Жнецы ветра - Алексей Пехов

– Надеюсь, что нет.

– Я тоже. Но будь готов к этому. И лучше подвести их к подобному знанию заранее.

– Сделай, если у тебя получится.

Сын Ирбиса ничего не ответил.

– Ты уверен, что у нас есть шанс пройти горы до начала зимы?

– Очень небольшой, – не стал скрывать он. – На плато свирепые ветры. Горячая полоса будет передышкой. За ней последние, самые сложные перевалы и большая высота. Если мы застрянем, то именно там.

Я кивнул.

Мы двигались по каменистому ущелью, в центре которого текла широкая река с множеством тихих заводей, зеленоватой водой и светло-серым, ледяным песком на дне. Хлипкие сосенки, стволы которых, казалось, завязали узлом, намертво вцепились в базальтовые склоны. Прямо перед нами, вырастая из-за покатых серо-коричневых гор, затмевая светлое небо, высился трехгорбый, ослепительно-белый снежный пик.

– Это ущелье заканчивается перевалом? – поинтересовался я у Га-нора на стоянке.

– Нет. Насколько я знаю – через этого великана перебраться нельзя. Мы поворачиваем на восток. Там есть перешеек между хребтами.

– За ним Лестница Висельника? – Кальн выглядел невыспавшимся.

– Скоро будем у нее. Видишь тропу? По ней подъем до водопада. Затем вниз.

– Таква чего мы ждать? – пошевелился дремавший Гбабак. – Пора в дорогу!

– Вот так, собака! – пискнул плескавшийся в ледяной воде Юми.

…Стаю птиц я увидел в небе еще несколько минок назад, но не придал этим черным точкам никакого значения. И зря.

Они рухнули нам на головы, словно летняя буря. Упавшие сети разом накрыли блазга, Шена с Роной и Лука с милордом Рандо. Мы с Га-нором бросились в стороны, тем самым избежав пленения. Кальн задержался, и легкая невесомая ловушка с грузилами на концах упала ему на плечи.

Еще одна золотистая сеть полетела в сына Ирбиса, но он перерубил ее мечом. Возле моих ног в землю воткнулся метательный дротик.

– Не двигаться! – раздался резкий окрик.

Над нами, мерно взмахивая крыльями, зависла дюжина белокрылых йе-арре. Один из них оскалился, собираясь швырнуть в меня копье, и тут же между нами вспыхнул молочный щит, а в следующий миг белокрылый рухнул на землю, пронзенный стрелой. Кто-то из нападавших все-таки швырнул в меня дротик, но щит снова не пропустил его.

Со всех сторон полетели стрелы, раздались крики, захлопали крылья. Пташки бросились врассыпную и, напрочь позабыв о нас, сцепились со своими рыжекрылыми сородичами. То и дело на землю падали мертвые, в воздухе кружились бело-рыжие перья. Свистели дротики, звенели клинки.

Из рук Тиф вырвалась рубиновая нить, оплелась вокруг одного из вражеских стрелков и оторвала тому крылья.

– Рыжих не тронь! – гаркнул на нее Га-нор, разрезая на Кальне сеть.

Наверное, в другой ситуации это было бы смешно, но не в тот момент, когда щит мерцает, а вокруг летают шальные стрелы.

Сам я за лук хвататься не стал, не имея полной уверенности, что прострелю волшебную преграду. Обнажил нож и побежал к Шену с Роной. Но они уже сами смогли избавиться от уз, растворив сеть, и я занялся Рандо и Луком. Этих спеленало так, что воины не могли воспользоваться кинжалами.

Гбабак, вскочив на ноги, с ревом разорвал на себе путы, словно те были сделаны из тонких нитей. Но бой уже завершился. Двенадцать белых и пятеро рыжих лежало на земле. Один белокрылый был все еще жив и теперь пытался отползти от нас как можно дальше. Высвободившийся Кальн, злой и растрепанный, схватил секиру и добил врага.

