Норман - Владимир Белобородов

Утро следующего дня, началось с тренировки, после которой пошли на распределение обязанностей к деду. Дед явно уже не знал чем нас занять, и выдавал задания на день, которые можно было выполнить за половину дня. Когда все разошлись я подошёл к Савлентию:

- Дед, тебе не кажется, что мы как-то не в том направлении идём.

- То есть?

- Правы охотники, одарённые неплохо получают, здесь их почти нет, а у нас орава, только одни "ведьмы" чего стоят.

- И чего предлагаешь?

- Пока знаем, что зелья хранения охотникам нужны, надо трав набрать и наготовить. Может и продадим. Девчонок, что листы из книги запомнили, надо переписывать заставить, может Софья ещё какие зелья указанные там сможет приготовить. Бумаги нет, но пусть на простыне пишут, уж перо то магическое сделают. Лоя с Маликом, из зуба амулет сделали, охотники придут, дадим им на пробу, если всё правильно, будем ещё делать. Яля вон, амулет памяти сделала, получше вашего с Маликом. Пусть и ваш переделает, может продадим. Думаю можно и в посёлок съездить, узнать может ещё чего из амулетов и зелий охотникам надо. Отец вон раньше лавку держал, точно знает, какие зелья и эликсиры хорошо идут. Да и с нашим забором что-то делать надо, а то так крысы и нас в следующий раз утащат. Хотя бы сигнальные амулеты настрогать. Лоя, может Сайла научить, не думаю что сложно.

- А для себя что придумал?

- Пока "искру" не разовью и плетениям не научусь, буду на хозяйстве, да сборе трав. А вообще, надо узнать, кто что умеет. Я вот не поверю, что Эль за свои восемьдесят, только беседки выращивать может. Сайл крыс изгонял, правда при помощи тёмного ритуала, но мне кажется, у нас предрассудков нет, а вот мыши уже четверть мешка гречки растащили. Да и ты многому бы мог научить его, он ведь только начал в академии учиться, а "искра" у него такая, что только у тебя больше. А в итоге конюшню вон чистит.

- Может ты и прав, подумаю.

Затем я нашёл Храма:

- Храм.

- Чего? - орк старательно выделывал учебную булаву.

- Мне кажется, надо уже стражу организовывать, ночью ладно сейшы с хасанами чутко спят. А днём, они то на сборе трав нас охраняют, то табун пасут. Гоблин ведь весь день сидит, да и сомневаюсь, что всегда смотрит. Не под силу это одному разумному.

- Завтра сделаем, сегодня дед разогнал всех.

По двору пронёсся Пушистик, со здоровой кувалдой в зубах, которая отвешивала набок его голову.

- Стой, хвост оторву, - за ним бежал Кейн.

Днём котёнку, хотя какой котёнок, молодому коту, до ужаса нравилось донимать Кейна. Зато вечером, можно было наблюдать картину, когда здоровая голова Пушистика лежала на коленях бывшего раба, а он, сделанным специально гребнем, вычёсывал ему шерсть.

Пушистик, спрятался у Кассы, но Кейн смело подбежал к ним, забрал кувалду, и щёлкнул, прижавшего уши кота ладонью, по краешку уха. Касса даже глазом не повела в их сторону, видимо это у них не в первый раз.

Вспомнив, что меня ждёт отец с хасанами, для похода за глиной, начали ремонтировать печи в комнатах, я побежал к конюшне. Отец сурово посмотрел на меня, он уже запряг лошадь в телегу.

- Где носишься?

- Да так.

Закрыв за собой ворота, поехали к реке. Ехать было далеко, вернуться рассчитывали только к вечеру.

- Отец, слушай, - начал я издалека разговор, пока мимо нас проплывали, ели, - ты знаешь родителей Нейлы.

- Видел раз.

- Как думаешь живы?

- Даже не думай, никуда не поедешь.

- Да я не об этом, узнать бы, что с ними.

- Ну, это можно. Деньги будут, в посёлке в гномий банк зайдём, они за деньги найдут.

- Что и письмо передадут?

- Могут, только мы не будем передавать.

- Почему?

- Ну, представь, придут светлые, и просмотрят их ментально, узнают что письмо было. Даже если, в письме ничего внятного не написать, они найдут, покуда пришло, и начнёт верёвочка в нашу сторону распускаться. Да и родителей могут за связь с тёмными обвинить. А так они не знают, перед светлыми чисты.

- Понятно.

- Остальные не волнуются за родителей?

- Аллойя, Малик, Софья - сироты. Сайла продали в академию, он не хочет даже знать родителей.

- А Яля?

- Вот её судьбу не знаю.

- Ну ничего себе, приедем, расспроси.

- Хорошо.

Вернулись мы в начале четвёртой четверти дня. На крыльце спорили дед с Храмом, спор был ожесточённым.

- О чём спор? - спросил отец у Кейна.

- Нас делят. Одному надо стражу расставить, второй заданий всем напридумывал важных, а разумных не хватает. О, Норман, - увидел Кейн меня, - я бы на твоём месте к ним сейчас не подходил, с твоей подачи делят?

Я кивнул.

- Тогда прячься, пока не остынут.

Я пошёл искать Ялю и Нейлу.

Первой нашлась Нейла, она, свесив ноги с лестницы на стену, наблюдала за спором. Пересказав ей наш с отцом разговор, чем привёл её в восторг, она даже хотела чмокнуть меня в нос, по привычке, но в последний момент одумалась. Поинтересовавшись где Яля, направился в подсобные, они с Маликом, были на переборке трав. Застал я их, совсем не за переборкой. Сидя на мешках крупы в кладовой, они мило по детски, целовались. Я кашлянул. Оба вздрогнули и уставились на меня выпученными глазами.

- Ну вот, а говорила, меня дождёшься.

- Ты какой то неопределённый, между двух разобраться не можешь, если я ещё появлюсь вообще запутаешься.

- Ладно, понятно. Малик, позволишь с твоей дамой посекретничать?

Он кивнул. Но, выходя, оттащил меня за рукав:

- Не говори не кому, пожалуйста.

- Хорошо, - улыбнулся я.

- И это, не трогай Ялю.

Хотелось расхохотаться, но я сдержался:

- Пока ты с ней, обещаю, отпустишь - смотри.

Удовлетворённый разговором Малик ушёл.

- Слушай Ляля, - начал я, - а где твои родители.

Глаза девушки на удар сердца посетил испуг, но тут же ушёл, прикрывшись ехидством.

- Хочешь предложение сделать?

- Нет, Малик только что вполне серьёзно предупредил меня, чтоб я к тебе не подходил.

- Как интересно, а дуэли между вами не будет.

- Яля, я серьёзно. Где твои родители. Может, мы помочь им сможем. Светлые ведь просто так не отступятся.

- Мама умерла, когда я маленькой была.

- А папа?

- Я не знаю его, - как-то слишком быстро ответила она, при этом глаза немного забегали.

- Ну ладно, так значит так. Я ведь не пытать тебя приходил, просто спросить, у нас вроде от друг друга тайн нет. Ты вон даже голого меня видела. Не хочешь говорить, не говори.

Я повернулся и пошёл, обдумывая странности Яли, надо будет девчонок поспрашивать.

- Я не могу про него говорить, раздалось сзади.

Я вернулся.

- Почему?

Яля задумалась, когда я уже собрался уходить второй раз, устав ждать, она ответила:

- У него очень высокое положение, а я незаконнорожденная дочь. Мама действительно рано умерла. А он, вернее оплаченные люди, за мной присматривали. Светлые, до него не смогут дотянуться.