Темная Башня - Стивен Кинг

– И вы с ним встречались, – Сюзанна смотрела на своего дина и своего мужа. – Вы встречались со Стивеном Кингом.

Они вновь кивнули.

– Он создал преподобного, создал Бротигэна, создал нас, – она словно говорила сама с собой, потом покачала головой. – Нет. «Все служит Лучу». Он… он усилил… умножил нас.

– Да, – кивнул Эдди. – Да, все правильно. Наверняка так оно и есть.

– В моем сне я находилась в камере, – вновь заговорила Сюзанна. – В той самой одежде, в которой меня и арестовали. И Дэвид Бринкли говорил, что Стивен Кинг мертв, горе, Дискордия… что-то такое. Бринкли сказал… – она замолчала, нахмурилась. Потребовала бы, чтобы Роланд загипнотизировал ее, чтобы вспомнить все, если б возникла такая необходимость. Но обошлась без гипноза. – Бринкли сказал, что Кинг погиб под колесами минивэна во время прогулки неподалеку от своего дома в Лоувелле, штат Мэн.

Эдди содрогнулся. Роланд подался вперед, с горящими глазами.

– Ты так говоришь? Сюзанна кивнула.

– Он купил дом на Тэтлбек-лейн? – проревел стрелок. Потянулся к Эдди, схватил его за рубашку. Эдди, похоже, этого и не заметил. – Разумеется, купил! Ка говорит и ветер дует! Он двинулся чуть дальше по Тропе Луча и купил дом там, где истончается перегородка между мирами! Где мы видели приходящих! Где мы говорили с Джоном Каллемом, а потом прошли через дверь! Ты в этом сомневаешься? Ты в этом сомневаешься хоть на чертову малость?

Эдди покачал головой. Понятное дело, он не сомневался. Он словно услышал колокольчик, как в одном из ярмарочных аттракционов: если ты точно ударял молотом по педали, причем ударял со всей силы, то свинцовый груз взлетал до самого верха столба, вызывая звон подвешенного там колокольчика. А если звонил колокольчик, ты получал в подарок куклу Кьюпи26, и это происходило, потому что Стивен Кинг полагал, что призом была кукла Кьюпи note 97? Потому что Кинг жил в том мире, где Ган положил начало времени, закрутив мир своим божественным пальцем? Потому что, если Кинг говорит Кьюпи, мы все говорим Кьюпи, и мы говорим, спасибо тебе? А если бы у него возникла идея, что за звонок колокольчика ярмарочного аттракциона «Проверь свою силу» в качестве приза давали куклу Клупи, все говорили бы Клупи? Эдди склонялся к тому, что ответ на этот вопрос следовало дать положительный. Он думал, что ответ положительный, точно так же, как Ко-оп Сити находился в Бруклине.

– Дэвид Бринкли сказал, что Кингу было пятьдесят два года. Могло ему быть пятьдесят два в девяносто девятом?

– Может ставить на кон свою непорочность, – ответил Эдди. Бросил на Роланда короткий, мрачный взгляд. – И поскольку девятнадцать – число, на которое мы постоянно натыкаемся, Тед Стайвенс Бротигэн, пожалуйста, сосчитайте буквы, готов спорить, оно не только часть нужного нам года. Тысяча девятьсот…

– Это дата, – вмешался Джейк. – Уверен. Ключевой день Ключевого года в Ключевом мире. Девятнадцатое какого-то месяца, тысяча девятьсот девяносто девятого года. Скорее всего, летнего месяца, потому что он гулял.

– А лето там уже началось, – добавила Сюзанна. Июнь. Шестой месяц. Поставьте шестерку вверх ногами и получите девятку.

А если слово dog прочитать справа налево, то получится god note 98, – в голосе Эдди слышалась неуверенность.

– Думаю, она права, – кивнул Джейк. – Думаю, это 19 июня. Именно в этот день Кинг погибнет под колесами автомобиля и сведет к нулю вероятность того, что сможет вернуться к написанию истории «Темной башни, нашей истории. Луч Гана рухнет от перегрузки. Луч Шардика останется, но он уже сильно изъеден, – мальчик посмотрел на Роланда. Лицо побледнело, губы стали чуть ли не синими. – Он сломается, как зубочистка.

– Может, это уже произошло, – предположила Сюзанна.

– Нет, – возразил Роланд.

– Откуда такая уверенность? – спросила она. Он холодно, без тени веселья улыбнулся ей.

– Потому что тогда нас бы тут не было.

– Как мы можем это предотвратить? – спросил Эдди. – Трампас сказал Теду, что причина в ка.

– Может, он что-то неправильно понял, – но по голову Джейка чувствовалось, что он и сам в это не верит. – Это всего лишь слух, так что Трампас может и ошибиться. Возможно, Кинг доживет до июля. Или августа. А как насчет сентября? Все может случиться в сентябре. Сентябрь, в конце концов, девятый месяц…

Теперь они все смотрели на Роланда, который сидел, вытянув ногу вперед.

– Вот куда придется удар, – он словно говорил сам с собой. Коснулся правой ноги… потом ребер… наконец головы около виска. – У меня болит голова. Все сильнее и сильнее. Не видел причин говорить вам, – он опустил правую руку. – Вот куда придется удар. Сломанное бедро. Сломанные ребра. Размозженная голова. В кювет его отбросит уже мертвым. Ка… и конец ка, – взгляд его очистился от тумана, стрелок резко повернулся к Сюзанне. – В какой день ты была в Нью-Йорке? Напомни мне.

– Первого июня 1999 года.

Роланд кивнул, посмотрел на Джейка.

– А ты? В тот же самый день?

– Да.

– Потом Федик… отдых… Тандерклеп, – он помолчал, и произнес три самых важных слова. – Время еще есть.

– Но там время движется быстрее…

– А если оно еще и прыгнет…

– Ка…

Они заговорили все вместе, разом и замолчали, вновь не сводя глаз с Роланда.

– Мы можем изменить ка, – сказал Роланд. – Такое уже случалось. Всегда приходится за это платить, отсюда и ка-шуме, но сделать это можно.

– Как мы туда попадем? – спросил Эдди.

– Есть только один путь, – ответил Роланд. – Шими должен отправить нас.

В пещере повисла тишина, нарушаемая только дальними раскатами грома, давшими название этой темной стране note 99.

– Значит, у нас два дела, – уточнил Эдди. – Писатель и Разрушители. Каким займемся первым?

– Писателем, – без промедления ответил Джейк. – Пока есть время.

Но Роланд уже качал головой.

– Почему нет? – воскликнул Эдди. – Скажи, почему нет? Ты знаешь, какое коварное время на той стороне! И оно течет в одну сторону! Если мы провороним писателя, другого шанса у нас не будет.

– Но мы должны сохранить и Луч Шардика, – напомнил Роланд.

– Ты говоришь, что Тед и этот Динки не позволят Шими помочь нам, пока мы не поможем им?

– Нет, Шими сделает это для меня, я уверен. Но, допустим, что-то случится с ним, пока мы будем в Ключевом мире? Мы застрянем в 1999 году.

– Есть дверь на Тэтлбек-лейн… – начал Эдди.

– Если даже она и будет в 1999 году, Тед сказал нам, что Луч Шардика уже начал прогибаться, – Роланд опять покачал головой. – Сердце подсказывает мне – начинать нужно с этой тюрьмы. Если кто-нибудь выскажет другое мнение, я выслушаю его, и с радостью.