Барби для Мажора (СИ) - Лукьянова Елена

— Я им пока не говорила, но скоро они всё узнают. Я не пойду на аборт, потому что мне отец ребёнка запретил это.

— Ты в своём уме?! Нашла с кем связываться! Он же ненадёжный, как ты можешь ему доверять? Сейчас он тебе наобещал что-то, а завтра скажет, я не при делах, решай свои проблемы сама.

— Он так не сделает, я в нём уверенна. Ты же ничего не знаешь, что между нами.

— Глупая ты, таким кобелям нельзя верить. Подумай хорошо, пока не поздно.

— Мы уже всё решили. Он его хочет, так же как и я.

— Что за новость? Ты рожать собралась? Неужели этот папаша согласился? И кто он? — повернулась к ним Полина.

— Тебя, что не учили, что подслушивать нехорошо? — пробурчала она.

— Ольга, ты же, наверняка, в курсе от кого она залетела?! Скажи, а то я умираю от любопытства, — стала выпытывать та.

— Перебьёшься, — ответила за неё Анжела.

— Ой, ой, какие мы гордые! Всё равно потом узнаю, — брюнетка полезла к её конспекту и стала листать его.

— Что ты там забыла? — выразила недовольство она.

— Я последнюю тему не дописала, отвлеклась на сообщение в телефоне, — та забрала тетрадь и отвернулась.

Переписав, всё, что ей было нужно, она через какое-то время снова повернулась к ним и положила конспект на место.

— Что, швабра, до сих пор мечтаешь о моём Ромке? Беременная, а всё угомониться никак не можешь. Зачем ты написала на тетради вместо своей фамилии, его фамилию? Представляешь себя его женой, что ли? Можешь даже не мечтать, фантазёрка, — насмехаясь, заявила соперница.

— Это не я писала и, вообще, какая тебе разница, что написано на моём конспекте?! Да хоть фамилия президента, — обиделась она.

Собрав свои тетради в сумки, девушки вышли из аудитории. В коридоре напротив двери стоял Роман. Полина шла первой и подошла к нему.

— Меня ждёшь, милый? Решил извиниться? — обратилась она к нему.

— Вот ещё, даже не собирался, — отозвался он.

Увидев их снова вдвоём, Анжела бросила на него недовольный взгляд и ускорила шаг, потянув за собой свою спутницу.

— Любимая, ты чего? Я же к тебе пришёл, — догнал их он и развернул её к себе.

— Почему она опять к тебе лезет?

— Не надо обращать внимание на эту вешалку, когда-нибудь сама отвяжется. Я не видел тебя два часа и уже соскучился, — обнял её он и нежно поцеловал.

Оля поняла, что она здесь лишняя и ушла, чтобы не мешать им.

47

В институте в самом разгаре проходила зачётная неделя. Кто-то сидел на подоконниках и переписывал темы в тетради, а кто-то ожидал своей участи возле дверей аудиторий, просматривая конспекты с лекциями. Многие просто куда-то неслись, сломя голову: печатать курсовые, ксерокопировать шпоры, или и то и другое одновременно.

Состояние после зачёта было тяжёлым, Анжела ощущала неприятное внутреннее беспокойство. Похожее бывает, разве что перед экзаменом, когда уже стоишь возле стола преподавателя, вручая ему зачётку и вытягивая билет. В этот момент по спине снежной лавиной проносится холод, пробирается под рёбра, оттуда — на горло, а затем уже на волосы, которые начинают тут же седеть, едва глаза прочитывают вопросы в билете. Но обошлось без седых волос, только от волнения разболелся живот. На большой перемене они с Ольгой пошли в буфет, чтобы что-то перекусить. За ними увязалось ещё несколько сокурсниц. Взяв булочки и горячий чай, они направились в фойе, чтобы удобно расположиться на подоконниках. Там уже толпились старшекурсники, у них сегодня консультация по дипломной работе. Завидев Макса, его пассия засияла и потянула своих спутниц к их парням. Вокруг Романа привычно увивались многочисленные девицы и он, как всегда невозмутимо улыбался им. Гламурные кисы недолюбливали его блондинку, поэтому сразу отморозились и зашуршали тетрадками, делая вид, что заняты, чем-то важным. Он оторвался от подоконника, чтобы поцеловать её, но она отвернулась и отошла в сторону.

— И, что это у нас с настроением с самого утра? — заметил он.

— Кажется, я кого-то оторвала от умилённых взглядов любимых однокурсниц, — съязвила она.

— Зайка, ты чего?

— А она ревнует, — злорадствовала Полина.

— Разве есть какие-то основания для этого?! — изумился он, снова облокотившись на своё место.

— Вот и я о том же, можно подумать ты ей что-то должен? — недовольно буркнула та.

— А ты, метёлка, не встрявай, куда не нужно или ты бесишься, что он не на тебя внимание обращает? — начала перебранку его любимая.

— Нас с ним многое связывает. Я не придаю значение его мимолётным увлечениям, нагуляется, и я его снова приму, — стала возле него рядом брюнетка.

