алленсона:

— Никак прогуляться решил, Каджи?

— Нужно мне тут в одно место…, — попробовал было оправдаться парнишка.

— Я знаю, что нужно, — ответил портрет декана, став вдруг совершенно серьезным, и добавил загадочно. — Только ты к стадиону не ходи. Там снегу намело по пояс. Прогуляйся лучше к «Птичьему углу». Там рядом с башней площадочка есть одна, чуть левее входа. Самое хорошее место для прогулок в эту ночь.

Гоша ничего не понял, но рыжебородый ему заговорщически подмигнул:

— Просто поверь мне так же, как я верю в твою победу.

И Каджи послушался декана. С какой стати он будет советовать Гоше то, что может ему повредить. А значит, пострадает и честь факультета, о которой Яппи так трепетно заботится. И переживает за нее до такой степени, что совсем не боится выглядеть белой вороной на фоне всех остальных прежних деканов. Его поведение само за себя говорит о характере бывшего руководителя факультета.

Гоша решительно выскользнул через пламя из Башни Грифонов в темный двор и быстрым шагом направился к выходу из замка.

Хотя главные ворота Хилкровса на ночь закрывались, но рядом имелась неприметная калитка для служебных надобностей. А так как в ближайшей округе от замка другого жилья было мало, то и непрошенных гостей не ждали. И соответственно старая горгулья, охранявшая вход, неподвижно сидела на каменной тумбе и почти постоянно спала, когда не ела. Проскользнуть мимо нее — пара пустяков. Главное не горланить песни во всю глотку.

Каджи торопливо помчался по протоптанной в сугробах тропинке к башне, где обитали пернатые друзья учеников. И вылетев на ту небольшую площадку, о которой сказал декан, тускло освещенную единственным подслеповатым фонарем над входом в «Птичий угол», огляделся. Почти тут же от стены отлепилась фигура, выскользнув из сумрака на свет.

— Я уж думал, что ты струсил или девчонки не пустили, — криво ухмыльнулся Гордий и без дальнейших предисловий заехал кулаком Гоше в челюсть.

— Еще чего! — Каджи смахнул с губы тут же выступившую кровь и ответно засветил Чпоку под глаз.

А потом они так яростно набросились друг на друга, что, не удержавшись на ногах, свалились в сугроб, продолжая цепляться за соперника и не забывая его же мутузить от души. И битва их была раскаленной до предела. Несколько минут они катались по площадке, утрамбовывая снег и противника. Но вскоре ребята, замерли, напряженно вслушиваясь в ночную тишину и тяжело дыша. От обоих валил пар.