Свои и Чужие (СИ) - Антонов Сергей Петрович

Не смотря на цветущий рай вокруг, в душе раскинулась безжизненная пустошь, где однажды жили надежды и мечты, теперь лежала зола, а угли скорби обжигали сердце.

Она появилась из-за тисового дерева, подстриженного в виде пирамиды. Одетая в желтый сарафан, подпоясанный белой лентой, спешила к нему. Тревога читалась в лице матери Илоны. Нарнис поднялся.

― Нарнис! Создатель, что случилось? Где вас столько носило, что, это самое, с вашими телефонами?! И где Лоня?

В серых глазах Гары плясали искры зарождающегося гнева, приправленные надеждой, ожиданием объяснения, которое могло бы удовлетворить её переживания. У Нарниса так сильно сжалось сердце, так сильно перехватило в груди, что не в силах стоять, снова рухнул на скамейку. Извлек из кармана письмо и молча протянул его хозяйке.

― Что это всё значит?!

― Прочитайте это, — только и смог вымолвить Нарнис.

― Нарнис, что происходит!? Где моя дочь!?

― Пожалуйста, госпожа Гара, письмо.

Женщина переняла из рук гостя помятый лист бумаги. С дрожью в руках развернула его и увидела знакомый подчерк. Сомнений в том, что тот принадлежит дочери не осталось. Осознание начало зарождаться в глазах женщины, наполняя глаза влагой.

«Привет, мои любимые. Мам, пап, Агни! Как-то не по себе писать вам вот так, совсем непривычно. Ведь крайнее письмо, что я составляла, оставила тогда на столе в феврале 19-ого перед тем как покинуть вас, тогда казалось навсегда.

Не люблю слово *последнее*. Однако, эти слова мои последние. Остается совсем мало времени, поэтому я не успею рассказать вам всего. Это длинная и хреновая история без счастливого конца.

К сожалению, жизнь не сказка, а так бы хотелось. Тем не менее, если вы читаете эти строки, значит напротив сидит Нарнис. Не вините его. Этот человек сделал все, чтобы меня спасти. Напоите друга чаем и пожмите руку, это было бы отрадой для моего сердца.

В последнее время у нас присутствовало много недосказанностей, особенно после этого инцидента в парке. Я заметила, что в ваших глазах превратилась в зверя, в страшное чудовище, с которым всегда нужно держать ухо востро. Но я бы никогда не причинила вреда вам, никогда, вы- люди, которые меня вырастили, сделали человеком, я вас люблю и не было ни единого, вонючего дня на войне, в который бы не вспоминала о доме. Вы- та причина, почему я взяла в руки оружие, чтобы моя смерть не была на ваших глазах.

Сейчас все куда сложнее, я наврала. Мы не отдыхали у Синего предела, а воевали на юге, искали убийцу того, кто был моей любовью.

Судьба дала понять, что счастье — не для меня. Не вижу больше смысла жить, не вижу будущего, в котором мне есть место, особенно, среди вас. Эта Поездка стала последним «дембельским аккордом». Нельзя убежать от прошлого, в итоге оно тебя всегда нагонит. И уничтожит.

Война исцелила моё тело, но убила душу. Абсурд.

Поговорите с Нарнисом, он расскажет. Моё время вышло. Простите и прощайте мои дорогие, я вас очень люблю и всегда любила.

Илона.»

Дочитав строки, госпожа Гара крепко сжала материю и перевела полный слез взгляд на Нарниса. Сдавленным, на грани истерики голосом произнесла:

― Это самое, перед тем как ты уберешься вон из моего дома, мы выпьем чаю и ты расскажешь мне всё, что произошло.

Гость кивнул.

***

В кафе зашел невысокий мужчина в возрасте с чисто выбритой головой, а лицо украшала светлая, с проседью бородка. Рыбьи глаза, словно два синих омута прошлись по всем посетителям, в поисках одного нужного.

Одетый в голубые джинсы и свободную рубашку черного цвета с блестящим черепком на воротнике, гость прошел внутрь. Походка его была уверенной, немного высокомерной, можно сказать даже пафосной.

Большинство посетителей обратили внимание на необычную персону, в том числе девушки слева от Нарниса.

