Иллюзия выбора. Шаг - Галина Долгова

— Калим, давай поговорим, — я села в кресло, пытаясь сдержать дистанцию, — расскажи, что произошло и что происходит сейчас.

— Хорошо… — он недовольно поджал губы. Было видно, что он хотел что-то сказать, но сдержался, — помнишь, тогда в таверне, когда ты убежала в ночь, ко мне пришел Карсер. Он наговорил много гадостей, но главное было то, что ты его очень разозлила, и он очень хотел поквитаться… меня заперли на всю ночь, а утром вывели для показательного порицания, — хмыкнул он, — там уже поджидал отряд солдат и эти… эльфы. Тот ублюдок и Карсер… в общем я не выдержал и напал. А они словно этого и ждали. Меня увели в Портог. Они ждали тебя… Карсер все ставки делал через сколько ты явишься… и ты явилась… там в лесу, я понял, что нам не сбежать, собаки догоняли, и я даже думать не хотел, что будет, если ты попадешь к ним в руки… я оглушил тебя и скинул в овраг в надежде, что собаки не почуют твой след, — парень замолчал, переводя дух. — Меня поймали и приговорили к каторге. Только вот так получилось, что Карсер предложил отцу прочитать меня, чтобы понять, куда ты делась. Вот тогда мы и встретились… он спросил мое имя и откуда я… знаешь, я тогда и не понял, почему у него было такое лицо… меня тут же вывели из барака и отвели в отдельные покои. А потом он пришел ко мне и сказал, что он мой отец. Отец! — Калим вскочил и начал расхаживать по комнате. — Я ему сначала даже не поверил… потом меня охватила ярость, за то, что он бросил нас… я ведь всегда обвинял его… в смерти мамы, в том, что рос без отца… Он рассказал, что мама была очень красива… Помнишь, ты спрашивала почему я ненавижу нелюдей? Бабушка рассказывала, что отец ушел к эльфам за знаниями и не вернулся, но на самом деле было по-другому. Они собирались пожениться и поехали в Портог на ярмарку. Там были проездом эльфы, и одному из них приглянулась мама. Она ему отказала, и тогда он применил приворот, заставив пойти с ним. Отец не понял тогда, что произошло, он еще мало прожил в нашем мире и ушел. А эльф, поняв, что девушка беременна, выгнал ее через месяц.

— Это он тебе рассказал? — прервала я затянувшееся молчание.

— Да, — буркнул он, не поворачиваясь.

— А как он понял, что на твоей маме был приворот? Да еще и только после того, как ушел?

— Мой отец маг. Он увидел изменения в ее ауре, посчитав это за любовь. Только потом, в городе, он научился различать нюансы в аурах.

— Понятно… — понятно, что Илья брехло каких мало, но мне сейчас Калим не поверит, — и теперь он решил отомстить, так?

— Нет… да… — он замолчал и затравленно глянул на меня, но потом собрался и твердо продекламировал, — у моего отца обнаружились уникальные магические способности и его оставили в Арталии. Позже он стал придворным магом. Находясь при дворе, он понял, в каком положении находятся люди, но при нынешнем положении ничего нельзя изменить. Но он придумал.

— И что же он придумал? — парень сел напротив и уставился на меня задумчивым взглядом.

— А ты для начала не хочешь ничего мне рассказать и почему ты рядом с ним? — он буквально выплюнул последнее слово.

— А что рассказывать? — я хмыкнула, лихорадочно придумывая, что же рассказать. — Когда ты меня таким оригинальным образом спас, я очнулась одна в лесу с лихорадкой. Куда идти я не знала, что делать тоже… пока не услышала вдалеке голос. Я и пошла. Там в лесу оборотень напал на мальчика, попыталась защитить и… — я замолчала на минуту, — не знаю точно. Меня сильно ранили, и в себя я пришла у драконов. А они почувствовали мою кровь, кровь дракона, и вызвали князя. Вот он и признал во мне свою дочь. Моя принадлежность к Арию и притянула в тот день эшарт. Драконы меня приняли в семью, — я подняла взгляд на напряженное лицо Калима, — они спасли меня, вылечили, даже еще не зная, что я одна из них, и я их очень люблю. Знаешь, ты можешь, что угодно рассказывать про нелюдей, но теперь я знаю точно одно: не важно человек, эльф, дракон или еще кто-то, доброта и сострадание от расы не зависят. И среди людей есть ублюдки — тот же самый Карсер, например. Что молчишь? Считаешь, я не права?