— Удачи тебе в твоих мечтаниях, — невозмутимо добавила она, скользнув по ним пристальным взглядом.

— Это тебе теперь только мечтать и осталось о нём. Когда он узнает о твоей маленькой тайне, вряд ли ты ему тогда будешь интересна, — взяв его под руку, не унималась соперница.

— А тебе не кажется, что ты ведёшь себя слишком самоуверенно? — отодвинул от себя её он.

— Девчонки, может быть, вы уже прекратите перекрёстный огонь? — послышалось из толпы, стоящей рядом.

Он подошёл к Анжеле, и взяв за руку, потянул её за собой.

— Отпусти, — психанула она.

Ей захотелось сейчас расплакаться, это, видимо, гормоны. Но не было желания демонстрировать всем свою слабость. Она была слишком гордая для этого.

— Ты, правда, ревнуешь? — улыбнулся он.

— С какой стати мне это делать?

Она посмотрела в его красивые глаза, но, что сейчас читалось во взгляде, понять не смогла. Парень уселся на подоконник, и притянув её, обхватил руками за ягодицы, а затем прижал к себе. Слишком интимно близко, так, что она ощутила, как ей в живот упёрлась его плоть. Ей стало неловко, что он делает так при всех и она покраснела.

— Не трогай меня, — глухим голосом выдавила она и попыталась отстраниться.

— Может, хватит уже притворяться?! Все и так давно знают о нас, — усмехаясь, он провёл рукой по её бедру.

— Пусти! — тщетно дёрнулась она, пытаясь высвободиться. — Это не даёт тебе право так нагло себя вести.

— А, что тут такого? За стенами этого института мы же с тобой не просто за ручку ходим или ты считаешь, что все именно так думают? Так зачем тогда лицемерить?

Она стыдливо опустила голову. Чувствуя, что она растерялась, он взял одной рукой её за подбородок и, подняв голову, нежно поцеловал, едва касаясь губ. Наблюдая эту картину, брошенная им девушка покрылась красными пятнами от злости:

— Ты её целуешь и даже не догадываешься, что она скрывает. А, она беременная!

— Ну и что? Я это знаю, — прервался он.

— Знаешь..? — не смогла больше ничего вымолвить та.

— Конечно, потому что это мой ребёнок.

— Что..? Но как? Этого не может быть! — от шока, говорившая с ним, потеряла дар речи.

— Ты, что не знаешь, как дети появляются? — рассмеялся он.

— Я не об этом, ты же всегда занимаешься только безопасным сексом. Она, наверное, рассказала сказку об испорченном презервативе, а сама залетела от кого-то другого?!

— У тебя слишком бурное воображение, тебе бы романы писать. А ты не подумала, что я мог сам этого захотеть?

— Она тебя обманывает.

— Мы уже давно живём вместе, и я ни на шаг никуда её от себя не отпускаю. Контроль жёсткий, у меня не забалуешь! — поразил своей откровенностью он.

Все рядом стоящие были ошеломлены услышанным. Максим, у которого ещё не сошли синяки, теперь понял, почему Роман всегда так бурно реагировал на его ухаживания к этой красавице. И только Оля спокойно восприняла новость.

— А ты разве не удивилась? Я тебе тоже не до конца всё рассказывала, просто мы не хотели, чтобы кто-то знал об этом, — обратилась к ней Анжела.

— Если честно, то я уже давно догадалась, ещё тогда, когда он за твоими вещами приходил. Просто решила не показывать вида. У вас такие запутанные отношения, прямо Санта — Барбара какая-то, — отозвалась та.

Когда закончилась перемена, все разошлись по своим аудиториям, и только одна Полина так и осталась стоять на месте, не в силах пошевелиться, будто парализованная. После того, как все студенты разбрелись, и в фойе стало тихо, она вдруг ясно осознала всю серьёзность данной ситуации. Почувствовав, как её глаза наполняются слезами, она убежала в гардеробную, чтобы не привлекать к себе внимание редких случайных прохожих и забилась в угол. Горько плача, она уткнулась лицом в свои ладони. Где-то услышав, что если поплачешь, станет легче, она прорыдала, наверное, с полчаса, но легче не становилось. Звонил её мобильный, но она не отвечала. Зачем? Зачем все разговоры, дела, планы, будущее, если в нём не будет Его? Никто ей не может помочь, никто! Нет в мире такой силы, которая бы ей вернула милого. И от этой мысли она заливалась ещё сильнее, понимая, что окончательно проиграла. Опять зазвонил телефон, а потом послышались чьи-то шаркающие шаги. «Господи, ну почему нельзя исчезнуть, скрыться на необитаемом острове? Чтобы никто не трогал! И там сидеть и ждать, когда утихнет эта боль, разрывающая душу», — подумала она. На входе в раздевалку, прозвучали голоса, прислушавшись, она поняла, что это её ненаглядный со своей беременной зазнобой, собравшейся пойти домой, потому что плохо себя чувствует. Он отдал ей ключи от квартиры и ушёл, а та прошла внутрь, чтобы одеться.