Первый паладин (СИ) - Кошкин Дмитрий

«Ну, вот и всё...» – Только и успела подумать Пирея.

Она лежала на мертвой траве арены, глядя в это бескрайнее голубое небо, на котором не было ни облачка. Она чувствовала мощный удар в грудь и хруст ломаемых ребер. Такие раны не лечатся, а значит пришел её конец.

Она закашлялась и с губ её потекла кровь, но на лице отразилась улыбка. Она радовалась, что хотя бы ушла красиво, так как всегда и мечтала. Сражаясь в бою. Вот только сражаясь за что? В голове всплыли слова её последнего противника. Действительно ли она хотела умереть на потеху публики? Нет. Она умирала не ради этого. Смерть стала той ценой, которую она заплатила, чтобы показать всем, а главное себе, чего она стоит.

Над ней нависла тень победителя. Мужчина стянул с головы шлем и присел над сраженной девушкой, глядя ей в глаза.

«Какие красивые, всё-таки у него глаза». – Подумала она. – «Вот бы лежать у него на руках и смотреть в них вечность».

Только сейчас она осознала, насколько, всё это время, была одинока. В безудержной погоне за признанием семьи, которая её не ценила, она совсем позабыла о таком явлении как любовь или друзья. Всё свое время она проводила либо за тренировками, либо оттачивая мастерство артефактора. Её одержимость упрямство и целеустремленность лишили жизнь таких важных человеческих чувств. Одиночество делало её сильнее, заставляя полагаться только на себя. Но сейчас эта стена рухнула, и в сердце проникли ростки горечи и сожаления.

– Скажи… – Прохрипела она своему противнику. – Это был достойный бой? – И эхо её слов отразилось по трибунам.

– У меня ещё не было более достойного противника среди людей. – Услышала она в ответ.

– Ты говоришь правду? Кх… – Очередная порция крови хлынула из её уст.

– Свету претит ложь. – С какой-то заботой ответил её недавний противник.

– Значит, это стоило того. – Улыбнулась девушка и закрыла глаза, готовясь самостоятельно узнать, что сулит смерть. Забвение, какое-то непонятное слияние с вечным светом или вечные муки в греховном огне, обещаемые церковью.

– Потерпи немного. Скоро всё пройдет. – Голос жреца был мягок и спокоен, напоминая те редкие моменты, когда отец снисходил до проявления ласки к своей дочери.

Отец. Интересно, он видел её бой и её способности? Что он сейчас чувствует?

Тем временем, волна будоражащей нутро энергии прокатилась по её телу, даруя небывалую легкость и избавляя её от нестерпимой боли. Чувство длилось несколько минут, и с каждой истекшей мерой времени она чувствовала, что дышать становится всё легче.

Наконец она открыла глаза и увидела, что над ней всё также сидел её недавний противник.

– Я жива? – Удивленно спросила она.

– Конечно. – Улыбнулся молодой мужчина. – В тебе слишком мало зла и душа твоя слишком чиста, чтобы свет покарал тебя тотчас же.

«Иратус! Иратус!» – Скандировала публика.

Жрец взял её за руку и помог подняться:

– Ты еще нужна этому миру и этим людям, Княгиня Мечей.

После его слов толпа на трибунах взревела в восторженных возгласах, разрывая тишину хлопками, и её возгласы сменились на: «Княгиня Мечей!», что означало признание заслуг и силы девушки.

Пирея крутила головой в стороны и по щекам её катились слезы счастья.

Прозвенел гонг и распорядитель объявил победителя:

– В этом бою победу одерживает боевой жрец по имени Иратус!

Жрец улыбнулся на прощание девушке и водрузил свой шлем на голову, прикрыв его капюшоном.

А она так и стояла глядя ему вслед. И только сейчас она заметила, что доселе белая накидка пропиталась кровью и покрылась крупными алыми пятнами, от ран мужчины. Но посредине полотна кровяные разводы останавливались на границе символа выглядящего как дуга, обращенная изгибом вверх, от которой исходят пять лучей.

