Воздушный стрелок - Антон Демченко

— Федор Георгиевич, добрый день, — подошедший к нам, Прутнев обозначил короткий уважительный поклон в сторону Громова и повернулся ко мне. — Рад видеть тебя снова, Кирилл.

— Здравствуйте, — кивнул я и замялся, но Прутнев меня понял и представился сам.

— Михаил Иванович Прутнев. Ну а должность моя, тебе должна быть известна. Она обозначена в твоем удостоверении, — усмехнувшись, представился наш собеседник.

— Здравствуй, Михаил Иванович, — кивнул Громов. — А мне сказали, что тебя нет в школе…

— Только приехал с полигона, — пожал плечами тот. — Не успел войти, как Степан доложил, что вы здесь… вот и поспешил застать, пока не уехали. Так, что вы хотели, Федор Георгиевич, Кирилл?

— Михаил… — укоризненно взглянул на него Федор Георгиевич, и тот развел руками.

— Ладно-ладно. Согласен обойтись без пустопорожнего трепа. Но я удивлен. Вы, все-таки, решили свои разногласия с Георгием Дмитриевичем?

— Хм. Я вам не мешаю, нет? — поинтересовался я.

— Извини, Кирилл… — опомнился дядя Федор. — Я, честно говоря, не думал, что придется так скоро говорить об этом, но недавние события и твое в них участие, изменили мою точку зрения…

— Вашу… или в а ш у? — протянул я, только для того, чтобы заполнить паузу в речи Громова.

— Мою личную точку зрения, — резко кивнул он. — Отец будет против, но это уже не его дело… Хватит. Итак… Михаил, просвети нашего юного друга, о чем идет речь.

— С радостью, — невозмутимо кивнул тот и, повернувшись ко мне, заговорил. — Как ты знаешь, Кирилл, в нашем государстве существует довольно большое количество различных неформальных, полуформальных и официальных объединений. Эдаких "клубов по интересам". Опричники, государственники, военные клубы, собрания аграрников и промышленников, союзы родов, в конце концов… Так вот, у нас, эфирников, тоже есть такой клуб, последним главой которого, являлся твой дед по матери, Никита Силыч Скуратов. Глыба! Один из десяти официально признанных грандов в стране. Сильнейший из них… по крайней мере, о других ярых-грандах, мне ничего неизвестно… А я, знаешь ли, волей-неволей обязан знать обо всех сильных эфирниках. Должность "кадровика" обязывает… Да.

— Хм. Кажется, сейчас я услышу предложение, от которого не смогу отказаться, — я вздохнул.

— Угадал, — улыбнулся Прутнев. — Не знаю, чем руководствовался Георгий Дмитриевич, да простит меня его сын, пряча тебя от нашего "клуба", но ситуация эта совершенно неприемлемая. Нас слишком мало, чтобы клуб мог позволить себе такое транжирство… Особенно, в свете событий произошедших со Скуратовым и твоими родителями.

— Говорите так, словно я какой-то ресурс… — нахмурился я, стараясь не выпадать из роли.

— Все мы, своего рода, ресурсы, Кирилл, — развел руками Прутнев. — И ты, и я, и даже боярин Громов. Исключений нет.

— Что, и государь? — прищурился я.

— Хм… в каком-то смысле, — глянув на старательно прячущего ухмылку Громова-младшего, медленно проговорил Прутнев. Запнулся. — А ты умнее, чем я думал, Кирилл Николаевич…

В ответ, я только пожал плечами.

— Миша, не крути, скинь парню устав этого вашего клуба, и пусть изучает. Он, как ты верно заметил, не дурак, и выгоду свою видит, — последние слова Федор Георгиевич произнес с отчетливой иронией в голосе. Прутнев взглянул на наследника рода Громовых и, хмыкнув, кивнул. Мол, как скажешь…

— Ладно. Так и поступим… Но, имей в виду, Кирилл, эта информация закрытая. То есть, о существовании клуба знает очень узкий круг людей. Тот же Федор Георгиевич, например, осведомлен только благодаря тому, что его младший брат был членом клуба, а Георгий Дмитриевич когда-то курировал нашу безопасность. Понятно?

— Комнатный боярин курировал безопасность какого-то неформального клуба? — удивленно протянул я. — Однако.

— Хм. Ну, опричники, положим, тоже государственным учреждением никак не назовешь, и тем не менее… Кроме того, как ты думаешь, почему ни один из государей никогда не проходил испытаний на владение стихиями? Ну, если отбросить официальную версию, что подобные сведения о правящей фамилии, являются коронной тайной… — вопросом на вопрос ответил Прутнев, но, по моему взгляду поняв, что я впервые слышу о таком казусе, вздохнул. — Род Рюриковичей, к твоему сведению, наследственные эфирники. А государь – новик, при существующем в нашем обществе культе личной силы, довольно странное сочетание, согласись? Стоит ли удивляться, что комнатный боярин курирует безопасность клуба, чей костяк составляют члены правящего рода? И да, когда я говорил "отбросить" версию коронной тайны, это не значит, что на нее действительно можно наплевать. Понятно?

Твою дивизию… Только немыслимым усилием воли мне удалось удержать себя в узде и не выматериться вслух. Наследственный эфирник, всегда слабосилок?! Тогда… многое становится понятнее.

— Разумеется. А Бестужевы в курсе существования клуба? — поинтересовался я, убедившись, что ничем не выдал своего волнения.

— Хм… Нет. Им известно то же, что и большинству, — на секунду задумавшись, ответил Прутнев.

— Гдовицкой? Я ведь с тебя не слезу…

— Член клуба, в ранге подмастерья, — ответил вместо Прутнева, Громов.

— Поня-ятно. Скажите, а клуб был в курсе затеи моего отца и боярина Бестужева насчет школы?

— Еще бы! Там такой скандал был, что вся Москва была в курсе, — усмехнулся Прутнев, но, бросив короткий взгляд на Громова, тут же стер улыбку с лица, и отговорился, — впрочем, Федор Георгиевич знает о тех событиях куда больше… так что, лучше расспроси его.

— Да уж. Лучше, если эту историю ты услышишь от меня, чем от кого-то еще. По крайней мере, обещаю, что никаких домыслов и фантазий в моем рассказе не будет, — кивнул Громов.

Ну-ну. Сделаю вид, что верю. Вообще, надо разбираться с этими тайнами мадридского двора, а то, чувствую, не будет мне покоя… и вылезет в будущем какая-то бяка. Оно мне надо?

Я отвлекся от размышлений на вибрацию браслета, куда Прутнев скинул обещанный устав и, не став сразу его просматривать, поднял взгляд на автора послания.

— Если у меня возникнут какие-то вопросы, могу я связаться с вами, Михаил Иванович?

— Можешь, — кивнул тот, и нахмурился. — Но на твои вопросы может ответить и Гдовицкой.

— Я ведь больше не живу в "Беседах", — пожал я плечами. — Да и отвлекать начальника службы безопасности боярина Громова, от служебных обязанностей…

— Понятно. Согласен, — медленно проговорил Прутнев, бросив короткий взгляд на спокойного, словно слон, Федора Георгиевича. О да, он всё правильно понимает. Конфликт обязательств, штука такая…