Голодная дорога - Бен Окри

К тому времени, когда главный громила подошел к нашей ограде, толпа уже расположилась по кругу, образовав что-то вроде ринга. Поселковые люди принесли стулья, выпивку и расположились так, чтобы лучше видеть центр площадки. И затем голос из толпы начал скандировать папино имя:

— Черный Тигр! Черный Тигр!

Чант моментально был подхвачен и стал нарастать, пока вся толпа не начала звать Папу, ритмично притопывая ногами.

— МОЛЧАТЬ! — заорал главный громила.

Воцарилась тишина.

— Кто такой этот Черный Тигр? Он что, не боится смерти? Почему он оскорбляет моих людей и портит нашу музыку? Пускай он выходит — прямо СЕЙЧАС!

Толпа возобновила чант.

— Молчать! — снова крикнул главный громила.

Он прошелся по рингу, выпятив грудь, раздувая свою фигуру.

— Вы знаете кто я такой?

— Нет! — дружно ответила толпа.

— Меня зовут…

— Даааа? — спросила толпа.

— ЗЕЛЕНЫЙ ЛЕОПАРД!

— Это правда? — вздохнула толпа.

И воцарилась тишина. Одно это имя вселяло мифический ужас. Это был легендарный персонаж, самый свирепый боец и устрашитель многих соперников. Когда-то он был вооруженным грабителем, почти стал чемпионом по боксу и многие годы сеял ужас на тысячах улиц, превращая ночи в кошмар для мужчин и женщин. Его имя всегда произносилось шепотом, из-за страха, что внезапно он может материализоваться перед тобой; до сего дня никто из толпы не знал, как он выглядит; все лишь были во власти этих устрашающих мифов.

Папа не выходил. Начинало складываться мнение, что он трус. Беспокойство в толпе нарастало. Легендарный Зеленый Леопард, который теперь, как говорили, завязал с вооруженными ограблениями, гордо обходил ряды толпившихся людей. Говорили, что теперь он исправный член партии, выполняющий обязанности вышибалы, телохранителя и вербовщика сторонников кандидатам. Но в действительности это был громадный бычара из трущоб, который сейчас обходил ринг с выпяченной грудью, делая кулачные выпады.

В какой-то момент привезли и слепого старика на каталке. Он беспокойно брыкался на своем кресле. С собой он взял аккордеон. На старике была красная шляпа, и он поразил нас на сей раз зелеными очками.

— О, так сегодня будет бой, — сказал он кладбищенским голосом, посмеиваясь и ерзая на кресле, как большой таракан.

— Так значит, битва? Кулачный бой! Отлично. Когда мы были молодыми… — запел он, извлекая музыку из своего аккордеона.

Продавцы пива, торговцы безделушками, владельцы столиков, разносчики вяленой рыбы и жареных земляных орехов ходили среди толпы, продавая свои товары. Напитки покупались в большом количестве. Адэ нашел меня, и мы стали держаться друг друга в ожидании боя. Мадам Кото с больной ногой и черной тростью вышла в передний ряд зрителей. Мы слышали, как ее слуга по всей улице сигналит в рожок автомобиля. Слепой старик уже спорил с кем-то, кто выиграет бой. Они заключили пари. Тут же всех охватила лихорадка ставок, и толстяк Сами, владелец букмекерской конторы на нашей улице, стал ходить по рядам, собирая ставки на Папу. Большинство ставили на Зеленого Леопарда. Папа слишком долго задерживался, и симпатии людей были не в его пользу. Сами, владелец конторы, собирая ставки, понял, что ему нужно ведерко, чтобы уместить все деньги. Он купил ведерко и послал за своими братьями. Пришло шестеро из них, все вооруженные мачете и пневматическими пистолетами. Они плотным кругом обступили ведерко. Затем Сами подошел к Зеленому Леопарду и заговорил с ним. Тот сурово посмотрел на Сами и сказал так, чтобы все слышали:

— Если я за две минуты не сделаю эту Черную Курицу, я дам ему тысячу фунтов!

Зрители сходили с ума от нетерпения.

— Зеленый Леопард! — скандировали они.

А Папа все не появлялся. Я забеспокоился. Я пошел в барак узнать, что там происходит.

Глава 11

В комнате было темно. Мама сидела на папином стуле, штопая ему рубашку. Папа лежал на кровати, храпя. Я разбудил его и рассказал, что происходит.

— Не ходи, — сказала Мама.

Когда Папа услышал о тысяче фунтов, его лицо просияло.

— Так они готовы? — спросил он.

Я энергично закивал.

— И там уже столько людей?

— Весь район. Даже Мадам Кото пришла.

Он улыбнулся. Через тонкие стенки перегородок мы услышали, как народ скандирует имя главного громилы.

— Кто это?

— Толпа. Они приветствуют того человека.

— А что это за человек?

— Зеленый Леопард.