Никто его не остановил.

Тиф продолжала удерживать щит и нехорошо поглядывала на приземлившихся недалеко от нас семерых рыжих йе-арре. Никто из них не делал попыток приблизиться и держал руки на виду. Не скажу, что внешность у неожиданных союзников была очень дружелюбной, но и ненависти я не заметил. Один из летунов внимательно осмотрел нас, почему-то остановил свой взгляд на Кальне и, что-то сказав товарищам, передал им свой дротик, а затем неспешно направился к нашему отряду.

– Что надо этим мерзким предателям, лопни твоя жаба?

– Сейчас узнаем, – сказал я, рассматривая татуировку на бритой голове парламентера.

Огненный клан. Сородичи Йуолы.

– Мы пришли с миром! – сказал невысокий крылатый воин.

– Вот так, собака! – неприветливо буркнул Юми, который собственноручно прибил ядовитой стрелкой одного из напавших на нас йе-арре.

– Мы не рады вас видеть, летуны. И ты должен знать почему, – сказал милорд Рандо.

Шен согласно кивнул. Глаза йе-арре злобно вспыхнули, и он произнес уже не столь доброжелательным тоном:

– Мы помогли, когда вас спеленали, словно котят!

– Вы протянули руку помощи. И только, – сказала Рона, выходя из-за наших спин. – Неужели ты считаешь, что Ходящая и Огоньки не справились бы с такой угрозой? Даже будучи в сетях.

Йе-арре степенно поклонился:

– Доброго дня вам, госпожа. Простите мои резкие слова. Мы горды и счастливы встретиться с одной из Башни. Я Йагул из Ветреного гнезда клана Огня. Для нас честь быть рядом с вами.

– Каких слов ты ждешь от меня, Йагул из Ветреного гнезда? – сухо спросила девушка. – Ведь мы теперь враги.

– Госпожа ошибается. И то, что мы уничтожили напавший на вас Снежный клан, тому подтверждение. Мы не на стороне врагов Империи.

– С чего бы это? – с издевкой спросила Тиф. – Вам не понравилось, как Чахотка и Сжегшие душу обошлись с вами?

– Ты много знаешь. – Невысокий Йагул пронзил Проклятую взглядом. – Но не ведаешь, что старейшины моего клана не вступали в войну. Мы, Дождь и Облака всегда стояли за Империю. Обетованный край выпустил других воинов. Не нас.

– Тогда что вы здесь делаете? – Рандо недобро хмурился и не спешил убирать меч в ножны.

– Сражаемся. Как и вы. В моем народе раскол. Те, кто стоит в тени Проклятых, отныне не с нами. И нам не будет покоя, пока все предатели не рухнут с небес! – Он на мгновение расправил огромные крылья и вновь сложил их за спиной. – Мы ищем небольшие отряды и уничтожаем их. В том числе и набаторцев. Не все дети Неба на стороне южан.

– Хочется верить. – Кальн, не скрывая своего отношения, сплюнул на землю. – Но что-то не получается. Ты сам должен знать, что после предательства на ваш народ тяжело полагаться.

– Я понимаю ваше недоверие, – смиренно сказал летун, хотя в его глазах это смирение отсутствовало напрочь. Крылатое племя всегда было гордым, тщеславным и вспыльчивым. – Но взываю лишь к голосу вашего разума. Мы бы не стали ввязываться в бой и терять своих друзей, не будь мои слова истиной.

– Пусть так, – согласился Рандо. – Но вы так и не сказали, что вам нужно от нас.

Йагул обернулся за поддержкой к своим товарищам, дождался кивков и нехотя проговорил:

– Нас осталось слишком мало. Мы и другие хотели бы присоединиться к вам. У крупного отряда гораздо больше шансов прорваться на север. К своим. Три полка моих братьев уже там. Сражаются. Мы тоже хотим принять участие в следующих битвах.