Толпа на трибунах тоже заметила изменения и заворожённо смотрела на жреца. То и дело люди вставали со своих мест и возлагали ладони ко лбу, склонив голову. Это был, всё чаще забываемый, символ веры в свет. И этот человек, явив чудо воочию, заставил их вспомнить.

Глава 17. Пусть победит достойнейший.

Когда я вернулся в свою комнату, мне показалось, что мой помощник Якон даже протрезвел. Доселе пребывающий в неге взгляд, воззрился на меня двумя широко раскрытыми глазами «по пять копеек».

– Вольно! – Махнул я ему рукой и плюхнулся в кресло, наливая себе какой-то напиток, как я предположил, безалкогольный. Дико мучала жажда. – Я так понимаю, сегодня мне больше драться не придется?

– Д-да… – Парень быстро взял себя в руки. – Сегодня проходит только первый этап состязаний. Завтра второй. Сегодняшние победители схлестнутся друг с другом.

– Значит придется смотреть до конца. Ведь кто-то из них станет моим следующим соперником.

Я тупо уставился в «экран», ожидая следующего состязания, попивая из кубка, пока меня не отвлек мой помощник.

– Простите, сир?

– Что? – Я повернул к нему голову. – Какой еще сир, Якон? Я пока не аристократ. И давай на «ты».

– Да. Конечно. – Якон откашлялся. – Я лишь хотел спросить. Как Вам… Тебе удалось обезвредить клинки? Артефакты не так-то просто нейтрализовать, насколько я знаю.

– Прости, но пока что это военная тайна. – Я поднял палец вверх и заговорщицки улыбнулся.

На самом деле, то, что произошло на арене, стало неожиданностью даже для меня. Сначала я заметил, что при столкновении с моим барьером, мечи как будто немного виляют в воздухе и не придал этому значения, пока зачарованный стилет не попал мне в руки. Я попробовал пропустить через него энергию и с удивлением обнаружил, что свет нейтрализует магию! Да, не полностью. Через некоторое время магическая энергия возвращается, но в бою, порою, решают доли секунды.

И теперь мне стало интересно попробовать свои силы против чистого мага. Как поведет себя его магия при столкновении со светом? При контакте со скверной, оная как бы уничтожается, а при столкновении с магическим атрибутом, свет её будто выталкивает, но позже она может вернуться обратно.

Я задумчиво смотрел за происходящим на арене, погруженный в свои мысли. Каких-то особо примечательных схваток было не много. Самые захватывающие схватки ожидаются со второго тура, когда отсеются слабые. А пока что маги сражались с магами, бойцы с бойцами, маги с бойцами.

Хотя было одно исключение. Дворф-артефактор, прямиком со своих подгорий.

Бородатый коренастый мужичок вызвал небывалый ажиотаж на трибунах. Дворфы в принципе не особо любят вылезать из своих подземелий, а тут участие в самом Великом Королевском Турнире!

Дворф вышел облаченный в толстые пластины брони, которые уж слишком мешали ему передвигаться на своих двоих. Также в руках у него не было никакого видимого оружия, типа меча или копья. Лишь настораживал здоровенный, едва ли не размером с артефактора, металлический рюкзак.

– Как он собирается сражаться со всем этим? – Недоуменно спросил себя Якон.

– Как мы уже успели убедиться, артефакторы полны сюрпризов. – Ответил я, не сводя взгляд с экрана.

В противники ему достался какой-то заурядный маг воды. И это проявление никак не смогло помочь против такого противника, как мы смогли убедиться в дальнейшем.

С началом боя, дворф взмыл вверх на глазах у изумленный толпы, ведь его рюкзак оказался ничем иным, как ракетным ранцем! Тут же стало ясно, как он решает проблему маневренности. Ему просто не надо двигаться самому. Магические завихрения в виде легкого фиолетового пламени довольно резво перемещали его по воздуху, позволяя эффективно уклоняться от водяных стрел и всплесков мага.

На второй вопрос, заключающийся в том, чем он собирается атаковать, также довольно быстро нашелся ответ. Из боковых ниш ракетного ранца выдвинулись спаренные дворфийсике магострелы.