— Права, — не хотя выдавил парень, — и он теперь для тебя тоже хороший, да? — спрашивать кто было бессмысленно.

— Знаешь, — я задумчиво посмотрела на Калима, — у него конечно сволочной характер, и он привык к всеобщему женскому вниманию, но… единственное, за что я действительно его винила, так это за тебя. Только твою смерть я не могла простить…

— Лина… — парень попытался потянуться ко мне.

— Подожди, — я его остановила, — мы не договорили. Что все-таки происходит? Ты знаешь, что меня пытались убить? Ты понимаешь, что я тоже нелюдь? Теперь ты и меня убьешь?

— Лина, — Калим покачал головой, — как ты можешь такое говорить? Я теперь тебя не трону, и отцу не позволю.

— А ты знаешь, какие у него планы на меня? И на эльфа?

— Лина…

— Калим!

— Я не могу!

— Ответь!

— Лина… а, ладно! — он махнул рукой. — Отец пытается открыть портал в свой мир. И ты попала сюда как раз из-за его эксперимента, — он искоса взглянул на меня, — я рассказал ему о тебе, когда пытался найти, и он признался, что именно в тот день он пытался открыть портал. Он пытался еще… но порталы получаются либо неизвестно где, либо, если в нужном месте, то нестабилен. Для этого ему нужна сила этого эльфа. Отдаст добровольно — будет жить.

— А я? Зачем ему я нужна?

— Ты… тебя просили оставить в живых.

— Кто и зачем?

— Ну, во-первых, если бы пропали вы оба — драконы и эльфы бы объединились, а это нам не нужно… и потом, за тебя попросили.

— И что, меня бы просто так отпустили бы?

— Нет, — парень отвернулся, — ты бы принесла клятву и… вышла бы замуж.

— За кого?

— За нашего союзника.

— И ты мне не скажешь, кто он, так?

— Ты просишь слишком много, Лина. Ты теперь по другую сторону… пока, но я надеюсь…

— Скажи, а кто подсказал идею с яростью? Кларисс? — я с удивлением увидела, как парень дернулся, — не может быть… ты и она? Да?

— Лина… — парень бросил на меня виноватый взгляд, — я… она… ты понимаешь, так получилось…

— Понимаю, — отрезала я, — решил стать зятем короля? Твоя идея или батюшки?

— Лина, — парень повернулся, яростно сверкая глазами, — значит, ты так обо мне думаешь? Не можешь поверить, что мы действительно любим друг друга? Между прочим, я тебе ничего не обещал, — он поджал губы, и я почувствовала странное ноющее чувство, похожее на предательство, — да ты и сама что-то не похоже, чтобы меня ждала? Или я не прав? — он повернулся, зло прищурив глаза.

— Я была уверена, что тебя убили! — я вскочила. — И ты прав, ты ничего мне не обещал! Вот только я не смогла быть с тем, кто, как я думала, был причиной твоей смерти! А ты быстренько спелся с Карсером. Видимо моя жизнь для тебя ничего не значила. Правильно, кто я для тебя? Меня и убить можно, и предать, и продать! — я уже кричала, выплескивая боль, страх и чувство вины последних лет. Совершенно не ожидая, Калим вдруг быстро придвинулся и обжог губы поцелуем. Он целовал с каким-то отчаянием, но его руки и губы не вызывали ничего, кроме раздражения. Вывернувшись, я со всего маха влепила пощечину, — что ты делаешь? А как же великая любовь к принцессе, а?