Костяная корона голода (СИ) - Торис Том

— Сэм Уорес, наш наниматель желает войти в этот храм, — громким басом произнес мужчина в белой шубе.

— А я желаю сидеть в одном из лондонских борделей и пить вкусное вино, а не сидеть в этой дыре, — ответил Сэм, а сам размышлял — хватит ли одной

сферы, чтобы победить противников. У него в арсенале было еще несколько заклинаний, но и все — остальные навыки были различными долгодействующими проклятиями, которые Сэм не любил использовать.

— Мы думаем, что мистер Рейдфилд в состоянии поспособствовать вашему желанию, — ответил старший и обернулся назад: что скажете?

— Я вам за что плачу? — заорал Гарри: мою дочь заколдовали, а вы тут занимаетесь непонятно чем!

— Сэм, в шахтах похоже снова творится какая-то фигня, — произнес появившийся на его плече ворон.

— Видишь, я немного занят, — процедил сквозь зубы Сэм.

— Ты про этих? Карр, — спросил Бен и, взлетев с его плеча, уселся на фонарь: поджарь их молнией, делов-то, карр.

— Хугин? — вдруг спросил один из наемников.

— Мунин, видишь какие перья длинные, — поправил его второй.

— Тор? А где молот, — спросил старший наемников.

— Вы идиоты? Какой Тор, какой Мунин? Это обычный охотник, — взорвался Гарри.

— Как бы мне не было неловко признаваться, но мистер Рейдфилд совершенно прав

Я охотник Сэм Уорес, а это мой дух Грейтнил. Но если хотите, могу вас поджарить молнией, — сказал Сэм. Ему еще не хватало пришествия скандинавских паломников. А потом мысленно обратился к ворону: подождать не мог? Все перья повыдергивать бы тебе.

— Но ведь сработало, карр, — возмутился в голове у Сэма ворон: кстати будь осторожнее. Сзади к тебе подбирается убийца.

Сэм почувствовал, как в спину ударяет нож. Если бы не покров, лежать бы ему сейчас с проткнутой почкой. Сэм быстро развернулся и ударил убегающую тощую фигуру в темных обносках молнией. Сверкнула белая вспышка, а уши оглушил треск, невыносимо запахло озоном, но самое главное незадачливый убийца рухнул на мостовую дымящимся обожжённым телом. Людям много не надо, а жесты рассчитаны на живучих монстров. Сзади раздался скрип доспехов, и Сэм быстро повернулся к противникам, и пораженно замер: вся пятерка стояла на коленях, совершенно не обращая внимания на грязь на дороге.

— Вы идиоты, а ну схватили…, - начал Гарри, но один из скандинавов поднялся и вырубил его, а потом снова рухнул на колени.

— Прости нас, — пробасил старший: мы не станем мешать твоим делам.

Скандинавы поднялись и пошли обратно. Один из них поднял вырубленного Гарри и положил на плечо.

— Бред какой-то, — только и произнес Сэм.

— Еще какой, но он нам здорово помог, карр, -

— Из какой дыры они приехали: не знают про духов и магию? — спросил в пустоту Сэм и пошел проверять напавшего на него.

— Тысячи лет они жили мифами. И представь: в один день они увидели человека с говорящим вороном и кидающего молнии. Миф ожил, и что теперь думать им? — прокаркал ворон.

— Да ты философ, — произнес Сэм и перевернул обугленное тело на спину.

Это был мужчина может на пару лет старше самого Сэма. Худощавый с чистыми ухоженными волосами и тонкими чертами лица. Под лохмотьями скрывалась добротная броня, а ноги были обуты в хорошие ботинки со шнуровкой. Сэм осмотрел руки нападавшего и увидел въевшиеся чернильные пятна на подушках пальцев. К счастью парень дышал и собирался очухиваться.

— Лапки графини Уинберри? Карр, — спросил ворон.

— Сейчас узнаем, — пожал плечами Сэм и похлопал незадачливого убийцу по щекам.

— А-а, госпожа вы так прекрасны! — произнес парень и не ожидавший таких слов Сэм со всех сил хлопнул парня по щеке. Тот вздрогнул, поднялся и простонал: боль-льно.

— Ты тоже не перышком меня щекотал, — произнес Сэм и ударил парня кулаком по левой щеке.

— Что вам… тебе от меня нужно, — спросил парень.

— Как тебя идиота зовут? И зачем ты напал на меня? — спросил Сэм.

