Метеорит с начинкой - Валерий Кобозев

– Я позвоню, как он будет свободен. Приедет он к тебе или ты к нему, решим по ходу пьесы, – улыбнулся Кузьмич.

***

– Здравствуйте, Николай Алексеевич! Решил лично посетить ваше предприятие, посмотреть на его возможности, – поздоровался Виктор с Кузиным.

– Здравствуйте, Виктор Иванович! Рад видеть вас у себя, – приветствовал Кузин Виктора.

– Давайте попросту! Я еще молод, просто Виктор для вас, – попросил Виктор Кузина. – Проведите для меня экскурсию по вашему предприятию, меня интересует производство ширпотреба и разработка новых изделий. А для начала я вам сделаю прививку, дайте мне вашу руку.

Кузин протянул правую руку, Виктор на запястье нанес царапину, ввел каплю своей крови и предложил:

– Теперь можем идти к вашим разработчикам.

Они прошли по зданию заводоуправления, в котором размещалось конструкторское бюро, разрабатывающее магнитолы «Томь».

– Здравствуйте, товарищи! – поздоровался Кузин с сотрудниками КБ. – Хочу вам представить молодого, но перспективного руководителя КБ у смежников, Карасева Виктора Ивановича, он занимается разработкой суперкомпьютеров. Кое-что он нам подсказал, и по его наводке я дал команду привезти вам самые современные микросхемы.

Сотрудники КБ после этого обступили Виктора и начали теребить его, пытая насчет микросхем для бытовой техники и других узлов. В разговоре выяснилась проблема большого веса магнитолы из-за батарей. Виктор подумал и предложил:

– Николай Алексеевич, у нас есть разработка нового аккумулятора, который легче свинцовых в тридцать раз. Хотели у себя начинать опыты, а у вас, я смотрю, прямая необходимость этим заняться! Нужно только литий добыть, на нем наилучшие характеристики достигаются. Можно использовать натрий или магний, но с ними аккумуляторы похуже получаются.

– Снабженцы наши добудут литий, за наши магнитолы мы много чего можем добыть, – уверенно сообщил Кузин. – Но можно два варианта аккумуляторов разрабатывать – и на основе лития, и на основе магния.

– Отлично, хорошие аккумуляторы нужны во многих отраслях промышленности, – обрадовался Виктор.

Сотрудники КБ переключились на характеристики новых аккумуляторов, у них были идеи компактных проигрывателей, но все упиралось в аккумуляторы. В разговорах наметили последовательность действий по разработке и производству аккумуляторов. Сразу решили, что в первую очередь необходимо изготовить аккумуляторы в габаритах стандартных батареек. Виктор сообщим им, что через пару лет появятся новые отечественные микросхемы для оцифровки музыки, и чтобы они осваивали цифровую технику.

– А какие характеристики ожидаются у цифровых проигрывателей? – задал вопрос Кузин. – Прежде всего интересуют нелинейные искажения и ширина спектра сигнала, мы с этими искажениями боремся в аналоговом исполнении.

– Ширина полосы будет от двадцати герц до сорока девяти килогерц, коэффициент нелинейных искажений – пять сотых процента. Усилители будут класса «Д», с теми же характеристиками.

– У нас магнитофонная пленка такую полосу не выдаст, – засомневался Кузин.

– А не будет пленки, будет цифровой носитель примерно с половину авторучки. На нем будут записываться музыкальные треки.

– И сколько минут записи на него можно вместить? – спросил Кузин.

– Примерно шестьдесят минут при полосе сорок четыре килогерца и в два раза больше при полосе двадцать килогерц, – ответил Виктор. – Плюс неоднократная перезапись без потери качества. И это только начало – в перспективе длительность записи на одном носителе будет до семи часов.

– Отличные характеристики! – удивился Кузин.

– Но акустику вам придется делать самим, без хорошей акустики хорошего качества не добьешься, – предупредил Виктор. – Я могу помочь вам с ее расчетами.

– С акустикой у нас дела обстоят немного получше, – успокоил его Кузин.

На этом визит Виктора на радиотехнический завод завершился. Напомнив Кузину, что они будут должны перечислять ему десять процентов от прибыли за производство продукции по его документации, он поехал в свой НИИ работать.

Контакты с МЭП

Виктор с Кузьмичом в феврале 1988 года побывали в Москве, встретились с Сафоновым, начальником отделения в головном НИИ, который с энтузиазмом влился в их команду и свел их с людьми из министерства общего машиностроения, к которому относились их НИИ. Работники министерства, вошедшие в команду, развили бурную деятельность – установили контакты со смежными министерствами, в том числе с министерством электронной промышленности СССР (МЭП), главной отраслью производства электронных комплектующих для компьютеров и бытовой техники.

Надо было решать проблему элементной базы, и Виктор поехал на производственное объединение «Ангстрем», имея на руках предписание от министерства. Помимо этого, у него были там свои рабочие контакты, появившиеся при разработке микро-ЭВМ в стандарте КАМАК Кедр-11.

– Здравствуйте, Павел Романович! – поздоровался он с Лукашевичем. – Хотел пообщаться с вами по поводу новых разработок. Вот предписание вашего министерства по сотрудничеству с нами, так что у нас имеются и официальные полномочия, –.

– Это нужно идти к Друняну, он такими вопросами ведает, – переадресовал Виктора Лукашевич.

Они вместе с ним зашли к Друняну, поздоровались, обсудили круг взаимных интересов. Вопрос вертелся вокруг технологической базы производства микросхем, имеющиеся линейки были заняты производством устаревшей элементной базы, которая заказывалась потребителями.

– Если бы с нас сняли хотя бы часть этих заказов, мы могли бы на них производить свои новинки, – констатировал Друнян.

На предложение Виктора изготовить новые технологические линии с лучшими параметрами среагировал ожидаемо – спросил насчет фондов на оборудование и материалы для них. Виктор помахал предписанием из министерства и сообщил, что вопрос будет решен, есть заинтересованность нескольких министерств. Друнян согласился, что в этом случае, конечно, у них получится что-то сделать новенькое. Обсудили производственные планы Ангстрема по процессорам, Лукашевич сообщил о серийном производстве шестнадцатиразрядного процессора 1801ВМ3 и арифметического сопроцессора 1801ВМ4, которые используются для производства микро-ЭВМ ДВК-4. Посетовали на нехватку комплектующих для них, в первую очередь жестких и гибких дисков. Друнян сообщил о начале производства тридцатидвухразрядной бортовой ЭВМ «Электроника-32» для самолетов и ракет, которую также можно было бы использовать для производства больших параллельных компьютеров и рабочих станций – мощных персональных компьютеров, если бы