Железный Зверь - Сергей Иванов

– Знакомый пейзаж, – процедил Горн, оглядываясь. – Похоже, Дэв сам не понимает, какую лавину стронул… Ну, колдун, ты же лучше знаешь Кольца – чего нам ждать дальше?

– Стоит Зверю промчать тут полный круг, и Кольцо заживет уже по его законам, – с отчаянием ответил Эрик. – И с каждым новым кругом сила Зверя будет удваиваться!

– Стало быть, остановить его надо с первой попытки, – хладнокровно заключил Горн. – Хоть с этим ясность.

– Остановить?! – вскричал Эрик, чуть не плача. – Но как? Ты послушай! – Он выбросил руку вверх по склону, в сторону нарастающего и уже близкого грохота. – Пробовал ты остановить горный поток?

– Не паникуй, – строго сказал гигант. – Это стихия – всего лишь. А мы пока люди, и не из последних. Вдвоем мы Зверю не по зубам.

– Какой Зверь, о чем ты?! – Эрик подавился истеричным смехом, с ужасом наблюдая, как под черными сугробами накатывает на них мертвенная волна, а следом за ней из вскипающей массы прорастают призрачные фигуры – сотни, тысячи их. – Теперь нас самих затягивает во Тьму!

Без надежды он попытался распахнуть в скале проход, но даже не смог вызвать в сознании прежнюю схему. Оказывается, сперва внезапный этот холод заморозил его чары. А теперь неспешно пробивался наружу, цепеня мускулы и чувства, стискивая дыхание, – неотвратимо превращая Эрика в мертвеца. Что бы ни отправило Зверя по кругу: собственная ярость или чужая злобная воля, – но роковой этот бег вывернул его наизнанку, погрузив содержимое Кольца в темное чрево Зверя. И лучшей западни для двух самонадеянных Стражей не нашлось бы во всей Империи!..

Могучая рука встряхнула Эрика, точно нашкодившего котенка, и сковавшая его ледяная корка рассыпалась в черный песок. Сразу стало легче дышать, в глазах посветлело.

– Я-то думал: им больше не за что зацепиться во мне, – пробормотал Эрик, с неохотой высвобождаясь. – Боги, да я промерз насквозь!

– Мало в тебе собственной мерзости? – отозвался Горн. – Пока ты лишь исторг из себя чужака.

Ряды мертвенных фигур уже придвинулись вплотную к Стражам и теперь сбивались против них в страшную толпу, упираясь в препятствие слепыми взглядами. Завороженно Эрик всматривался в серые лица и пытался распознать там знакомых, наверняка вплетенных паучихой Ли в Кольцо-ловушку. Но после погружения во Тьму все они походили друг на друга, точно грубые слепки со Зверя. И отныне их призраки обречены маршировать по черному Кольцу до скончания времен. Всемогущие Духи! – ошеломленно подумал Эрик. Скольких же я зацепил?

– Хороша дорога в вечность? – гулко хохотнул Горн. – Через рабство!

Эрика передернуло от этой кощунственной, беспощадной дерзости.

– Хуже, – произнес он, облизнув губы. – Гораздо хуже: через смерть.

– А что есть смерть, как не рабство? – радуясь невесть чему, возгласил гигант и снова тряхнул его за плечо. – Живи, малыш!

В глубине сути Эрика звякнули черные льдинки, будто лопнул еще один, внутренний, футляр, и Эрика из холода бросило в жар. Остановленная Стражами волна вздымалась все выше, спрессовывая мертвые тела в сплошной железный вал. Выдерживать тяжесть сотен угрюмых взглядов становилось невмоготу – словно все зло Империи ополчилось против них, воплотившись в Звериные исчадия. И только жесткая хватка напарника спасала Эрика от безоглядного бегства.

– Хоть ты не предавай меня, – попросил Эрик, дрожа всем телом. – Слышишь, Горн?.. Кто бы знал, как не хватает мне брата!

– И брата, и отца, и родичей, – с ухмылкой подтвердил богатырь. – Я заменю тебе всех.

– Это безумие! – спохватясь, выдавил Эрик. – Что мы несем?

– Конечно, малыш, – снова согласился Горн. – Мир давно слетел с рельс, а теперь это докатилось до Храма. И почему мы должны стать исключением?

С содроганием Эрик ощутил, как зашевелилась под ногами почва, выпуская из себя свежие ростки призраков. Покачнувшись, он уже сам вцепился в каменное плечо богатыря, чтобы не отступить перед этим кошмаром. А затем, на пару с Горном, принялся крушить сапогами ломкие побеги – пока те не затвердели в железных гвардейцев Зверя.

Но из-под хрустящих черепков поднимались новые призраки, они прорастали все гуще, все шире, одолевая Стражей числом и слепым упорством. Все опасней нависала над людьми серая стена, слепленная из тысяч мертвоглазых убийц, и уже раскачивал ее глухой многоголосый рев, будто не терпелось призракам смести нежданную преграду, погребя под собой двух случайных тут живых… Или все же свободных?

– К оружию, брат! – воззвал Горн, сотрясая Эрика в третий раз. – Пришло время мечей!

Наконец рассыпались в юноше последние скорлупки льда, навеянные Тьмой. На волю вырвался огненный шар и заметался по телу Эрика, наполняя его гневом и силой. Верные Клыки сами прыгнули в ладони, а в следующее мгновение Эрик врубился в страшную стену, кожей ощущая рядом надежную глыбу богатыря.

Первые ряды призраков с легкостью рушились под их мечами, рассыпаясь на груды осколков, – будто пустотелые идолы из засохшей глины. Каждый полновесный удар Эрика разваливал нового мертвеца. Но следом надвигались другие, прочнее и подвижнее, а в руках многих уже мерцали клинки. Все выше громоздились завалы черепков. Поднимаясь вместе с ними, Эрик видел перед собой уже не стену, а бурлящий поток, разлившийся по ущелью, сколько хватало глаз, – словно исполинский тысячерукий Зверь наползал на двух крохотных безрассудных Стражей. И внезапно Эрику почудилось, что еще долгие годы им с Горном сражаться против темного мира… Вот только ради чего?

Призрачные враги напирали все злее. И хотя с высоты запруды крушить их становилось удобнее, доспехи мертвецов уже затвердели до крепости стали, а в повадках проступали свирепость и стремительная мощь Железного Зверя. Пока что клинки Стражей рассекали эти морозные латы, выпуская наружу стылые клочья Тьмы, но не могло же так продолжаться вечно! Или довольно будет завалить ущелье железной скорлупой до самого верха?

Эрик покосился на безостановочно молотящего Горна. Кажется, богатыря эти проблемы не заботили – лишь бы хватило врагов утолить его ярость!.. Но тех уже скопилось перед запрудой столько, что трещали и прогибались скальные стены, грозя лопнуть. И тогда черная нечисть выплеснется в Лабиринт. Вот и новая странность, поразился Эрик. Да неужто наш отчаянный, безнадежный заслон оказался прочнее стенок Кольца?

Но тут он ощутил за стенами присутствие еще одной силы, сложенной будто из тысяч искр. Мигом позже скалы вокруг стали наливаться светом, точно доспехи Зверя недавно. Затем так же обратились в зеркала. Тотчас здешний сумрак поредел, а толпа призраков схлынула по насыпи вниз, слипаясь в озеро мрака, и затихла, будто в предвкушении. Зеркальные утесы над этой стоялой запрудой отражали уже не ущелье, но угрюмую голую равнину, над которой катились, едва не цепляясь за изъеденные валуны, тяжелые тучи. И все же там было где разгуляться Ветру, а вдалеке даже мерцали живые огни.