Приблизившись к столику, уселся не спрашивая разрешения и жестом просигнализировал официанту, что требуются его услуги. Затем, протянул руку и обратился к собеседнику:

― Привет, Нарнис! Давно пришел?

― Вечер добрый, Вейни. Где-то минут двадцать назад.

― Извини, задержался в офисе, а ты как, с концами? Не хотелось бы потерять хорошего сотрудника. Голова у тебя варит и мочевой пузырь крепкий, а в нашей профессии это главное.

― Надеюсь, нет. Когда закончу со всем закончу, если обратно примешь, вернусь с удовольствием.

― Приму конечно, так, но давай к нашему делу. Аванса хватило на все издержки, поднапряг своих эксколлег, вот. Было не просто. Твой дружок живет под другим именем и фамилией в Салантосе, числится как политический беженец.

― В Салантосе значит.

― Да, у нас разыскивается за убийство тридцатипятилетней судьи в Аллоне несколько лет назад. Она дочь какой-то чинуши из администрации, не суть. Важно то, что наш герой расстрелял её на глазах собственной семьи и смылся. Так что обратно на родину путь ему заказан. Более того, гавнюк умудрился возглавить ЧВК на территории Аговира. Одну из тех самых «плавающих». Ох, какое же для меня открытие, что это та самая «Бримуна»!

― А тебе разве по должности знать не положено?

― Нет, наш профиль работы- Салантос. Аговиром другое управление занималось. Кстати, знаешь как расшифровывается название этой чвк?

― Честно, не особо интересно.

― Все равно просвещу. У этих ребят явно все хорошо с чувством юмора. Бригада мудозвонов наёмников.

― Недалеко от правды.

―Хех, прежде чем я дам тебе адрес, ответь на вопрос.

― Слушаю.

― Ты попросил меня просто найти этого парня, заплатил огромные деньжищи, и что дальше собираешься делать? Спрашиваю из-за профессионального любопытства.

― А сам как думаешь?

Наконец подошел официант. Вейни заказал себе кружку кофе с сахаром и пончик. Нарнис попросил повторить грендон. Как только вновь остались наедине, Вейни грустно выдохнул.

― Так я и предполагал. Нарнис, я не собираюсь лицемерить, ты для меня не чужой человек, поэтому скажу прямо. То, что ты задумал- большая ошибка. Уже достаточно крови пролилось. Нужно остановиться. Двадцать пять лет службы в безопасности научили меня определять породы людей и я знаю, что ты нормальный парень, человек чести. Я говорю с полной уверенностью, что ты не получишь то, чего ищешь, это так не работает. Ведь ничего не обернуть вспять. Сейчас у тебя есть деньги, твоя доля. Я обеспечу тебя стабильной работой, как и до этого. У меня есть хороший мозгоправ, починит тебя и начнешь все с чистого листа. Не загоняй себя в тупик, сынок.

― Не могу его простить. Я должен это сделать.

― Коли так категоричен, мне остаётся только облегчить тебе задачу. Года три назад, перед моей отставкой, у нас в Кравау было одно скромное мероприятие, наверное догадываешься какого характера. Там на южной окраине есть бар, настоящий отстойник. Называется «Толстые ляжки». В подвале у них сортиры с кабинками, под потолком самого крайнего справа, если конечно ничего не изменилось, тебя будет ждать «артефакт», чистый.

― Спасибо, шеф. Это значительно все упростит.

― Вот адрес, — собеседник Нарниса достал из несессера пухлый канцелярский конверт и положил на стол, — внутри виза, билеты и все сопутствующие документы, так что должно пройти без проблем.

― Он там один?

― Да, семья живет в Аллоне.

Нарнис вытащил телефон, и после минутной операции, показал экран спутнику.

― Как и договаривались, вторая часть суммы.

― Славно. Пожалуйста, подумай еще раз, взвесь всё. Как бы все не закончилось, остепенись и возвращайся. Двери моего агентства всегда для тебя открыты.

― Спасибо, Вейни, спасибо, что помог и не отказал!

― Не за что. До дома подкинуть?

Нарнис кивнул и осушил залпом второй бокал хмельного напитка, Вейни элегантно допив кофе, потребовал счет. Расплатившись, мужчины покинули кафе.

***

Круин. Раеоонский доминион. Август 3032 год.