Повороты судьбы - Кристина Французова

называла её так, и мама поддержала мой порыв). Через пару минут мама зашла в нашу с Настёной комнату:

— Жанна тут такое дело, Игорь поднимается к нам, наверно тебя потерял.

Я вскочила и как угорелая начала лихорадочно обшаривать окружающее пространство на предмет детских вещей. Сама себя не могу понять, но я, погрузившаяся в нежданное материнство, настолько ушла в себя и свою дочурку, что все контакты с внешним миром отпали сами собой. Я не хотела ни видеть, ни говорить с посторонними людьми. Моя задача на сегодняшний день — это моя дочка.

Я, в связи с трагичной потерей настоящей мамы малютки, тщательно отслеживала её физическое и психологическое состояние. Искусственное вскармливание, отсутствие тепла от родной материнской груди — в общем, я до паники боялась малейших последствий для Настеньки. Поэтому Игорь ни в коем случае не должен увидеть детские вещи, надо выставить его прочь. Выглянула в коридор — детские вещи словно оккупировали пространство: коляска, бутылочки, комбинезоны, одеяла. Полнейший бардак.

Срываю пуховик с вешалки, обуваю угги и вылетаю за дверь, больно уткнувшись носом в Игоря.

— Почему ты такой твёрдый? — недовольно бурчу и потираю пострадавший нос, приложилась не слабо, даже слёзы проступили в уголках глаз.

— Извини, не ожидал, что ты выскочишь так внезапно, — Игорь явно смутился от моей наглости.

— Пошли вниз, маме нездоровится, — ложь сорвалась легко, но взгляд я благоразумно не поднимала.

— Странно, вроде голос был бодрый, — всё же внимательный парень заметил несоответствие. Но так как я пёрла вниз по лестнице танком, не отвечая на его реплику, Игорю ничего не оставалось, как последовать вслед за мной.

Вдохнув колкий морозный воздух, я посильнее укуталась в пуховик. Сзади меня окружили родные объятия и вплотную прижали спиной к стальной груди. Вмиг стало горячо. Я несдержанно охнула. Как же это приятно, оказаться в горячем кольце любимых рук. Наверно даже мои глаза закатились в удовольствии от свалившегося на голову подзабытого счастья. Но насладившись несколько минут, я решительно выбралась из захвата. Всё это уже было, много-много раз. Не хочу проходить ещё один, тем более я теперь не одна.

— Зачем пришёл? — нахохлившись, приготовилась к обороне.

— За тобой, — в отличие от меня Игорь казался абсолютно спокойным. И оттого последняя фраза прозвучала настолько обыденно, как будто мы и не расставались на год, а не виделись всего несколько дней. Я опешила.

— Извини, но я не понимаю, что это значит?

— Жанн, ну сколько можно дурить. Ты просила оставить тебя в покое. По-моему, я дал тебе достаточно время для покоя. Не навязывался, не досаждал, проглотил даже твой чёрный список… опять. Я признаю свою вину, осознал и готов искупить. Давай ты перестанешь трепать нам обоим нервы и пустишь меня обратно домой.

— Что? Какого…, - я стояла, открыв рот, хлопала глазами, а внутри поднимался ураган из злости и обиды. Этот сногсшибательный шикарный мужик стоит тут весь из себя ухоженный, в дорогущем кашемировом чёрном пальто, благоухающий приятным одеколоном и рассуждает о прощении. А я, выходит, злобная ведьма на метле. Точнее в домашнем трико, в пуховике и уггах на босу ногу, к тому же нечёсаная. И этот весь из себя благородный принц молит о прощении, а я … неблагодарная отказываюсь простить бедняжку.

Р-р-р! Это же он бросает меня, когда ему вздумается, это он спит со всем, что шевелится. Не я! Но дурью маюсь оказывается именно я. Да чтоб… провалилось всё. Надоело.

Не знаю, что отразилось на моем лице, но Игорь сделал шаг назад. Ага, испугался, знай наших! Я задрала подбородок повыше, сжала пальцы в кулаки до кровавых лунок и прошипела:

— А не пойти ли тебе со своими извинениями в … сад. Мне не нужны твои извинения, мне нужен мужик. А ты, — провожу взглядом сверху вниз намеренно брезгливо, — ты эгоистичный, меркантильный… тип. — С трудом подобрала печатное слово, так как в голове осталась только нецензурная лексика. — На тебя нельзя положиться Игорь. В трудную минуту ты где угодно, но не со мной. Так что счастливо оставаться, а мне некогда.

Хочу обойти загораживающего мне проход злого парня. Что дорогой, не ожидал такого приёма? Думал, что как всегда всё тебе сойдёт с рук? Нет уж, сейчас я думаю не только о себе.

— Выходит ты всё решила, — кулаки Игоря сжимаются и разжимаются, а он будто не замечает этого. Сверлит меня яростным взглядом, разве что искры из глаз не летят. Его спокойствие испарилось без следа. — И куда же делась твоя хвалёная любовь Жанночка, мм? Исчезла, словно и не было?

Конечно, у мужиков вечно бабы виноваты. Ну а у женского пола как обычно все мужики — козлы. Я всё-таки женский пол, так что виноват однозначно — винторогий.

— Послушай Игорь, я не собираюсь на улице в мороз выяснять отношения, — но была неожиданно перебита злым рыком.

— Так где ж нам с тобой их выяснять милая, если я в чёрном списке, а в квартиру ты меня не пускаешь? — парень однозначно прав. Но мне жизненно необходимо его спровадить.

— Может и не надо ничего выяснять? — прикидываюсь наивной дурочкой, склонив голову набок и смотря исподлобья. — У тебя своя жизнь, у меня своя. Разойдёмся как в море корабли?

Я думала, что Игорь в эту минуту меня просто прибьёт. Вот-вот стукнет пару раз по темечку и войдёт Жанка в мёрзлую землю по самую маковку как гвоздик без шляпки. Я аж зажмурилась со страху и невольно втянула голову в плечи. Но… ничего не происходило. Через пару минут осмелев, приоткрыла глаза, но передо мной никого не было. Я обернулась вокруг, а Игоря уже и след простыл. «Вот и всё Жанна. Допрыгалась. Но разве я не этого хотела?» Неприятный разговор оставил очередную кровоточащую рану на сердце. Сколько их уже у меня? Со счета сбилась давным-давно. Тяжко вздохнула, понурилась и пошаркала домой, смахивая горькие слёзы. «Согреюсь возле Настеньки».

После визита Игоря я решилась на переезд. Всё равно собиралась рано или поздно съехать от мамы. В том, что Игорь так просто отступится и оставит меня в покое верилось с трудом. Так как даже мне, напрочь запутавшейся в своих обидах, было понятно, что просто так наши чувства с Игорем никуда не исчезнут. Он для меня был и останется мужчиной всей моей жизни. И если он чувствует тоже самое — тогда я самое важное для него. Но у меня теперь есть Настенька. Я не могу и не хочу позволить ему остаться рядом с нами. Дети слишком