За поворотом времени, или Магия сердца - Галина Сергеевна Горшкова

семьи, также и со слугами, которые, как здесь уже верно было замечено, всегда все знают. Что могу вам сообщить? Прозвучавшие сейчас оценки Злота, на мой взгляд, объективны и соответствуют действительности. Мне, пожалуй, нечего добавить. Или госпожа Присцилла, а за ней и Советник Виринея, так сильно ошибаются в Магистре Злоте, или же общение с госпожой Екатериной его так кардинально изменило. Но Правитель вызывает у меня симпатию и уважение. Да, чего, кстати, никак не могу сказать о его сестре.

— О его сестре? Вы имеете в виду Георгину?

— Да. Милая, скромная, женственная и мягкая на публике, она вовсе не такая, когда остается наедине с собой, со своими братьями или слугами. Презрение к обычным смертным, лицемерие в общении с Магистрами и знатными горожанами, жажда власти. В данный момент, насколько я разобралась в ситуации, она очень старается помочь Екатерине одолеть своего брата.

— Георгина желает, чтобы Злот проиграл заключенное пари? — переспросила Митродора. — Они же родственники. Как такое возможно? И зачем?

— На этот вопрос я могу вам ответить, — Хронос опять вступил в беседу. — У меня времени на все хватает, и я однажды был свидетелем того, как Кириак пообещал Георгине место в Совете Ардалиона вместо Злота и Присциллы. Думаю, дело в этом. Пари Злота и Екатерины выявило и достоинства, и недостатки не только их самих, но и их окружения.

— Верно, очень интересная сделка, — произнес Климентий. — Ничего подобного в Ардалионе не заключалось. Хотя я считаю, Амалия, можно было и не устанавливать столь высокую плату. Не наказывать их так строго в случае проигрыша.

— Почему же не наказывать, господин Судья? Чувства — не игрушки. Вы ведь сами придерживаетесь такой политики, и нас к этому приучаете. Разве нет? К тому же, как все уже заметили, это пари им обоим идет на пользу. Я не берусь загадывать сейчас, кто победит: Злот или эта чужестранная женщина. Но они оба стараются, и наблюдать за ними — одно удовольствие.

— Это так, — присутствующие закивали головами.

И лишь Мирон, вспоминая о причиненных ему вчера Злотом ранениях, пробормотал:

— Ну да, вроде того. Удовольствие.

— Что ж, господа Наблюдатели. У Злота и Екатерины остается еще полтора месяца, чтобы раскрыть и продемонстрировать нам свою магию сердца. Если Злот выиграет их сделку, и ваши отзывы о нем к тому моменту не изменятся, я буду поддерживать его кандидатуру в Совете. Если выиграет Екатерина, я буду рад констатировать, что иногда обычный человек может превосходить в силе любого Магистра. Это будет хорошим уроком для чародеев. Хотя мы с вами придем к тому, с чего начали. Кем-то надо будет заменять Филарета… Ладно, будем решать. А пока возвращайтесь к своим наблюдениям.

ГЛАВА 32. Важные посетители

— Госпожа Екатерина, я Вас не побеспокою? — прислужница заглянула в двери. — После недавнего происшествия в парке госпожа Георгина строго-настрого наказала держать дворцовые ворота закрытыми, а прежде чем пускать посетителей, спрашивать у господ, желают ли они видеть гостей.

— А в чем дело? Вернулся Магистр Мирон?

— Нет. Правитель соседних земель рано утром прислал два больших букета цветов с извинительными записками. Но госпожа Георгина приказала их выкинуть. А тут садовник доложил, что за воротами ошивается какой-то бродяга. Мы даже собрались вызвать стражу, чтобы его прогнать. Но бродяга утверждает, что Вы знакомы. Он пришел из Теппы и хотел передать Вам привет от крестьян. Я знаю, что Вы по выходным ездите в деревню, вот и решила посоветоваться, что нам делать? Госпожа хозяйка отправилась к своей модистке, а потом заедет в гости к подругам. Это надолго. А крестьянин хотя и отошел от ворот, но никак не уйдет. Прикажете позвать стражников?

— Зачем — сразу стражников? Он же за воротами. Я не думаю, что он представляет какую-то угрозу. Давай обойдемся без стражи. Я спущусь и посмотрю, кто это.

Катерина бросила беглый взгляд в зеркало, пригладила волосы и пошла к неизвестному гостю.

За воротами дворца прогуливался Родион.

Обыкновенный крестьянин, под нищенским образом которого скрывалась железная воля и душа революционера, — он знал, что не должен, что не имел права здесь и сейчас находиться. Он сражается за высокие идеалы и сам себе не принадлежит. Судьбы многих людей зависят от него!

Только Родион все равно упорно продолжал прохаживаться вдоль господского забора в ожидании Екатерины. Уже несколько недель он разрывался в чувствах между двумя женщинами: между такой близкой и привычной Евгенией — своей невестой, и такой желанной и недоступной Катериной — бессмертным Магистром. Страдания истерзали его душу, но Родион терпеливо сносил все свои мучения. «Что Женька? Никуда она не денется. Ни через месяц, так через два, ну, через полгода, она непременно станет моей женой. А госпожа Екатерина… Ее интерес ко мне тоже не будет вечным. Так чего же медлить? Пусть наших встреч будет мало, пусть они будут коротки. Я согласен даже на одно свидание, но чтобы оно было таким же пламенным, как ее взор! Конечно, госпожа Екатерина и сама понимает, что у каждого из нас своя судьба. Простой крестьянин и Магистр — не пара. Она тоже переживала на этот счет еще в первый день пребывания в Теппе. Ах, а подарить друг другу несколько часов своей жизни… И каких часов!».

— Родион?

— Госпожа Екатерина, какое счастье видеть Вас! — обрадовался Родион. Заметив на парковой аллее женщину, он вплотную подошел к ограде.

— Родион, что случилось? Почему ты здесь?

— Я соскучился по Вашей улыбке.

— Молодец, Катюшка! Допрыгалась! — с явными нотами огорчения в голосе, произнес Даниил. — Добилась своего. Как бы тебе сказали твои третьеклассники: «Чувак-то совсем с катушек съехал». Что делать будешь, Катя? Признаешься ему во взаимности? И гори твое пари синим пламенем?

— Родион? Что значит — соскучился? Мы же договорились, что ты не будешь сюда приходить, что ты…

— Я не сдержал своего слова, госпожа. Но я понял, почему Вы меня прогнали в прошлый раз. Я был слишком робок с Вами, слишком скромен в своих мечтах. Я не проявлял должной настойчивости и инициативы. А еще… Еще Вы переживали за меня, ведь так? Беспокоились, вдруг меня кто-нибудь увидит? Но я не боюсь гнева Правителя. И опасности меня не пугают.

— О, Боже!

— Ну вот, опять! — Даниил строго посмотрел на свою подопечную. — Как создавать проблемы — так ты сама, а как исправлять ошибки — так Отец Небесный. И не молчи! Скажи ему что-нибудь, пока он тут на колени не упал или еще чего-нибудь не выкинул! Все слуги дворца сейчас за