Папа вскочил с места. Его проворство было своеобразной маскировкой охватившего его волнения. Он отлично знал репутацию своего соперника. Он тут же стал боксировать с тенью. Он массировал мускулы. Он разминался и вскоре вогнал себя в пот. Чант снаружи раздавался все сильнее. Он пошарил в карманах, вынул несколько фунтовых банкнот и дал их мне, чтобы я пошел и поставил на него.

— Смотри не потеряй, — сказал он. — Это последние деньги в доме.

У Мамы на лице появилось жалкое и беспомощное выражение, словно она входила в начальную стадию затяжной болезни.

— Так ты собираешься драться с ним? — спросил я.

— Не надо, — сказала Мама.

— И сделать из него отбивную, — ответил Папа, — за десять минут.

— Тот человек утверждал, что именно это он собирается сделать с тобой, — сказал я.

— Ну и прекрасно, — отрешенно ответил Папа.

Я покинул комнату. У границы поселения зрителей все прибавлялось. Лица были везде. Вечно голодные лица. Сейчас они были голодные на зрелище.

Вечер был солнечный. Одной только жары было достаточно, чтобы все находились в состоянии лихорадки. Я подошел к Сами и поставил на Папу. Ставки против Папы были высоки, и Сами улыбнулся, приняв от меня деньги.

Когда Папа появился на ринге, я понял, почему ставки против него были так высоки. По сравнению с Зеленым Леопардом он выглядел откровенным хиляком. Его появление вызвало новый шквал насмешек. Он вышел на ринг, попрыгал, пофыркал, побоксировал. Зеленый Леопард удостоил его презрительным взглядом и властным голосом спросил:

— Каков твой вес?

— У меня нет веса, — ответил Папа.

Толпа рассмеялась.

— У этого человека нет веса, — сказал кто-то из толпы.

Мне стало жаль Папу. Я даже уже бросился к нему, чтобы увести его домой, но Адэ оттащил меня.

— Отец дал мне этот фетиш, сильнейшее заклятие, — сказал он, тыча мне в лицо мертвой лягушкой. — Брось его на ринг, — добавил он, протягивая мне лягушку.

Я прицелился в голову Зеленого Леопарда, швырнул фетиш и промахнулся. Он приземлился на голову одного из громил. Человек обернулся, увидел наши проказливые лица и погнался за нами. Мы добежали до сгоревшего фургона, дважды его обежали, нырнули под столик и улизнули в лес. Громила вернулся к зрителям. Мы тоже осторожно вернулись. Протиснувшись сквозь толпу, мы увидели, что соперники уже разогреваются. Музыка гремела из партийного фургона и резала слух. Зеленый Леопард разминался, вгоняя себя в пот, который тек с него ручьями. Это был подлинный титан. Казалось, что его высекли прямо из цельного гранитного утеса. Его мускулы блестели в лучах вечернего солнца, будто он искупался в масле. Папа смотрелся худым и крепким, но совсем не таким могучим, как я его себе представлял, пока у меня не с кем было сравнивать. Я испугался за него и почувствовал себя больным.

— Так у тебя нет веса, да? — спросил Зеленый Леопард, исполняя свирепый военный танец и направляя в папину голову несколько пробных ударов.

— Нет, — ответил Папа, прыгая на одной ноге, как безумный кузнечик, — но я побью тебя и опозорю твою философию.

Зеленый Леопард снова презрительно рассмеялся, и Папа нанес ему молниеносный удар прямо в лицо. Голова Зеленого Леопарда откинулась назад. Его смех затвердел в маску боли. Кровь проступила у него на губах. Он был совершенно сбит с толку скоростью папиной атаки. Толпа тяжело вздохнула. Музыка смолкла. Какое-то мгновение только ветер завывал над нашими голодными головами. Слепой старик возбужденно заерзал на кресле и нарушил тишину несколькими пассажами на своем старинном инструменте.

— Первый удар нанесен! — сказал он.

И затем Зеленый Леопард обрушил на Папу всю ярость своей атаки, сопровождая ее криками, агрессивно свингуя, используя локтевые выпады, хуки и перекрестные удары. Женщины в толпе завизжали. Папа словно исчез под натиском ударов и был отброшен в толпу. Люди расступились, и когда он поднялся, несколько рук вбросили его на ринг. Одним из этих людей был наш лендлорд.

— Первая атака! — крикнул слепой старик.

Я изо всех сил его возненавидел.

— Есть ли у тебя еще одна лягушка? — спросил я Адэ.

— Нет. Но у меня есть вот это.

Он вытащил рогатку. Я ее выхватил у него, нашел камешек, зарядил рогатку и нацелился прямо в лицо старику. Вместо лица я попал ему в красную шляпу. Старик истошно завизжал. Толпа опять тяжело вздохнула. Папа упал под натиском жестоких увесистых ударов. Громилы помогли ему подняться и со смешками отправили обратно в бой.