Тринадцать пуль - Дэвид Веллингтон

Кэкстон сняла форменный галстук и намотала его поверх запястья, затянув до боли и завязав его, словно жгут. Теперь нет смысла умирать от кровопотери, решила она.

Она дала Диане возможность сделать еще несколько шагов к ней. Она ждала, пока вся кровь не вытечет из безупречного тела уже исцелившейся, но бледной, намного более бледной Дианы. Она выглядела так, будто была вырезана из мрамора. Румянец полностью пропал с ее щек. Кровь больше не защищала ее. Хорошо было бы иметь сейчас «глок» с полной обоймой, но теперь сгодится даже острый железный прут. Кэкстон размахнулась по широкой дуге и вонзила острый конец прута в грудь Дианы. Чуть левее позвоночника.

Диана завизжала, завыла, попыталась что-то сказать, прося, умоляя. О чем? Может, о прощении. Кэкстон выдернула прут и ударила еще и еще раз. Трех раз будет достаточно, решила она. Должно было хватить. Ударить подругу в четвертый раз у нее уже не было сил. Руки были словно ватные.

Наконец Диана перестала двигаться. Ее красные глаза уставились на луну, белое лицо было абсолютно неподвижно, лишенное ужаса, боли и смерти.

60

Выползти из разрушенной оранжереи было нелегко, хотя больше не было преследовавших ее вампиров. Она наконец была свободна и направлялась в переднюю часть санатория, двигаясь медленно, тихо, избегая немертвых. Она должна была привести помощь для Аркли. Как только он будет в безопасности, по дороге в больницу (при условии, что он еще не умер), дело можно будет официально закрыть.

Снаружи на лужайке ее ждал сюрприз — разноцветный свет, который отражался от деревьев и мигал на мокрой траве.

Свет окатил ее, освещая руки и поврежденное плечо. Он блеснул в ее глазах, красным, синим и желтым — или белым. Как минимум двенадцать патрульных машин стояло под странными углами на лугу перед санаторием. Две машины «скорой» и «Мясорубка» вместе с ними. Капитан Сьюзи стояла, высунувшись из люка на бронированной крыше, с МР5 на плече. Свободной рукой она махала Кэкстон.

Лицо Кэкстон побагровело от злости. Где все они были раньше? Почему никто другой вместо нее не мог убить Диану? Пока они стояли тут на лужайке, она боролась там не на жизнь, а на смерть.

Тут задняя дверь «Мясорубки» распахнулась и наружу выпрыгнула Клара с защитными щитками на коленях и локтях, пристегнутыми поверх формы помощника шерифа. Кто-то велел ей остановиться, но она продолжала бежать, пока ее руки не обхватили Кэкстон.

— Ты жива, — всхлипнула Клара. — Когда я получила твое сообщение, я была у тебя дома.

— Сообщение? — спросила Кэкстон.

Ах да, она отправляла одно, как раз перед тем, как нашла в мастерской Аркли. Несколько часов назад.

— Ты сказала, тебе нужна моя помощь, но не сказала, в чем именно. Я приехала к тебе домой, он выглядел как поле битвы. Все было разгромлено, и повсюду были трупы. Собаки скулили как безумные.

— Собаки?

Клара кивнула.

— Они в порядке. Их не задело, просто они напуганы. Я подумала, что ты захочешь узнать.

Собаки были в порядке. Это было хоть что-то, хоть какая-то хорошая новость, за которую можно было уцепиться. Но Кэкстон этого было мало. Ей нужно было больше хорошего, больше жизни. Что-то большее, чтобы не удариться в истерику.

— Когда я поняла, что тебя там нет, я позвонила в свой отдел, и в ваш отряд, и в Бюро тюрем, и всем остальным, кому только могла.

Тут Клара переменилась в лице, выражение тревоги сменилось профессиональным интересом:

— Эй, — сказала она. — Ты как, нормально?

И как прикажете отвечать? После всего того, что произошло. После всего того, что она сделала. Была ли она все еще нормальной, все еще человеком?

Лора не была уверена.

— Я… нет. Я не в порядке.

Клара кивнула.

— Все будет нормально, — сказала она.

Она нагнулась и прижалась губами к губам Кэкстон. После секундного замешательства Кэкстон уступила ей. Она чувствовала, как она словно тает в объятиях другой женщины. Оттуда, где были припаркованы полицейские машины, раздались крики и улюлюканье, но Кэкстон было плевать. Это была слишком долгая ночь.

— Спасибо. Спасибо, что пришла мне на помощь, — сказала она.

В глазах Клары светилось понимание, абсолютное понимание. Наверное, она действительно понимала ее, пусть немного. Это помогло, тем более что Кэкстон так и не могла разобраться в себе. Мигающий переменчивый свет озарял лицо Клары то красным, то желтым, то синим.

Кэкстон побрела к «Мясорубке» и кивнула капитану Сьюзи. Оглянулась и обнаружила еще и шерифа Клары. Это была не его юрисдикция, но, наверное, полиция штата временно мобилизовала его. О бумажной работе она будет беспокоиться потом.

— Кто-нибудь, дайте мне винтовку, — сказала она.

Оружие выудили откуда-то из кузова патрульной машины и передали ей.

— В этом здании находится неопределенное количество немертвых, — сказала Лора. — Мы должны найти их всех. Но сначала мы вытащим оттуда специального представителя Аркли. Он не в лучшем состоянии.

Она слишком поздно поняла, что у нее нет никаких прав командовать тут — она была всего лишь дорожным патрульным, в конце концов.

— Ничего, что я так?

Капитан Сьюзи ухмыльнулась ей сверху.

— Показывайте дорогу, патрульный.

Кэкстон повела шестерых вооруженных до зубов ребят за собой, все были с мощными фонарями. Она отлично помнила дорогу в палату Малверн, но ей все еще претила мысль о возвращении в темноту санатория «Арабелла». Она чувствовала, словно эти тени могли что-то скрывать. Когда она наконец добралась до пластикового занавеса в палате, она с облегчением вздохнула. Никто на них не выпрыгнул. Ни одна бледная тень не выскочила из темноты, чтобы разорвать их на куски.

— Ладно, приготовьте носилки, — сказала она, откидывая занавес.

Она удивилась, обнаружив Аркли сидящим внутри. Еще более она была удивлена, увидев стоящую на своих ногах Малверн.

Старая-престарая вампирша ни в коей мере не выглядела полностью исцелившейся. Ее мышцы были тонкими и сухими, словно виноградная лоза зимой, и они обвивали кости, легко различимые под ее пергаментной кожей. Окровавленная сорочка висела на ней мешком. Лицо было растянутое и пятнистое, а единственный уцелевший глаз округлился только наполовину. Но крови, которую Скейпгрэйс и Диана приносили ей, должно быть, хватило как раз настолько, чтобы она впервые за сотню лет встала из гроба. Она стояла прямо и даже шла, направляясь с разинутым ртом к Аркли. Зубы ее, судя по виду, полностью восстановились — острые и смертоносные.

— Молодец. Иди сюда, — сказал Аркли.