"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Панарин Сергей Васильевич

Истребители аспайров тем временем проскочили мимо и начали торможение, меняя орбиту, чтобы пристроиться такшипам в хвост. Обманывать с этого расстояния системы наведения их лазеров стало гораздо труднее, и такшипы стали получать одно попадание за другим.

— Внимание, фиксирую попадание! Пробит правый бак рабочего тела, теряем водород. Фиксирую попадание в сопло правого маршевого двигателя. Рекомендую не превышать мощность правого двигателя свыше пятидесяти процентов.

Денис беспомощно наблюдал, как мощные потоки энергии полосуют его машину. Продолжись это избиение хотя бы пару минут, и такшипам не помогли бы никакие уловки, но тут наконец-то к игре присоединились припоздавшие аэрокосмические истребители с планеты. Первая группа, всего три звена «Молний», что как раз двигались навстречу аспайрам, едва сблизившись на расстояние поражения, выпустили свои ракеты.

Как только Денис сообразил, что аспайрам сейчас не до них, он тут же вызвал бортинженера:

— Заремба, ситуация?

— Теряем рабочее тело, но не сильно, прорез уже почти затянуло протектором. С дюзой пока непонятно, но луч явно прошел через выхлоп и существенно ослаб. Правда, тягу я рекомендую ограничить.

Он слегка помедлил и с непривычным для себя жаром поинтересовался:

— Какие потери?

Денис глянул на тактический дисплей. Два поврежденных после предыдущего залпа такшипа, что рванули в космос, уже были уничтожены. Момент их гибели Денис пропустил, занятый собственными проблемами, а потому не мог сказать точно, кто их уничтожил. То ли истребители, то ли плазменная дробь с «пушек». Для Зарембы Денис ограничился пространным:

— Большие.

И отключил связь. Времени на перечисление потерь не оставалось, через считанные секунды наступало время атаки.

— Ольсен, готовность!

— Понял.

— Ускорение не выше трех гравов! У нас повреждение правого сопла.

— Понял.

Господи, насколько же было легче, когда он сам сидел в кресле пилота! Некогда думать, ведь нужно держать машину на курсе, и нет этого проклятого чувства, что в следующую секунду ты погибнешь так же, как и твой предшественник в этом самом кресле. Денис стиснул подлокотники, и в распаленном мозгу промелькнула лишь одна мысль: «Если что, то лишь бы сразу».

И тут прозвучал спасительный приказ комдива:

— Дивизион, делай как я!

Уцелевшие такшипы, дав полную тягу, стремительно пошли ввысь, и Заремба почти сразу меланхолично оповестил:

— Энергетические всплески.

Впрочем, первый залп пропал впустую, такшипы еще находились чересчур глубоко в атмосфере, и плазменная дробь, прочертив пламенеющие пучки, похожие на восхитительные фейерверки в небе, развеялась безвредными облачками атомарного водорода. Двадцатикилометровый слой даже разреженного воздуха защищал получше, чем хлипкая броня такшипа. Аспайры переоценили мощь своего оружия или, что скорее, неправильно оценили характеристики атмосферы Иллиона. Полновесный противокорабельный снаряд, конечно, прошил бы разряженную толщу, но крошечные дробинки рассеивались, углубившись на считанные километры.

И если повезет, они успеют нанести удар, прежде чем «орудия» аспайров перезарядятся и дадут следующий, смертельный на такой дистанции залп.

— Дивизион, селекция целей «прима»! Включить наведение! — снова напомнил о себе комдив.

Это они проходили, закрепляя навыки бессчетными часами на тренажерах. Первые атакуют ближайших, открывая следующим за ними путь к ядру вражеского ордера. И он как раз идет в первых рядах. Значит, будем атаковать «орудия»? С такшипа комдива, распределяя цели между прорвавшимися кораблями, пошла информация наведения. Так и есть, красные квадратики обрамили ближайшие к ним мелкие отметки. «Орудия», разумный выбор, чем больше они сумеют уничтожить этих мелких паршивцев, тем больше шансов у крупных кораблей избежать тяжелейших повреждений. Да и отвлечь внимание на себя, давая остальным шанс ударить больнее. Его мысли прервал вопрос комдива:

— «Два третий», почему отстаете?

