Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

во взоре собеседника осознание истинности сказанного — и поздравил себя с тем, что на шаг приблизился к цели.

— Зачем ты мне все это говоришь? — мрачно справился Дэн.

Вот и следующий шаг сделан. Нед ответил на вопрос Дэна своим вопросом:

— Сколько сейчас протестантов в Кингсбридже?

Дэн промолчал, не желая выдавать единоверцев.

— Ты должен довериться мне, — не отставал Нед. — Ну же!

— По меньшей мере две тысячи.

— Сколько? — Такого Нед вовсе не ожидал — и был приятно удивлен. — Я-то думал, от силы пара сотен.

— Нет, нас много. А с июня стало еще больше.

— Это из-за того, что произошло с твоим отцом?

Дэн криво усмехнулся.

— Вообще-то скорее из-за того, как обошлись с твоей матерью. Люди боятся вести дела. Все понимают, что теперь можно опротестовать любое соглашение. Горожанам плевать на протестантских мучеников, но они не хотят подчиняться церкви, крадущей их деньги.

Нед задумчиво кивнул. Не исключено, что Дэн прав. Мало кого всерьез занимали богословские споры и расхождения в вероучениях, зато всем приходилось как-то зарабатывать на жизнь, а церковь вдруг сделалась помехой, и прежние занятия, приносившие доход, внезапно начали грозить неприятностями.

— Я приехал сюда из Хэтфилда, чтобы кое о чем тебя спросить. Хочу тебя предупредить, Дэн, я сильно рискую, просто спрашивая об этом. Поэтому прошу — крепко подумай, прежде чем отвечать.

Дэн как будто испугался.

— Вот только не надо втягивать меня в ваши безрассудства!

Увы, именно это Нед и собирался сделать.

— Скажи, из тех двух тысяч протестантов сколько надежных мужчин ты сможешь собрать после смерти королевы, чтобы сражаться за Елизавету против сторонников Марии Стюарт?

— Понятия не имею. — Дэн отвел взгляд.

Нед знал, что Кобли осторожничает, и решил слегка надавить.

— Вообрази себе такую картину, Дэн, — проговорил юноша, придвигаясь ближе. — Что, если знатные католики, ведомые, допустим, графом Суизином, соберут войско и двинутся на Хэтфилд, чтобы пленить Елизавету, а затем дожидаться прибытия из Франции Марии Стюарт и ее жестокосердных дядюшек? Ты готов отсиживаться в сторонке и позволить этому случиться?

— Четыре сотни горожан их не остановят.

Значит, четыре сотни, подумал Нед. Вот и славно. Надо признать, это больше, нежели он рассчитывал.

— Неужто, по-твоему, в Англии не сыщется других храбрых протестантов? — Юноша снова понизил голос, почти до шепота. — В каждом городе есть люди вроде тебя и твоих парней. Они готовы двинуться к Хэтфилду и защищать Елизавету — по первому же ее знаку.

Впервые за весь разговор во взгляде Дэна мелькнула надежда — пусть и надежда на месть.

— Не врешь? — спросил он недоверчиво.

Разумеется, Нед слегка преувеличивал, однако в его словах была немалая толика правды.

— Если хочешь верить в Бога так, как сам считаешь правильным, если тебе надоело каждый миг опасаться, что за твою веру тебя могут сжечь заживо, ты должен сражаться, Дэн, и не просто словами. Ты должен взять в руки оружие.

Кобли кивнул, размышляя.

— И еще одна просьба, — прибавил Нед. — Будь добр, присматривай за графом Суизином и сэром Реджинальдом. Если они учудят что-нибудь этакое, необычное, сразу посылай гонца ко мне в Хэтфилд. В особенности если они примутся собирать оружие. Не мне тебе объяснять, сколь важно знать о чужих планах заранее.

Дэн молчал. Нед ждал, рассчитывая — нет, уповая — на ответ. В конце концов молодой Кобли произнес:

— Я подумаю, но ничего не обещаю.

Он отвернулся и пошел прочь.

Нед разозлился на себя. Он не сомневался, что Дэн обеими руками ухватится за возможность отомстить тем, кто погубил его отца, и возглавит кингсбриджское ополчение. Более того, он заверил сэра Уильяма Сесила, что Елизавета может положиться на Кингсбридж. Выходит, он поспешил — и провалил задание.

Погрустневший юноша двинулся обратно через площадь, чтобы присоединиться к матери. На полпути его остановил не кто иной, как Ролло Фицджеральд.

— Что слышно насчет королевы? — спросил брат Марджери.

Ну да, это интересовало всех без исключения.

— Говорят, она тяжело больна.

— Ходят слухи, что Елизавета будет потакать протестантам, если станет королевой. — Из уст Ролло эти слова прозвучали как обвинение.

— Слухи?! Ну, слухи всякие бывают. — Нед не собирался вступать в подобные беседы, а потому попытался обойти Ролло, но тот заступил ему дорогу.

— Поговаривают даже, что она намерена вернуть в Англию ересь, как ее отец. Это правда?

— Кто тебе такое сказал?

— Подумай-ка. — Искусством не слышать неудобные вопросы Ролло владел ничуть не хуже Неда. — Если она попытается это осуществить, кто воспротивится? Рим, вот кто!

— Эка невидаль! — фыркнул Нед. — Разве не папа призывал истребить всех протестантов до единого?

Ролло подбоченился, подался вперед, как бы бросая вызов. Эту его манеру Нед помнил еще со школьных лет — так Ролло запугивал других.

— Еще против нее выступит король Испании, самый богатый и могущественный человек на свете.

— Может быть. — Конечно, с Испанией все было не так просто, однако и вправду существовала опасность того, что король Фелипе ополчится на Елизавету.

— А король Франции лишь немногим уступает ему в могуществе.

— Хм. —