Весь Хайнлайн. Число зверя - Роберт Хайнлайн

— Позволит ли капитан задать вопрос?

— Разумеется, Зебби.

— Туалеты. Ванные. Если здешние британцы ведут себя так же, как их аналоги в нашем мире, то эти заведения должны быть раздельными.

— Зебби, могу сказать только одно: я подумаю, как справиться с этой проблемой. Но мы будем держаться вместе до тех пор, пока я — я, капитан — не решу, что правило можно нарушить. Пока что нам следовало бы воспользоваться тем самым непопулярным ведерком… а впоследствии, при необходимости, будем возвращаться в машину все вместе и пользоваться им опять. Это не подлежит обсуждению. Когда мы сядем, вы трое можете сговориться и поднять мятеж против этого приказа или любого другого, — тетя Хильда взглянула прямо в лицо своему мужу, — и я без всяких разговоров позволю себя вышвырнуть… с капитанской должности, из машины, из нашей компании. Останусь здесь, на Марсе-десять, если британцы пустят меня к себе. Больше никаких вопросов. И никакого обсуждения — со мной или между собой. Астронавигатор.

— Есть, капитан!

— Прошу ответить в развернутой форме.

— Я поняла приказ капитана и буду его беспрекословно выполнять.

— Первый пилот.

— Я понял приказ капитана…

— В краткой форме, пожалуйста. Дити уже дала формулировку.

— Есть, капитан!

Висящая в воздухе тетя Хильда повернулась к папе всем корпусом. Я затаила дыхание. Прошли долгие три секунды.

— Джейкоб?

— Есть, капитан.

— Очень хорошо. Мы пойдем на посадку сразу же, как только получим разрешение с Земли, но разрешение мы запросим не раньше, чем я познакомлюсь с новостями и переведу то, что у них там по-русски.

На это я сказала, что мы собираемся приодеться понаряднее, на что как раз и уйдет некоторое время, и попросила разрешить каждому из нас по очереди уединиться. Я хотела воспользоваться этим проклятым ведром — что делать, раз нужно.

Тетя Хильда слегка нахмурилась:

— Очень жаль, что нет тренировочного костюма на мой размер. Это одеяние…

— Тетя Хильда! Твой экипаж в униформе, но сама ты одета по последней голливудской моде. Эту модель разработал сам Феррара, и ты заплатила за нее больше, чем за свою норковую накидку. Ты капитан и одеваешься как хочешь. Говорю тебе три раза!

Тетя Хильда улыбнулась:

— Повторить своими словами в подтверждение понимания сказанного?

— Безусловно.

— Дити, членам моего экипажа положено носить форму. Но я сама одеваюсь так, как нахожу нужным, и, когда я увидела, какие новинки в области дамской спортивной моды предлагает всемирно известный модельер Марио Феррара, я послала за ним и не давала ему покоя, пока не получила в точности то, что хотела. В том числе застиранные брюки, как бы не новые, что высоко ценится избранной публикой во время прогулок на яхтах. Когда пойдешь обратно, захвати мои кеды и ленту для волос, что ты мне подарила. Они входят в замысел синьора Феррары.

— Тетя Хильда, лапочка, у тебя это звучит более чем убедительно!

— Чего там убедительно, это истинная правда. Ты это сказала мне три раза. Я даже не жалею, что дала ему тысячу нью-долларов сверх счета. Он просто гений! Ну, давай поторапливайся. Первый пилот, дай мне наушники.

Я вернулась через десять минут с тренировочными костюмами для себя и папы и чистой формой для своего мужа.

Одежду папы и Зебадии я отправила им по воздуху. Тетя Хильда как раз возвращала Зебадии наушники, и костюм налетел прямо на них.

— Ой, прошу прощения. Хотя не так уж. Что говорят русские?

— Мы нехорошие, — сообщил мой муж.

— Вот как? Костюм, который я сняла, валяется в кормовом отсеке, будь добр, оберни в него свой пистолет и ружье и засунь их под спальный мешок, ладно? Капитан, чем же мы нехороши?

— Мы шпионы, мы агенты-саботажники, мы вообще злодеи, именем царя от нас требуют, чтобы мы возместили понесенные убытки и немедленно сдались властям — все двенадцать…

— Двенадцать?

— Так они утверждают. После чего нас будут судить и повесят. В противном случае… «В противном случае» сводится к угрозе войны.

— Бог ты мой! Так мы садимся или нет?

— Садимся. Британцы прокомментировали это так: источники, близкие к губернатору, сообщают, что русские в очередной раз выступили со своей обычной претензией по поводу якобы имевшего место вторжения на их территорию и шпионажа и что их нота обычным же порядком отклонена. Я намерена соблюдать осторожность. Мы не будем покидать машину, пока не будет уверенности, что с нами обойдутся прилично.

В скором времени мы снова начали перемещаться секундными прыжками в круге с центром в Виндзор-Сити. Если бы не этот папин прокол с тетей Хильдой, мы могли бы приземлиться уже два часа назад. Да, в моих глазах это был прокол, а не намеренное оскорбление — но я ведь не Хильда, я Дити. Мое самолюбие не так-то легко уязвить. Раньше, до замужества, если мужчина разговаривал со мной покровительственным тоном и это меня задевало, я приглашала его посостязаться в стрельбе по тарелкам. Даже если он выходил победителем (было однажды и такое), он навсегда забывал про свой покровительственный тон.

Если мой собеседник не готов вести себя как принято, то со мной шутки плохи: я сильная и в драке не стесняюсь. Мужчина справится со мной только при условии, что он крупнее меня, сильнее и не хуже тренирован. Пользоваться пистолетиком у меня еще ни разу не было нужды. А вот руки я мужикам ломала, два раза, а одного нахала так саданула между ног, что он надолго выключился.

Между тем Зебадия никак не мог договориться с наземными службами:

— Прошу разрешения на посадку. Говорит частная яхта «Ая Плутишка», США, за штурвалом пилот Картер. Нам нужно всего-навсего разрешение на посадку, а вы ведете себя совершенно как эти сами-знаете-какие русские. Не ожидал такого от англичан.

— Эй, послушайте! Где вы находитесь? Вас хорошо слышно, значит, вы близко, но мы не можем вас засечь.

— Мы кружим над вашим городом на высоте пяти километров.

— Сколько это в футах? Или в милях?

Я положила руку мужу на плечо:

— Скажи, шестнадцать тысяч футов.

— Шестнадцать тысяч футов.

— Какое направление?

— Мы движемся кругами.

— Да, но… Видите Имперский Дворец в центре города? Какое направление от этой точки?

— Мы движемся слишком быстро, чтобы вы могли засечь направление. Вы еще не успели закончить фразу, а мы уже дважды облетели вас по кругу.

— Ну ладно, ладно, сказки салагам рассказывайте, старых моряков вам не обдурить.

Тетя Хильда подала Зебадии знак, он передал ей микрофон. Она жестко произнесла: