Рык Посейдона - Валерий Негрей

— Аллах забрал его к себе.

Талгат приложил руку к груди.

— Прости!.. Я не знал. Столько лет прошло.

— Ты не хочешь спросить, как он умер?

— Гулям! У меня самого двое детей и я представляю, что значит потерять одного из них. Просто я помню твоих ребят ещё совсем маленькими.

— Абдул был хорошим сыном. Он заканчивал университет в Кабуле… Раббани убил его там, в Кабуле.

— Он, что, был солдатом?

— Нет… Ты многого не знаешь. Сейчас пообедаем, а потом поговорим, как тогда, — он улыбнулся и, тяжело поднявшись, хотел идти к дому. — Пойду, подгоню своих женщин. Долго они там возятся.

— Подожди, Гулям! Не торопи женщин… У меня к тебе есть дело.

— Дела будем решать за хорошим обедом. За пустым столом могут быть только пустые разговоры.

— Нет, это не терпит. Надо быстро. — Талгат поднялся с места.

Гулям остановился и вопросительно посмотрел на него.

— Что случилось, Хасан?… Хуже, чем было, уже не будет! Что за спешка?

— Я пригнал сюда две машины с бензином. Их надо срочно продать. Машины должны вернуться в Кветту.

— Ты будешь как и раньше держать заправку? Будешь торговать?… Ой, как хорошо! Тебя многие помнят здесь!

«Это хорошо и плохо!» — подумал Талгат.

— Пока не знаю… Скажи лучше, где его можно продать?

— Какая беда — продать бензин! У нас нет таких проблем!.. Вот как привезти его сюда — это другое дело. Сейчас всё сделаем… Только женщин я всё равно потороплю.

К вечеру бензин был продан. Талгат рассчитался с водителями и они с Гулямом вернулись домой к давно уже остывшему очагу. Гюли поворчала на мужа для порядка и стала накрывать стол уже для ужина.

В этот вечер они долго говорили между собой — вспоминали старое, говорили о новом, но Талгат так и не решался спросить, как погиб Абдул. Он знал его ещё мальчишкой, который много раз катался с «дядей Хасаном» по разбитым дорогам своей родины. Когда уже звёзды засверкали на небосклоне, Гулям неожиданно спросил:

— Зачем ты вернулся сюда? Это ведь не твоя родина…Когда погиб Абдул, я сам хотел уехать отсюда. Жена отговорила… Никогда не слушай женщин!.. А теперь куда я поеду? Вот невесту надо искать младшему… Опять заботы!

— Ты хотел рассказать, как погиб Абдул. — Талгат решился, наконец, спросить.

Гулям подлил в пиалу горячего чаю, но пить не стал. Он отставил её в сторону, словно хотел показать, что Абдул придёт сейчас и она для него.

— Ты ведь знаешь, когда русские ушли, наши местные шакалы, а по-другому я их назвать не могу, стали делить власть… Хотя, какая там власть!.. Делили опиум и дороги, по которым его можно вывести. Кому-то досталось больше, кому меньше. — Гулям часто останавливался, поднимал вверх голову, как будто боялся, что из его глаз выкатится слеза, лишний раз, напомнив ему о сыне. — Вот и начали резню… Говорят, тогда в Кабуле осталось совсем немного народу. Раббани не хотел делиться такой властью и начал бомбить Кабул. Там и погиб мой мальчик… Потом пришли какие-то мальчишки, талибами себя звали. Эти, вообще, не понятно, что хотели. Всё, что можно было, разрушили и ничего не сделали. Они ведь пришли первыми к нам, в Кандагар. По слухам, все они учились в Пакистане… О них можно много рассказать, но давай потом. Завтра расскажешь о себе, а сейчас пойдём спать.

Вечером, служба внешних наблюдений доложила Франку, что рано утром одна из машин, которые прибыли из Бремена, въехала в гараж фирмы «Аузер». Прибывший с ней представитель суданской компании «Ихлас» имел затем встречу с директором фирмы на Мариенплац. Затем директор отбыл к себе на фирму, а представитель около двух часов находился в районе стадиона. В настоящее время находится в номере гостиницы. В течение этого же дня все три оставшиеся машины были разгружены на фирме «Аузер». Машины принадлежат транспортной компании и были наняты в Бремене.

Не прерывая, Вальтер внимательно выслушал доклад и сказал, что теперь необходимо проследить, кто и куда будет вывозить хлопок. Кроме этого просил тщательно отслеживать все передвижения директора и представителя из Судана.

Из доклада он ничего подозрительного в поведении своих подопечных не заметил. Его взгляд случайно упал на висевший напротив футбольный календарь игр его родной «Баварии». До полуфинала оставалось ещё почти две недели.

Гаражи фирмы «Мата» находились на другом конце Барселоны. По кольцу, вокруг города, колонна прибыла на место через час с небольшим. У проходной её встретил сам директор фирмы, господин Халиль. Из кабины передней машины выпрыгнул молодой парень и подошёл к директору. Это был Хабиб.

— Мы прибыли. Машины надо разгрузить сегодня… и не очень грубо обращайтесь с грузом. Хлопок не любит резких движений, волокна рвутся, — он насмешливо улыбнулся и направился к воротам, но внезапно остановился и, повернувшись, продолжил, — да, вот ещё что…. я вчера забыл тебе сказать — парни должны жить у тебя в гараже. Сделай элементарные удобства.

— Как они будут здесь жить? — с недоумением в голосе спросил директор. — Там же нет спальных помещений!

— Там, откуда они прибыли, тоже нет пуховых одеял. Они всю жизнь жили в палатках. Гранд-отелей там не строят!.. И давай не будем об этом… Поспят в кабинах твоих машин… или купи им матрацы.

Через два часа машины были разгружены и покинули площадку гаража. Вслед за ними уехал и Хабиб.

Рано утром Талгат пошёл на базар. Джей не знал города и они договорились, что встречаться будут здесь. Народ толкался разный — узбеки, пуштуны, таджики. Их разноязычный говор напомнил ему родной Душанбе, его базары и вновь что-то заныло под ложечкой. «Я стал совсем сентиментальным, — ироническая улыбка тронула краешек его рта. — Правильно говорят старые разведчики — уходить надо вовремя, иначе чувства преодолеют разум и тогда, конец», — размышлял он блуждая среди рядов наполненных ароматом и цветом этой земли.

Он посмотрел на часы. В правом, верхнем углу мерцала еле заметная точка. На дисплее горели цифры. Значит Джей здесь и находится недалеко. Их встреча была назначена на завтра. Он с облегчением вздохнул и направился к рядам, где прямо на земле горками лежали солнечного цвета дыни и запах их дурманил и кружил голову.

Выбрав дыню, не спеша, направился домой, к Гуляму. Он пошёл не центром, а свернул на знакомые ему кривые улочки, где дома были окружены высокими дувалами, за которыми можно было спрятать целый грузовик. Хозяев нескольких, попавшихся ему на пути дуканов, он хорошо знал в своё время. Всё это навевало ностальгию. Ускорив шаг, он вскоре был уже около дома Гуляма. Тот встретил его, укоризненно качая головой.