Черт! Он забыл доложить о повреждениях, а комдив, занятый своими проблемами не успел просмотреть их телеметрию.

— Повреждение сопла. Компьютер не рекомендует использовать полную тягу.

— Рекомендация не означает критической необходимости. Полная тяга!

— Есть! Пилот, полная тяга!

— Понял.

Его вдавило в спинку сильнее, такшип едва ощутимо вибрировал, и эта вибрация уже не была следствием сопротивления атмосферы. Возможно, повреждения куда существеннее, чем определила тестовая программа. И если это так, то в ближайшее время сопло могло разрушиться. Тогда снова, как и в прошлый раз, им придется тащиться на одном двигателе. Вот только теперь это произойдет в бою, когда предельно важны динамические характеристики машины. И они превратятся в легкую мишень.

— Заремба, следи за соплом!

— Уже.

До ближайших кораблей врага оставались считанные сотни километров, когда датчики показали, что атмосфера стала достаточно разреженной для запуска ракет.

— Пилот, сейчас отстрелим щит!

— Готов!

— Заремба, отстрел!

«Живучий» дернулся, освобождаясь от оплавленного таранного щита. Он сделал свое дело, и пришла пора отправить его на покой, ведь будучи установленным, щит блокировал все имеющееся на такшипе оружие. Денис тут же открыл заслонки линз, и вывел изображения с камер на стены рубки. Он предпочитал все видеть своими глазами, тем более, сейчас посмотреть было на что.

Корабли аспайров были такими огромными, что даже с нескольких сотен километров смотрелись, словно крупные застывшие капли воды. Два разрушителя висели на самой границе атмосферы, а под ними, вырастающие в стратосферу грибы термоядерных взрывов. Эти твари бомбили планету! Убивали мирных жителей! Мария...

По данным на тактическом дисплее выходило, что база «Геката» еще держалась, сбивая почти все падающие сверху боеголовки. Даже не сама база ― уровень доступа у Дениса был невелик, но и его хватало, дабы понять, что пока в игру вступили лишь мобильные зенитные комплексы, прикрывавшие несколько крупных поселений на материке. Орудия самой «Гекаты» молчали, выжидая, пока не отстреляются все мобильные комплексы. Стационарные орудия должны были вступить в бой в самый последний момент. И пока что мобильные пусковые почти справлялись, удерживая небо над зоной своей ответственности. К несчастью, несколько поселений вне этой зоны были уже уничтожены. Да и уничтожение прикрытых было лишь вопросом времени. Рано или поздно противоракета промахнется, и к стратосфере вознесется очередной ядерный гриб...

Система уже давно держала цель ― «орудие» в трехстах семидесяти километрах, второе по удаленности от их клина. Ближайшее, видимо, должны были атаковать другие такшипы его дивизиона. Денис выбрал по «Москиту» в каждом оружейном отсеке. Теоретически компьютер мог компенсировать тягой изменения центра масс, но все равно наставления рекомендовали избегать опорожнения только одного бортового отсека. Достаточно и по одной ракете с каждой стороны. Вряд ли на столь маленьком судне, как «эсминец», есть мощная система противоракетной обороны. Значит, суммарного залпа дивизиона хватит, а остальные он прибережет для более крупных целей. Вот только теперь, когда такшипы оторвались от связанных боем истребителей, разрушители снова выпустили по ним зенитные ракеты.

Денис как раз тянулся рукой к сенсору запуска, когда Заремба меланхолично оповестил:

— Зенитные ракеты, множественные отметки, двадцать две секунды до контакта.

— Дивизион, залп и «фейерверк»!

Денис ткнул в экран, выпуская на волю «Москитов», и почти заорал пилоту:

— Ольсен, «фейерверк»!

Этот императив, когда такшипы, словно стайка макрели, атакуемой хищником, брызгали в разные стороны, применялся при угрозе близкого ядерного взрыва. И теперь было самое время, ведь к их группе сейчас приближалось несколько десятков будущих ядерных взрывов.

Дениса крутануло вместе с кораблем до помутнения в глазах, пилот выжал из маневренности «Живучего» все, что тот мог выдать. Сквозь черную пелену, Денис увидел, как скакнул на контрольном экране график потребления энергии, Заремба активировал оборонительные турели.