— Я сын рыцаря Лестрейнжа… -

— Так ты и не рыцарь, — показательно удивился Сэм, на что парень красноречиво покраснел.

— Графиня Уинберри обещала посвятить меня в рыцари, если я накажу тебя, — пафосно произнес парень и согнулся от удара в солнечное плетение.

— Графиня рассказала ведь тебе какое я чудовище? — спросил Сэм, и парень утвердительно покачал головой. Охотник вздохнул и медленно проговорил: значит мотай на ус, парень. Еще раз подойдешь ко мне. Вспорю тебе живот, засыплю тебе туда целую пинту жучков и снова зашью. Без обезболивающих, но со специальными зельями, чтобы ты еще недельку помучился, чувствуя, как они выгрызают внутренности.

Парень побледнел и отчаянно затрясся, а потом внезапно часто-часто запричитал:

— Я больше не буду, честно. Простите меня мистер Уорес. Я больше не буду…

Сэм отвесил парню пощечину, чтобы привести того в чувство, а потом приказал:

— Беги из этого города. А если увижу тебя снова…

Парень вскочил на ноги и, не оглядываясь побежал прочь. Сэм посмотрел на него, но тут же перевел взгляд на противоположный конец улицы — к счастью, ничего подозрительного там не происходило.

С неба полил дождь. По-весеннему запахло сыростью и пробуждающейся природой. Сэму пришлось прятаться от холодных капель под одной из крыш, которая была достаточно длинной, чтобы не прижиматься к стене. Сэм вздохнул и от нечего делать спросил у ворона:

— Так что там с шахтой?

— Да ничего, карр. Просто отвлекал наемников — подумал ты догадаешься и сплетешь что-нибудь, пока они все внимание обратили на меня, карр, — ответил дух: а вспомнил: сегодня утром Гвайд заступил в должность мэра: слышал скандал, когда пролетал мимо.

— Это может стать проблемой, — сказал Сэм и поежился.

— Да, карр, сейчас бы в Лондон. Там такие жирные голуби, — мечтательно прокаркал ворон.

— Ты не ешь голубей, а если ешь, то все равно повод так себе, — произнес Сэм.

— А какие там девочки? Карр, -

— Там Юри и этого достаточно, — улыбнулся Сэм.

— Эх нет в тебе авантюризма, — каркнул ворон.

— Зато в тебе его — на двоих достаточно. Я более практичен. Иду к своей цели, ну и смотрю, чтобы было что покушать, — произнес Сэм.

— К цели он идет, — проворчал ворон: а напомни мне: кто носится по городу и всем помогает. Решил примерить белый плащ? Со мной он тебе не идет. Да и нельзя помочь всем.

— Сорок соверенов на дороге не валяются, — возразил Сэм: А Том когда-нибудь станет хорошим артефактором, чья помощь в будущем мне еще пригодится.

— Сделаю вид, что поверил тебе на слово, карр, — прокаркал ворон.

Их беседу прервал скрип не смазанных колес на карете, которая должна была отвезти молодоженов в таверну. Её прибытие означало то, что церемония должна скоро завершиться, и Сэм решил проверить транспорт на предмет засады.

Ему пришлось с усилием открывать старую деревянную дверь, доски которой рассохлись от сырости повисшей в воздухе. Изнутри Сэму в нос ударили запах пыли и застарелого пота, из-за чего он чихнул, и ему вторили лошади. Внутри она была оббита старыми тряпками, бывшими некогда чистыми отрезами тканями. Дождливая хмарь еле-еле освещала внутреннее убранство сквозь мутное, явно дешевое, стекло. У передней и задней стенок стояли лавки сколоченные из грубых досок, на которых похоже лежали пуховые подушки.

Сэм не сильно прикрыл дверцу кареты — её еще придется открывать, когда придут молодожены и заглянул вперед кареты, где на козлах сидел возница — самый заурядный тип, от которого разило дикой смесью пота, дешевой выпивки и чеснока. Сэм для успокоения совести перешел на магическое зрение, но не заметил ничего подозрительного, поэтому, удовлетворенно кивнув, принялся ждать молодоженов у кареты.

Элизабет Том вынес из здания храма на руках. Молодая пара счастливо улыбалась. А парень несколько раз останавливался, чтобы поцеловать невесту. Что-то внутри Сэма шевельнулось, мечтательно предположив, что он не будь таким идиотом, возможно сейчас, нес бы Амелию к карете. Но он тут же отмел эту картинку: его банально не пустили бы даже на порог церкви. А Амелия, пожалуй, худшая пара для него. То ли дело Юри.