Средневековая история. Изнанка королевского дворца - Галина Гончарова

Лиля кивнула. Коснулась розы.

– Спасибо, Александр.

– Лилиан… я хотел бы попросить об одном одолжении. И надеюсь, вы мне не откажете?

Лиля пожала плечами.

– Просите. Если это в моих силах…

– Я бы хотел продолжать с вами общаться, даже после возвращения вашего супруга.

– Если это будет зависеть от меня – обещаю. Александр, почему вдруг такая просьба?

– Потому что я знаю Джерисона, Лилиан. Может быть так, как вы его не знаете.

Лиля хотела съязвить, что она может то же сказать и о себе. Вряд ли Александру пришлось провести с графом Иртон хоть одну ночь. Но промолчала. Что-то такое было в серьезных глазах мужчины…

– И?

– Я знаю и вас. Если вы найдете общий язык – я буду рад. Но больше вероятность, что ваш дом превратится в поле боя.

– Они сошлись. Волна и камень, стихи и проза, лед и пламень,[10] – пробормотала Лиля.

– Вы не обидитесь на меня за эту откровенность?

Лиля тряхнула головой. И решилась. Коснулась руки Фалиона – своей.

Маркиз вздрогнул, как от ожога, но руку не отнял.

– Александр, вы давно уже мой друг. Еще с той минуты, когда я плакала, а вы меня успокаивали. Вы можете сказать мне, что угодно. И не перестанете быть другом.

Маркиз как-то криво улыбнулся.

– Даже то, что я люблю вас?

И видя откровенно ошалелое выражение лица Лилиан – вдруг рассмеялся.

– Прикройте рот, графиня. Ворона гнездо устроит.

– Бессовестный! А я уже понадеялась! – Лилиан осознала, что маркиз шутит – и от души стукнула его кулачком по плечу. – Как вам не стыдно подавать женщине такие надежды!

Серые глаза весело блестели.

– Пока разрешите подать вам руку на прогулке – и продолжим.

Лиля усмехнулась.

– Александр, вас никогда не били за ваши шуточки?

– Иногда – хотели. Но я обычно бил первым, – честно признался Фалион. – А потом еще шутил.

– М-да… не хотела бы я быть вашим врагом.

– Вы уже мой друг. И Джерисон мой друг. А посему позвольте говорить откровенно.

Лиля кивнула. Фалион мимоходом сорвал розу с куста и вручил ей.

– Вы горды. Я это вижу. Но и Джес такой же. А когда сталкиваются две гордости…

– Согнется моя. Вы это хотели сказать?

– Обычно уступают женщины. Но вы-то отступить не можете, правильно?

– Мне – некуда. Сейчас – некуда. Я бы с радостью вернулась в Иртон, но кто сказал, что там не случится очередного покушения, что оно не будет успешным…

– Я понимаю. Но вот поймет ли это Джес. Чтобы договориться с ним, вам придется создать видимость уступок. А вот как…

– А если я не хочу ничего создавать? Пусть сам уступает! Александр, я живая и нормальная. По его милости меня чуть не свели с ума, по его милости меня, да и Миранду чуть не убили – и я же должна под него прогибаться? Не слишком ли?

– Об этом я и говорю.

– И что вы мне посоветуете?

– Это зависит от того, что вы хотите получить.

– Спокойствие.

– А еще вам нужен статус графини. Иначе ваши дела потерпят ущерб. Да и многое другое…

– И что вы предлагаете?

– Предложите вашему мужу светский брак. У вас своя жизнь. У него – своя.

– Пару раз встретимся, чтобы сделать наследника – и каждый гуляет сам по себе?

Лиля чуть скривила губы.

– Это – не мое, Александр. Я с брезгливостью отношусь к подобным бракам. Да, они есть, иногда они необходимы… но может быть – не в моем случае?

– Я долго думал над вашей ситуацией. И я не вижу для вас другого выхода. Вы женщина гордая и властная. Джес такой же. Но при всем моем уважении… есть два типа мужчин. Одни будут гордиться такой женой, как вы. Другие же будут злиться и негодовать, считая, что такая жена принижает их в глазах света.

– Джес – второй?

– Вполне возможно. Я не исключаю, что у него хватит ума и на первое. Но пока…

Лиля в задумчивости прикусила черенок розы.

– М-да. Проблема.

– Подумайте, Лилиан. Вы красивы, умны, вы серьезный противник для многих. Но как вы будете справляться с собственным мужем? Либо вы его сломаете – либо сломаетесь сами.

– Проявить гибкость…

– А разве не так поступают все женщины? Оставьте ему – его игрушки. Если не вспыхнет сейчас – не вспыхнет никогда. Если вам удастся сбалансировать все сегодня – что еще надо?

– Семью. Детей. Обычное женское счастье.

– С Джесом у вас может быть первое и второе. А вот третье… он не сможет уважать вас – такой. В его понимании женщина – это слабое, хрупкое и беззащитное существо. Нежное и трепетное. Которое все обязаны оберегать.

– Твою рыбу!

Лиля от души сверкнула глазами.

Роза полетела на тропинку.

– Александр, а я – не женщина?! Кто сказал, что право на существование имеют только блеющие козы?! И кто в курсе, что от козы рождаются козлята! Между прочим – если женщина – это поддержка и опора – мужчина тоже может сделать намного больше. Разве нет?

– Разве да. И я говорю сейчас не о своем мнении. Знаете, я ведь рос при дворе…

– И?

Лиля уже остывала. Роза была поднята со вздохом… надо же что-то в руках вертеть. Иначе и перчатки не спасут.

– Вы знаете о второй жене Его величества?

– Джессимин. Знаю. И?

– Но вы ее ни разу не видели. А тем не менее… вот она такой и была. Этакая нежная роза, по уши влюбленная в своего короля.

– А мой муж тут при чем?

– Я думал, вы поняли. Графиня Иртон детьми не занималась. Ими занимались граф, ну и его сестра. Пока не стала королевой.

Лиля мысленно передвинула еще одну костяшку на невидимых счетах. Еще один довод в пользу ее версии.

– М-да. И Джес подсознательно ищет во всех такую же клушу?

– Я бы не стал так выражаться…

– Но это – реальность. Ясненько. Меня он не оценит просто потому, что сильные женщины – это нонсенс.

– Абсолютно точно. История знает множество примеров, но… пример – одно. А найти его в своем доме…

– Полагаете, другого выхода нет. Или меня начнут ломать через колено, а учитывая мои предположения – и с королевской помощью, или я сделаю вид…

– Вы сможете сами это проверить. Мне же просто хотелось помочь.

– Почему – мне? Джес ваш друг. Я же… просто корова.

– Лилиан!

– Можно подумать, я не знаю, как дражайший супруг меня называл. Поведали! Во всех красках! Знаете, сколько ко мне ездит этих нежных-трепетных? Его величество Алисию временно отпустил, чтобы она всю эту шушеру разгоняла. Так почему вы мне помогаете?

– Потому что я вас вижу. Я надеюсь, немного понимаю.

– И?

– Вы ведь… если бы не началось все это – вы бы стали такой?

Лиля пожала плечами.